Слуга государя 4 (СИ)
— То, что вы знаете определение из учебника, это, конечно, хорошо. Вот только я не об этом хотел узнать. То, что это определённые способности человека по влиянию на окружающий мир, это понятно. Но как именно это происходит? Что это за сверхъестественная сила такая, с помощью которой ряд людей умеют это делать? Почему магов надо инициировать? Можно ли вообще всех людей сделать магами? Почему существуют разные виды магии, и у всех людей они выражаются по-разному? Об этом вы что-то можете мне сказать? — обрушил он целый град вопросов на нашу растерявшуюся заучку.
— Ну, инициировать надо, чтобы магический источник пробудить. Для самой магии нужна мана, с помощью которой и происходит влияние на окружающий мир. Чем больше у человека маны, тем сильнее он как маг, чем меньше, тем слабее. А в остальном я думала, что на ваших занятий мы это и узнаем? — неуверенно произнесла она.
— А вот тут вы совершенно правы! На моём курсе мы как раз и займёмся тем, что будем думать над тем, что же такое — магия! Откуда она взялась, посредством чего она влияет на окружающий мир, и как следует разберёмся в том, что же такое на самом деле магическая инициация и как она меняет людей! — многозначительно поднял он вверх указательный палец, — Вам же от меня восемь баллов, можете садиться, — доброжелательно кивнул он девушке, и та с облегчением уселась на лавку.
— И начнём мы с истории появления магии на земле и с того, как оно повлияло политическую картину мира! — с энтузиазмом произнёс профессор, и кинул на нас такой торжествующий взгляд, как будто ждал громких оваций.
— У нас же есть предмет история магического искусства, зачем об этом ещё и на теории магии говорить? — не выдержал кто-то из парней, сидевших на верхнем ряду аудитории.
— Кто это сказал? — встрепенулся профессор, бросив внимательный взгляд на студентов, и почему-то остановил его на нас с Артёмом.
— Студент Богащенко, — встал с места долговязый парень, с лохматой рыжей шевелюрой.
— Минус три вам за выкрик с места, и за то, что перебили меня. Садитесь, — раздражённо махнул ему препод, и тот обречённо сел.
— Легко отделался, — шепнул мне Артём, — Тот же препод по истории магического искусства ему бы все минус десять влепил бы.
— Угу, — буркнул я тихо, — Но вопрос-то хороший. Мне тоже это интересно. Всё, тихо. Вон, опять на нас смотрит.
Мы замолчали, преданно поедая взглядом уставившегося на нас профессора, и через секунду тот продолжил лекцию, а я прилагал неимоверные усилия, чтобы не уснуть. Терпеть не могу всякую теорию. Скучно. Я бы предпочёл обойтись только практикой, но моего мнения по поводу формата занятий в академии почему-то никого не интересовало.
* * *— Итак, молодые люди, кто расскажет мне, что из себя представляют артефакты?
— Молодые люди… — насмешливо тихо фыркнул Артём, — Он сам-то недалеко от нас ушёл…
Ну да, этот препод был с виду как бы не нашим ровесником. Может разве что лет на пять постарше. Явно сам только-только выпустился. Аспирант, наверное. Своим видом и манерой общения он чем-то напоминал кота. Такой же вальяжный, неторопливый, с какими-то мурлыкающими нотками в голосе. Он снисходительно поглядывал на нас как бы сверху вниз, хоть и находился ниже нас, мол, где я и где вы, неучи.
— Можно я? — опять вскинулась наша заучка. Прошлая лекция, видимо, её ничему не научила.
— Да пожалуйста, — лениво махнул он ей.
— Артефакт — это рукотворная или природная вещь, которая в результате внешнего воздействия на неё приобрела некие магические свойства, — бодро выпалила она.
— Верно. А скажите, как по-вашему, любой ли маг может стать магом-артефактором?
— Думаю, что да, — как-то неуверенно кивнула она, — По крайней мере, я нигде в книгах не читала, что это должны быть какие-то особенные маги.
— Вы почти правы, — подмигнул он ей, — Теоретически, действительно, любой маг может стать и артефактором, практически же стать хорошим артефактором может разве что один из ста магов. Должно сойтись сразу несколько факторов, чтобы этому магу сопутствовал успех в этом деле. Во-первых, он должен обладать хорошим запасом маны, так как нужную вещь нужно накачивать маной, и чем большего эффекта от артефакта ты хочешь добиться, тем больше маны придётся влить. Во-вторых, процесс этот крайне долгий, не любящий спешки и суеты, и требует от мага предельной концентрации внимания и терпения на протяжении довольно долгого времени. В-третьих, маг должен очень хорошо разбираться в предметах, уметь чувствовать их, так как далеко не каждый из них подходит для того, чтобы стать артефактом, а в ряде случаев предмет нужно изготовить своими руками, что тоже требует от мага определённых навыков! Ну, и плюс ко всему этому, некоторым магам артефаторика в принципе не даётся, либо даётся очень тяжело, и дальше начальных уровней и самых простых артефактов маг не добирается. Так что ответ ваш не полон, но плюс пять от меня вы заслужили. Присаживайтесь.
— Спасибо, — смущённо пискнула Краснова, садясь на место.
— Ну, а сейчас мы с вами перейдём к практике, и посмотрим, кто и на что из вас способен, — опять снисходительно улыбнулся он, ещё больше напоминая сытого кота, который развалившись наблюдает за бегающей рядом мышкой, — Кто знает, вдруг среди вас найдётся настоящий уникум? Хотя что-то мне подсказывает, что в основном будут одни бездари.
— А как мы можем что-то сделать, если мы ещё ничего не знаем? — опять высказался с места Богащенко, и в этот раз препод как-то быстро его вычислил, и уставился на него похолодевшим взглядом.
— Фамилия? — резко спросил он, отбросив всякую вальяжность, и напоминая в эту секунду какого-то хищника перед прыжком.
— Студент Богащенко, — вяло промямлил тот, видимо, догадавшись, что ничего хорошего его сейчас не ждёт.
— Вот тупой… Второй раз подставляется… — шепнул Артём.
— Угу. Ничему его жизнь не учит, — согласился я с ним.
— Минус восемь за высказывание с места без разрешения! — рявкнул препод, и парень совсем поник.
— Естественно, я объясню, что нужно делать. Зачем дёргаться раньше времени? Уважаемая староста, помогите мне, пожалуйста, — подозвал он к себе Краснову, которая тут же подскочила к нему.
— Будьте так любезны, раздайте каждому по листочку, — протянул он ей целую пачку бумаги, и она отправилась по рядам, раскладывая их перед студентами, — Я не буду сегодня требовать от вас невозможного, и мы начнём с самого элементарного, создадим слабенький артефакт левитации, действие которого будет направлено на него самого, а не во вне, как чаще всего бывает в артефактах. Листочков всем хватило?
Мы дружно прогудели, что, мол, да, всем, а я придвинул себе свой поближе. Обычный лист А4, тоненький, серого цвета. Ничего особенного, в общем.
— А теперь положите обе свои ладошки на листочки, и ощутите, как мана струится по вашим венам, к кончикам пальцев. Я понимаю, что вам это будет тяжело поначалу это делать за неимением опыта, но ничего сложного в этом нет, уверяю вас. Мана и без того через ауру каждую секунду покидает вас, так что этот листок уже заряжается от вас. Другое дело, что через ауру он будет делать это очень долго. Несколько часов, которых у нас нет, так что будем всё же вливать в него ману, но делать это нужно очень аккуратно, не торопясь, иначе вы рискуете перенасытить его, а это чревато тем, что…
Громкий хлопок донёсся с одного из верхних рядов, со стороны всё того же Богащенко, и кто-то нецензурно выругался его голосом.
— Что артефакт или взорвётся, или воспламенится, — как ни в чём не бывало продолжил лектор, — В нашем случае был первый вариант. И студенту очень повезло, что мы работали всего лишь с тонким листом бумаги, благодаря чему взрыв обошёлся без последствий. Работай мы даже хотя бы с деревом, и дело без травм не обошлось бы. Минус два вам, господин Богащенко, и снял я так мало только потому, что вы уже получили от меня минус восемь, а я не могу выходить за лимит в десять баллов. Но я вам этого не забуду, и буду весьма внимательно за вами следить на следующих занятиях. Уж будьте уверены.