Мои Рубежи (СИ)

— Уже бывала тут? — поинтересовался я.
— Почти. Начинала в Соликамске службу после обучения на Чистильщика, но в Чердынь прогуляться не пришлось.
— Странно…
— Чего тебе странно, Макс?
— Всегда забываю спросить, почему ты не в Императорской Военной Академии была. Княжне сам бог велел её окончить.
— Бог велел, а родители сделали всё, чтобы не попала. Хотели из меня «приличную» светскую барышню вылепить. Я тайно к Чистильщикам и записалась. Сговорилась с одной похожей на меня обедневшей аристократкой на паспорт. Почти месяц под чужим именем…
Ох, и вони было, когда всё случайно раскрылось! Хотели даже попереть, но я пригрозила бучу поднять, обнародовав скандал в газетах. Смирились. Начальству невыгодно по шее за недосмотр получать, а родственничкам — удар по авторитету. Это ж получается, что Долгоруковы препятствуют своей дочери служить на благо Российской Империи. Быстренько втихаря переоформили и дали закончить «учебку», не вставляя палки в колёса. Правда, маманя папеньке до сих пор мозг выклёвывает и надеется, что блудная доченька остепенится.
— У меня тоже ждут, — со смешком поддержал её профессорский внук Жало. — Не дождутся! Тихие кабинеты — не моё совершенно. Вот стану пердуном старым, тогда и похороню себя в лабораториях.
— Стелл… А Стелл… — робко спросил Гога. — А можно и тебе один мучающий меня вопросик?
— Ну? — лениво ответила блондинка.
— У всех позывные, а у тебя имя. Как так?
— Пусть Глыба рассказывает. У него это лучше получается.
— Это да! — тут же оживился Панкрат. — Дело было в первый день нашего знакомства. Захожу я, значит, в душ, а там Стеллочка с остальными моется. Увидев её шикарные сисяндры, аж на мыльной пене поскользнулся. Сижу на полу. Любуюсь. Прямо пулей в сердце такая красотища впилась! И единственное, что смог выговорить:
— Вот это стелы!
Я ж тогда приличный был и вслух слово «сисяндры» произнести постеснялся. Стелы — колонны, значит. Ну а белокурая красотка мне и отвечает, не услышав, что с одной Л произнёс.
— В глазах двоится, парень? Ушибся головушкой? Вообще-то, я тут в единичном экземпляре. Стелла Велецкая… Ты откуда меня знаешь?
— Стелы… — опять промямлил я, руками показывая, что имел в виду.
Короче, ржач был долгий среди народа. Так «Стела» к Стелле и прилипла — не во множественном же числе позывной носить… Но кто эти двойные и одиночные Л замечает? В результате имя поглотило позывной.
— Односиськовая, значит… — глубокомысленно произнёс Такс, уютно расположившийся на одном из ящиков с боеприпасами.
Ещё во время дороги в Пермь мы договорились с духом-хранителем, что стоит раскрыть его способности к болтовне и перед другими капралами группы. Не дай боги, в бою срочно пригодится: лучше пусть команды резко заговорившей таксы будут привычными.
— Две сиськи, две стелы. Одна сиська — стела, — продолжал разглагольствовать Такс. — Так бы и оставили… Капрал Сиська. Чего мудрить? Красиво. Сиська направо, Сиська налево. Подпрыгивающая Сиська… Эх, никакой фантазии у вас! Такую возможность проворонили!
— Я тебе дам Сиська! — запустила в него Стелла фляжкой с водой. — Блин! Ты мне немым больше нравился! Смотри не ляпни при других, а то ещё прицепится! К остальным это тоже относится, если не хотите врага нажить!
 
Люди в кузове покатились от хохота.
— Да ладно тебе! — первым успокоился Аксакал. — Тут все свои, и мы тебя, Сись…. Ох! Ё-ё-ё-ё! Стеллочка! Конечно, Стеллочка! Не бей! Отставить! Я же командир! Такс, падла! Ты в какой блудняк нас втравил⁈ Горло-о-о-о…
Мы еле оттащили разъярённую капрала от Рината. Ещё бы немного, и она его задушила несмотря на разницу в силе.
— Вообще-то, «Стелла» даже больше подходит. Вслушайтесь… СтеЛЛа! — невозмутимо продолжил Такс, выплюнув пойманную фляжку и голосом выделив двойную Л. — В имени уже заложено и правое, и левое полушарие, а не одно из них. Попробуйте сами на вкус… В образном понимании, конечно! Хотя Глыбе и в этом плане повезло больше остальных! СтеЛЛа… СтеЛЛа…Какие большие, упругие, покачивающиеся Л…
— СтеЛЛа… — повторили мы хором за ним, как загипнотизированные.
Даже я, давно привыкший к выкрутасам духа-хранителя, и то не удержался, попав под его тлетворное влияние.
— Уф… — выдохнул Жало. — Образненько! Сиська теперь не котируется.
— У меня всё не котируется! Не люблю котов. Исключение — Котяра.
— Ладно. Прощён, — исподлобья посмотрела наша рассерженная блондинка на Такса. — Но думай, что говоришь в следующий раз! Из-за тебя чуть командира не угробила! И ещё! Если кто-то попросит рассказать, почему у меня позывной с именем совпадает, а вы рот раскроете, то в глаз закачу! Опасная байка, оказывается!
В Соликамске, как и было намечено, забили баки под завязку, совершили моцион, который в дороге было сделать проблематично, и снова двинулись в путь. Права оказалась Мышка. Уже через несколько километров за городом стрельба танковых пулемётов почти не утихала. Боеприпасы танкисты хоть и экономят, но частота выстрелов из пушек тоже увеличилась. Даже несмотря на это, то и дело через бойницы наших грузовиков мы наблюдали разномастных Тварей. Впрочем, не только наблюдали. Вначале гробили их одиночными выстрелами, но в какой-то момент стали косить уже очередями.
— Двадцать на три часа! — неожиданно заорал по рации командир конвоя. — Кенты, суки! Всем достать ручную артиллерию! Увидел лошадь — шмаляй не раздумывая!
Майор абсолютно прав. Кентавры — это твари с почти человеческими руками, башкой хищной рыбы и телом шестилапого… Короче, их все называют лошадьми. Как бойцы они не самые крутые, хотя многие группы от них огребают хорошо. Причина в том, что Кентавры используют не только мышечную, очень неплохо развитую силу, но и луки.
С виду оружие хиленькое и не должно пробивать даже броню новобранца. Только вот наконечники стрел взрываются, попадая в цель. Да так жахают, что лёгкий броневичок перевернуть могут. Попади в грузовик подобный гостинец, то круто повезёт тем, кто отделается тяжёлой контузией и частичной ампутацией конечностей: у нас же на бортах херова гора боеприпасов.
Приходится держать быстро перемещающихся Кентавров на расстоянии, пытаясь зацепить не метким одиночным выстрелом, а стеной из взрывов мин подствольников и прочих замечательных вещей.
Майор сказал на три часа. Не моя сторона кузова, но расслабляться рано. Пока Стелла, Глыба, Синий и Бордо ведут бой, я вместе с Аксакалом, остальными капралами и Гогой отслеживаем свою позицию. Кенты умны и имеют неплохие тактические зачатки. На их месте я бы, дразня одним отрядом конвой, подождал, пока начнём задыхаться в кузове от вони выстрелов.
Потом, когда внимание защитников будет ослаблено и глаза станут немилосердно слезиться от порохового дыма, в несколько раз снижая точность стрельбы, рвануть вторым, а если повезёт, то и третьим отрядом. Подберутся и с двух десятков метров Твари точно не промажут из луков, несясь галопом. Два-три Кентавра могут причинить много бед вблизи конвоя.