Седьмая вода (СИ)
Рем сделал зарубочку в памяти и снова спросил:
— И зачем ты здесь?
— А-а-а, тут закановские ублюдки хотят меня прикончить. А я потратила силы на эти долбанные порталы… Может, поможете даме, мальчики? Вон, кстати, сидят, красавцы. Гляньте, какие рожи!
Она указала на компанию типов, которые угрюмо цедили какую-то кислятину из кубков и зыркали в сторону волшебницы. Морды у всех пятерых казались откровенно зверскими, каждый имел на поясе окованную железными пластинами палицу и кинжал. Стеганные гамбезоны были грязными и потрепанными, а вот желтые повязки на плечах — яркими и выделяющимися.
Сибилла показала язык их главарю и тот попытался встать, но был удержан своими товарищами.
— Так как? Честное слово, я вела себя хорошо, это Закан с цепи сорвался, жирный извращенец… Деловой разговор принял за флирт, представляете? Я что — виновата?
Рем поднял бровь:
— Позволь уточнить заранее, исключительно для того, чтобы избежать недопонимания в будущем: у нас сейчас деловой разговор или флирт?
Сибилла сладко потянулась, предоставляя возможность Микке оценить ее грудь и фигуру, а потом подмигнула Аркану:
— Немножко того, немножко другого… Вы ребята такие разные, и подход к вам нужен разный… Так что? Поможете мне покинуть этот городишко? У причала меня ждет лодка, мне будет достаточно лишь шагнуть на борт- и всё, ваша миссия окончена. А в обмен на эту услугу тебя, мой медвежонок, я поцелую еще раз, а тебе, милый Тиберий, я расскажу что за хрень сидит в трюме галиота… Не сейчас, позже — когда ты навестишь Башню в Аскероне. Просто проведите меня до причала, ладно?
И встала, взмахнув подолом. Микке тут же поднялся следом за волшебницей, пожирая ее взглядом. Тиберий хмуро огляделся в поисках подавальщицы, кинул на столь несколько мелких монет, и, дождавшись кивка от девушки с подносом, заторопился следом за удаляющейся парочкой. Краем глаза он увидел, как «желтые повязки» также торопливо отодвигают чурбаки и встают из-за стола.
Рем в несколько быстрых шагов догнал Сибиллу и Микке, и негромко, но четко произнес:
— За мной. Есть идея!
* * *К причалу вело несколько тропинок. Во время сражения с гезами, тогда, несколько лет назад, Аркану и его соратникам удалось пробиться к кораблям потому, что они воспользовались короткой дорогой на окраине Заводи — через глубокий грязный овраг, по деревянному мостику. И сейчас Рем молился, чтобы этот мостик всё еще оставался на месте.
Едва не переходя на бег, троица устремилась вперед по тропинке, которая петляла меж заборов, домиков и плодовых деревьев.
— Закан — это который Фабрицио? — уточнил Рем на ходу.
— Он! По мнению кесарийских генеалогов — у этого слизня больше прав на престол, чем у остальных претендентов.
Столичные специалисты могли думать всё, что угодно, но жители герцогства скорее приняли бы откровенного душегуба дю Массакра, или расфуфыренного милочку Флоя, чем смирились бы с властью Закана. По крайней мере, пять лет назад каждый знал, что именно Фабрицио Закан был ответственным за львиную долю темных делишек, которые творятся в порту Аскерона, и именно он организовал в приток поденных рабочих из задыхающихся от бедности, бескормицы и отсутствия работы трущоб западных городов в доки и мануфактуры припортовой зоны. По всей видимости, эти ребята в гамбезонах были из их числа.
— Бегом, бегом! — поторопил Рем, увидев впереди очертания мостика. — Я прикрою!
Волшебница, разглядев ненадежность конструкции и отсутствие перил, ойкнула совсем по-девчачьи и остановилась в нерешительности.
Микке вдруг перехватил Сибиллу за талию, перекинул через плечо и в несколько громадных прыжков очутился на противоположным конце оврага. Рем с характерным металлическим звуком потянул из ножен палаш. Пятеро? Ну-ну! Сколько там было фоморов? Неважно, насколько велико у тебя войско. Важно, чтобы в это время и в этом месте ты мог создать подавляющее превосходство. Так было на островах Малой Гряды и на мостах реки Лзаа, так будет и сейчас!
Конечно, «желтые повязки» растянулись в цепочку, пыхтя в своих стеганых гамбезонах и топоча сапогами.
— Они не могли далеко уйти! — послышался голос главаря.
— Добрый вечер, маэстру! — Аркан отсалютовал первой паре клинком. — Дама под нашей защитой!
— А ты что еще за добрый вечер такой? — удивился первый головорез и замахнулся палицей.
Это был чистой воды идиотизм с его стороны — аккуратно отступив на бревна мостика, он почувствовал дуновение воздуха, созданное пролетевшей мимо окованной деревяшкой. Воспользовавшись инерцией, которая неумолимо заставила врага открыть правое плечо, качнувшись за оружием, Рем простецки ткнул его острием палаша и подвернул рукоять.
— Су-у-ука! — палица полетела в овраг, желтая повязка окрасилась кровью, противник попятился и сбежал в тень, уступая место двум подоспевшим подельникам.
— И вам добрый вечер! — став в классическую праворукую дуэльную стойку, левой Аркан изобразил неприличный жест.
— Курва мать, ты кто такой? — второй головорез выхватил еще и кинжал, и попытался атаковать с двух сторон сразу, и при этом не сверзиться в сточные воды, протекавшие по дну оврага.
Ответил Рем серией стремительных уколов, как минимум два из которых достали ребра противника. Гамбезон смягчил удары, но холодная сталь убавила боевого пыла травмированному закановскому прихвостню.
— Подвинься, дай я! — заорал главарь.
Рем потихоньку отступал по мостику, и когда почувствовал под подошвами мягкую грязь, довольно оскалился.
— Я тебе щас ухмылку с двух сторон дорисую! — пообещал мужчина и, вооружившись двумя кинжалами, устремился вперед по мостику.
Рем ухмыльнулся еще раз — более гаденько и, подковырнув носком сапога хороший комок грязи запулил его прямо в рожу врагу. Точнее, целился в рожу, но случился недолет, и жижа ляпнулась прямо под ноги желтоповязочнику. С криком «Ма-а-ать!» он поскользнулся, потерял равновесия и полетел вниз с мостика, и смачно плюхнулся в зловонную речушку, которая несла в Скёль сточные воды со всей Заводи.
— И тебе добрый вечер, мил человек! — дурашливо раскланялся Аркан.
Двое оставшихся боевиков Закана не горели желанием продолжать бой, они обратили тыл и попытались скрыться в тени деревьев. Но над самым ухом просвистел, вращаясь в воздухе, фальчион и, пробив насквозь гамбезон, вышел из груди.
— Давай-давай!!! — заревел северянин и ринулся в погоню за последним оставшимся на ногах врагом.
— Куда-а? — в последний момент Рем сумел перехватить Микке и они покатились по земле. — Чем ты рубать-то их будешь? Хреном?
Встав и отряхнувшись от грязи, Аркан повнимательнее присмотрелся к своему товарищу. Глаза у северянина были шалые, а усы и борода измазаны чем то красным. Карминовая помада Сибиллы!
— Всё ясно. Она тебя всё-таки поцеловала. Попили пивка, конечно… Пора делать ноги, нам лишние расспросы не нужны!
XVII
До столицы княжества от Заводи было часа четыре скачки, и к тому времени, как Рем увидел развевающиеся на башнях знамена с гербами правящего герцога, у него порядочно болели бедра — всё-таки многомесячная морская прогулка кого угодно заставит подзабыть навыки верховой езды.
Привязав лошадь у коновязи приснопамятной конюшни и кинув монетку мальчику-груму, он надвинул поглубже на лицо шаперон и даже закрутил его хвост вокруг шеи. Прогулявшись вокруг места своего похищения, Аркан обнаружил ведро с дерьмом на том же самом месте, и только плюнул с досады. Это ж надо было так попасть! Определенно, у него есть пара теплых слов для коннетабля Бриана дю Грифона и каштеляна Скабейки по поводу работы ночной стражи и городских служб!
На стене конюшни он увидел яркий плакат с бравым воином в серой броне с красным змеем-уроборосом на груди, который тыкал пальцем в лицо читателю:
А ТЫ ЗАПИСАЛСЯ ДОБРОВОЛЬЦЕМ?
— Гласила броская надпись.