Седьмая вода (СИ)

А как еще это назвать? Рем Тиберий Аркан надумал среди ночи покинуть своих товарищей на поле битвы, оставить их тут сражаться с чудовищными эльфами Фангала и скрыться в темном лесу. Дезертирство чистой воды!
Пытаться убедить в своей правоте Разора даже не стоило. У того порядок и дисциплина всегда — на первом месте. А то, что задумал Аркан явно было авантюрой, и, скорее всего, самоубийственной. Единственным аргументом за реализацию сумасбродного плана была пресловутая аркановская «чуйка». Рем знал, что поступает правильно, и был намерен идти до конца.
Оставалось зерно сомнения — справятся ли здесь товарищи без него? Но он тут же отбросил такие мысли. Тоже мне, великий воин нашелся! Эадор, Микке, Оливьер и, конечно, Разор при желании размажут его в тонкий блин. Вот это — бойцы хоть куда. А умение вовремя оттоптать врагу ноги или сыпануть песку в глаза — это как раз может пригодиться не в свалке рукопашного сражения, а в том деле, которое задумал молодой Аркан.
Когда на лагерь опустилась ночь, и на ногах остались одни часовые, Рем откинул полог палатки и замер, осматриваясь и прислушиваясь. Заплечный мешок врезался в ключицы лямками, пояс оттягивал тяжелый палаш… Запас факелов и бутыль с ворванью, вяленое мясо, сухари и фляга вина, разбавленного водой — Аркан понятия не имел, что еще ему может пригодиться в задуманном им деле. Крепкая веревка, нож, огниво, какие-то мелочи — это всегда было с собой. Оглядев палатку, Рем отбросил сомнения — брать целый арсенал, или что-то на случай ночевки в лесу — неразумно. Или совсем скоро всё закончится, или он будет трупом.
Тихонько вздохнув, парень задвинул за собой полог и, пригнувшись, короткими перебежками двинул прочь из лагеря. Он прекрасно знал схему караулов, и потому легко добрался до моста через речку со странным названием Лзаа.
Здесь тоже был караул — бойцы скрытно наблюдали за противоположным берегом, чтобы никто внезапно не пересек мост. Это были ребята с Запада, из полусотни Оливьера — купец их здорово вымуштровал, такие не задремлют и не отвлекутся. Но и пост свой не покинут. Поэтому Рем подкрался как можно ближе к берегу, а потом встал в полный рост и припустил во весь дух по мосту, топоча сапогами по камням.
— Э-э-э-э, куда-а! Сто-ой! — заорал один из часовых, но второй, видимо, быстро заткнул ему рот — мало того, что упустили беглеца, так еще и обнаружили свое присутствие!
Оливьер за такое по головке не погладит.
А Рем бежал по мосту и молился, чтобы рассуждения Разора оказались правдой, и Фангал со своими уродами находился сейчас где-нибудь в районе одного из разрушенных наемниками мостов. Потому что в любом ином случае молодого Аркана на той стороне ждала или стрела в пузо, или клинок под ребра.
Ощутимо пахло гарью — лесной пожар на той стороне и не думал утихать. Каким образом в этом аду выживают эльфы Фангала — Рем и понятия не имел. Но надеялся, что они хорошенько поджарятся!
Для себя он нашел подходящее укрытие: все три моста строились по типовому проекту, и у Аркана был шанс хорошенько изучить один из них — он ведь руководил его разрушением!
Так вот, под мостом, на обеих берегах, была небольшая площадочка, примерно три локтя в ширину. Для чего эти площадки предназначались — известно только строителям мостов, но Рем, обследовав их, нашел пару массивных металлических колец, которые были закреплены на штырях, вбитых в основание. Наверное, эти кольца нужны были, чтобы крепить веревки или тросы, во время профилактических осмотров мостов рабочими.
На этой площадочке Аркан и надеялся пересидеть атаку эльфов Фангала, чтобы беспрепятственно двинуться дальше. Что будет, если лесной пожар к тому времени не утихнет, он предпочитал не думать.
* * *
Первые лучи солнца окрасили розовым цветом воды речушки Лзаа, и через секунду на чужом берегу послышался топот копыт, конское ржание и побрякивание амуниции. Враги особенно не скрывались. И с чего бы? Они разделались с полусотней Септимия, а разрушенные мосты должны были навести их на мысли о боязливых людишках, которые стремятся избежать схватки.
 
Рем в своем убежище скорчился, обняв руками колени и накрывшись плащом. На данный момент ему хотелось стать как можно меньше, чтобы чертовы эльфы его не заметили. Как будто они могли рассмотреть его сквозь серый камень моста!
Вражеский отряд приближался, слышался разговор по-эльфийски с характерным шипящим пришептыванием — особенности мутировавшего речевого аппарата давали о себе знать. Рем немного подтянул свое знание языка тьялери за время общения с Эадором, и потому смог понять, что враги радуются тому, что хотя бы этот мост уцелел.
Не без злорадства Аркан подумал о карауле на той стороне — эти точно не проспят! Тварям уже готовится жаркая встреча. А он, Рем, в этой встрече не поучаствует. Есть дело поважнее.
Дождавшись, когда топот над головой утихнет и мост перестанет содрогаться под шагами неприятеля, Рем Тиберий Аркан выглянул наружу. Не было видно ни души.
Подтянувшись на руках, он выбрался на берег и трусцой побежал в сторону обугленного леса. От запаха гари першило в горле, тут и там еще тлели угли и багрянцем поблескивали искры. Вообще-то лесные пожары длятся не день и не два, если их не тушить… А этот — глянь-ка, прекратился за неполные сутки. Что-то с этим лесом было нечисто.
С другой стороны — это был эльфийский лес, по крайней мере раньше, и какое чародейство остроухие применяли для охраны своих зеленых угодий — одному Богу известно.
Путь предстоял неблизкий, и поэтому Рем старался беречь дыхание. Как в военном лагере все дороги ведут к Форум Игнис, так и в этом лесу было заметно общее подчинение тропинок и дорожек одной системе: радиально сужаясь они направляли шаги путника к серой глыбе одинокой горы, стоящей посреди долины.
Сначала Рем опасался, что ему придется многие версты добираться до отрогов гор, виднеющихся на горизонте, но потом понял — его цель именно там, внутри этой мрачной возвышенности.
Ни одного монстра, фомора или измененного чудовищной магией эльфа молодому Аркану на пути не попадалось. Либо ребята Разора хорошо поработали здесь во время рейда, либо пожар сделал свое дело… А может быть, они все сейчас были вместе с Фангалом — штурмовали позиции вольной компании. Рем с ужасом подумал, каково это — вернутся и найти там то же, что случилось с полусотней Септимия.
Он прошагал около четырех верст по безжизненному лесу, и гора уже была совсем близко, когда наконец услышал нечто, отличающееся от поскрипывания обгорелых ветвей и хруста углей под ногами. Это было что-то среднее между мяуканьем котенка и повизгиванием поросят. И этот звук раздавался где-то впереди, явно на пути к цели аркановского похода.
Рем вынул палаш из ножен и осторожно зашагал вперед. Пробираясь между обгорелыми стволами деревьев, он вышел на опушку и замер.
Его глазам предстал лагерь — или стойбище. До этого Рем Тиберий Аркан вообще никогда не видел жилищ фоморов. Да и сами фоморы до эльфийской эпопеи были чем-то далеким и страшным, из бабушкиных сказок про бабайку и чудо-юдо. А теперь вот они — непонятные нагромождения из тряпья, шкур, жердей и костей каких-то крупных животных. И кто-то там копошился!
Рем присмотрелся получше и замер в нерешительности: между жилищами ползала и суетилась фоморская мелочь! Детеныши, ребятня разных форм и размеров. Черт знает, как нужно было к ним относится, но пройти дальше было необходимо, и при этом рубать их в капусту палашом Аркан был явно не готов.
Всё же, достав клинок, парень двумя короткими движениями вырубил себе длинный крепкий дрын, очистил его от обуглившихся веток, и вооружившись таким образом, вышел из-под сомнительной защиты сгоревшего леса.
По предварительным расчётам от стойбища до горы было с версту, и эта верста показалась Рему Тиберию Аркану самой длинной в его жизни! Что бы там ни говорил молодой аристократ Эадору об убийствах котят во благо жизни и здоровья людей — он и представить себе не мог, что будет направо и налево охаживать здоровенной жердиной маленьких фоморчиков, которые проявят завидное упорство в попытках сожрать его.