Седьмая вода (СИ)

— Ну как это… Представьте себе, что вы убили своего собственного ребенка…
— Тьфу ты пропасть! Это ж надо! — старый вояка помотал головой.
Он присел на скамью, потом встал, потом снова сел, хлопнул себя ладонями по ляжкам и заговорил короткими рублеными фразами:
— Сегодня придут эльфы. Мы подпишем с ними контракт. Узнаем все детали. И примемся за дело! С этой мерзостью надо покончить! Совещание окончено, маэстру, готовимся к смотру и приему гостей!
Вот так вот. Разор поставил задачу, и сразу жить стало легче: ему самому, Рему и всем присутствующим. Присутствующие в палатке Микке, Оливьер, Сухарь, Марк, Септимий, маэстру Цудечкис — все встали со скамей, и шумно потянулись к выходу.
На выходе из палатки матерый купчина Оливьер задержался и, блаженно закатив глаза, проговорил Рему:
— Зря ты, друг мой, на праздник не пошел… Там, знаешь ли, эльфиечки такие м-м-м…
— Ну-ну… — кивнул Рем. — Предпочитаю не чувствовать себя быком-производителем…
— Что-что? — не понял Оливьер.
— Ничего-ничего… Рад, что вы хорошо провели время!
Оливьер пожал мощными плечами, почесал бороду и отправился к своим бойцам. А Рем отправился в свою палатку, готовить сюрприз.
* * *
Церемония началась несколько раньше, чем прибыли высокие эльфийские гости. По имперским законам для того, чтобы воинскому отряду — вольной компании, поступить на службу к нанимателю, было необходимо оформить само свое существование: составить договор между бойцами и командирами, на бумаге или пергаменте, с личными подписями всех соратников и указаниями условий службы. Рем как квартирмейстер здорово намучился, составляя положенный документ еще в своей каморке на красном корабле. Были оставлены только места для имен тех, кто займет соответствующие должности, и несколько листов со списком всех соратников по будущей вольной компании. За долгое плавание было время подойти к каждому и ознакомить с условиями, и узнать имена.
Вольная компания должна была включать в себя двести тридцать шесть бойцов. Полковником по общему решению должен был стать Разор, лейтенантами — Сухарь, Септимий, Марк и Оливьер, каждый руководил полусотней. Оставалась только торжественно подписать договор и составить к нему дополнение — первый контракт о службе у эльфийских Владык.
На Форум Игнис горел высокий костер, бойцы выстроились в три шеренги, вытянувшись в струнку и проникнувшись торжественностью момента. Так уж получилось, что Рем взял на себя обязанности распорядителя торжества и поэтому, дождавшись, когда из штабной палатки выйдут будущие офицеры, поддал в голос пафоса и произнес:
— Соратники! Друзья мои! С удовольствием предоставляю слово тому, под чьим руководством мы добыли себе свободу, кто первым был в бою, на гребной скамье и у походного котла с ложкой в руках! — смешок пробежал по рядам бойцов. — Виват, полковник Разор!
— Бар-ра! Бар-ра! — разразились бойцы приветственным имперским кличем и заколотили оружием в щиты, а у кого не было щитов — стучали кулаками о нагрудники или топали ногами.
— Виват, соратники! — поднял руку вверх Разор.
Он куда как важно смотрелся в начищенной кирасе, роскошном шлеме-морионе, доставшемся в наследство от Красного Дэна Беллами, наручах и поножах с искусной гравировкой, и тяжелых сабатонах. Глаза его горели, спина была ровная, голос — звучный, звенящий.
— Посмотрите на себя, друзья! Посмотрите, чего мы достигли! Каких-то несколько недель назад мы гнули спины под ударами плетей надсмотрщиков, ожидали смерти от усталости или от клинка бесноватого капитана! А сейчас? Сейчас я вижу перед собой свободных людей с оружием в руках, самых сильных воинов в мире! Разве это не прекрасно?!
— Да-а-а!!! — разразились криками бойцы. — Бар-ра-а-а!!!
— Мы нынче — вольная компания. И у нас есть первый контракт — эльфийские Владыки хотят поручить нам защиту рубежей Доль Наяда. Это прекрасный город, и здесь есть кого защищать и за что сражаться, верно, ребята?
Судя по мечтательным выражением глаз ребят, всё было верно, и они снова одобрительно зашумели, а Разор продолжил:
 
— Ну что ж, может быть для кого-то этот контракт будет единственным, может, вернувшись домой, к имперским берегам, мы не свидимся более, но эту работу постараемся выполнить с честью! Вот я первый ставлю свою подпись, и клянусь быть вашим полковником и заботиться о вас как о родных детках, и гонять как сидоровых коз!
И Разор подошел к Рему, который уже готовил бумаги, и поставил свою размашистую подпись, а следом за ним подошли лейтенанты. После них потянулись бойцы. Кто-то из них не умел писать, и потому обмакивал большой палец в чернила и оставлял отпечаток напротив своего имени. А когда с этим было покончено, Рем подмигнул Микке и тот быстрым шагом вышел в центр Форум Игнис, к костру, и одним плавным движением развернул знамя.
Все слитно ахнули: красный череп на черном полотнище пугал и завораживал одновременно. На высоком древке, которое Рем соорудил из трофейной пики, знамя полоскалось на ветру, и, казалось, череп ухмыляется и подмигивает.
— Это что такое? — спросил кто-то из задних рядов.
И другие ответили:
— Это Красный Дэн Беллами. Будет смотреть на нас, и любоваться нашими подвигами…
Микке торжественно вручил знамя Разору, а тот вручил его северянину обратно и сказал:
— Нет среди нас более достойного, чем ты, кормчий. Будешь вексилларием! Храни этот штандарт, знаменосец!
Микке от избытка чувств не знал, что и сказать, и просто кивнул, воткнул древко в землю, и замер в горделивой позе, положив руку на рукоять топора. И вовремя — через главные ворота лагеря по Виа Претория к Форум Игнис приближались эльфы.
Эадор Нилэндэйл, разодетый в пух и прах выполнял роль глашатая. Он шел впереди, и, приблизившись к строю людей-наемников, провозгласил:
— Правители Доль Наяда — Светлая Владычица Эстель и Светлый Владыка Рианнор! Внимайте, люди!
Вперед шагнула Владычица, и тишина опустилась на лагерь. Люди вдохнули воздуха и теперь боялись выдохнуть… Они слушали ее голос, который говорил что-то по-эльфийски, и, хотя никто из них не знал наречия тъялери, речь королевы эльфов была дивным образом понятна им.
Она говорила о тяжких испытаниях, выпавших на их долю, о жестокосердии гёзов и отваге имперских мужчин, о павших и выживших. Она благодарила за спасение Эадора, и за то, что они пришли на помощь Доль Наяда в это нелегкое время… А ещё о том, что все они отныне и в будущем — желанные гости народа тъялери, и в Доль Наяда им всегда рады.
Рем слушал ее и проникался. Он никогда не чувствовал ничего подобного, разве что во время проповеди Экзарха в главном соборе монастыря Святого Завиши Чарного, что в Аскероне… Но слова Экзарха были подобны огненным стрелам, которые попадают прямо в душу, и зажигают ее желанием идти вперед, сражаться за правое дело, работать на благо всего рода людского и сворачивать горы во имя торжества истинной веры. А голос Владычицы обволакивал, подобно аромату южных снадобий, и порождал в голове светлые образы, будил детские мечты и наполнял сердце и мысли покоем и тихой радостью…
Знакомая боль постучалась в виски Аркану, и он тряхнул головой. Что это за наваждение?! Ну да, перед ним находилась очень, очень красивая женщина, и голос у нее был мелодичный и звонкий, но слова-то… Слова были чужими! И ничего сверхъестественного в них не было! Рем сжал кулаки и почувствовал, как ногти впиваются в ладони. Это на секунду помогло, и он сумел сфокусировать взгляд на Светлом Владыке.
Владыка Рианнор почувствовал взгляд и посмотрел прямо в глаза Аркану. Да! Это был он — ночной визитёр! Рем прищурился и слегка кивнул, давая понять, что узнал его. А Светлый Владыка вдруг совершенно по-человечески подмигнул и взял свою венценосную супругу за руку.
И волшебство исчезло! Владычица Эстель закончила речь под недоуменные переглядывания людей, а Владыка Рианнор взял инициативу в свои руки. Он щелкнул пальцами, призвав воина с договором, подал его Разору и офицерам. Документ был подписан, наемники грянули: