Ее словами. Женская автобиография. 1845–1969 (СИ)

Женские автобиографии, которые не ограничиваются лишь детством, довольно распространены, и я их не исключаю, потому что именно они чаще всего рассказывают о развитии личности. Взросление и изменения в мировоззрении и воспитании, которые испытывают девочки при переходе из детства в подростковый возраст, представляют интерес. Распространенную мысль (которую высказывала, например, Симона де Бовуар), подтвержденную исследованием 1991 года в США, что в процессе становления девочки утрачивают уверенность в себе. Так что я рассматриваю автобиографии детства и юности, хотя и исключаю работы, которые начинаются с подросткового возраста, минуя детство. Рассматриваю я и полные автобиографии, если автор в них уделяет своему детству достаточное внимание. В итоге мои критерии для включения книги в исследование: автор посвятила значительную часть работы своим детским годам, и, кроме того, она рассматривает свое детство и себя в детстве как важную тему.
Чтобы еще больше сузить границы исследования, я опустила автобиографии, которые задумывались как описание всей жизни автора или ее существенной части, и только краткий вступительный фрагмент которых посвящался детству. Разумеется, большинство авторов автобиографий уделяют своему детству хотя бы немного внимания. Но чаще всего детские годы оказываются проходным сюжетом на пути к юности и взрослой жизни. Иногда, однако, автор полного жизнеописания посвящала детским годам часть, которая по длине эквивалентна типичной автобиографии детства, или, как Жюльетта Адам, Мэйбл Додж, Мари Бонапарт, Симона де Бовуар и Клара Мальро, публиковала рассказ о детстве и юности в качестве первого тома многотомной автобиографии. Такие работы я включила в исследование. Если автор писала только об определенном периоде детства или хотела создать о нем серию отдельных рассказов, то такие работы я тоже рассматриваю.
Несмотря на важность темы для социальной истории, это книга не только о женском детстве. В первую очередь мой главный интерес состоял в том, чтобы узнать, как женщины описывали себя, влияние детства на них в эпоху, когда детство признали важным, его опыт – формирующим, а детский взгляд на мир – особенным и заслуживающим внимания. Гендерные аспекты выбранных работ меня интересовали больше всего: то, как женщины писали о себе как о девочках. И здесь мне важны как самопрезентация, так и саморепрезентация: тон и комментарии автора содержат не меньше информации, чем выбор материала и его структура. Если созданный женщиной нарратив содержит особый фокус, например инвалидность, психическое заболевание и т. п., но не затрагивает гендерные вопросы (например, «История моей жизни», 1902, Хелен Келлер), – я его не рассматриваю. Наконец, меня интересует история жанра: как зародилась и развивалась детская автобиография, написанная женщинами. Это давняя и содержательная традиция.
Книга организована таким образом, чтобы показать возникновение и изменения жанра. Как и другие жанры, женское автобиографическое письмо о детстве эволюционировало исторически. Обычно появлению нового жанра способствует тот факт, что какое-то произведение (или группа) обретает популярность, и ему начинают подражать. Потом появляются привлекательные вариации, которые смещают общий горизонт ожиданий, и подражать, в свою очередь, начинают им *. Я воспринимаю как данность то, что тексты ориентируются на предыдущие произведения, и считаю эту закономерность превалирующей. Автобиографическое письмо – не замкнутая система, и жанровая эволюция зависит не только от книг: изменения в образе жизни людей, очевидно, влияют на создаваемые ими произведения. Но если женщина пишет семейную историю, это, вероятно, потому, что она читала семейные истории других женщин и восхищалась ими, а не потому, что, скажем, как женщине, ей свойственно реляционное самоопределение.
Главы организованы по историческим периодам. Деление на периоды может выглядеть условным, но оно не произвольно. Каждый период знаменует изменения в женском письме. До Первой мировой войны работы были крайне разнородными. Произведения, написанные в межвоенные годы, более однородны, появляются некоторые закономерности, и в целом они демонстрируют значительные изменения в содержании и тоне по сравнению с довоенными текстами. Работы, написанные в годы Второй мировой войны, продолжают развитие, начатое в межвоенные годы. Им посвящается отдельная глава, потому что, несмотря на заботы военного времени, текстов становится на удивление много, предвещая вал автобиографических произведений 1950‑х и 1960‑х годов. После Второй мировой войны писательницы начинают использовать жанр с несколькими новыми целями.
  
Чтобы сориентировать читателей, в начале каждой главы я разместила список обсуждаемых авторов, упорядоченный в хронологическом порядке по дате публикации. Подзаголовки обозначают переходы между различными типами работ внутри глав. Содержание представляет собой дорожную карту. В главе 1 читатель может узнать, чем отличались произведения, написанные до Первой мировой войны, и так далее.
Аргумент, который я постараюсь доказать читателям в следующих главах, заключается в следующем. В XIX веке, когда публиковаться женщинам было крайне сложно, а социальные ограничения препятствовали их откровениям о жизни перед широкой публикой, автобиография детства представляла собой привлекательный выход для саморефлексии и творчества. Детство, прославленное Вордсвортом и другими романтическими писателями, обрело статус темы, достойной того, чтобы о нем писать. Женщины, на которых возлагались обязанности по воспитанию детей, пользовались неоспоримым авторитетом в вопросах, касающихся детского опыта. Писать о детстве давало возможность сравнительно свободно самовыражаться – своего рода лазейку. Помогало и то, что в ту эпоху детство считалось невинным, асексуальным периодом жизни. Тогда, начиная с середины XIX века, женщины стали подробно писать о своем детстве и публиковать написанное.
С самого начала и далее по мере того, как женская версия этого жанра набирала обороты в XX веке, целый ряд обстоятельств – изменение статуса и самосознания женщин, международные события и общественно-политический климат, господствующие и модные интеллектуальные идеи, популярность предыдущих написанных женщинами автобиографических произведений и растущие возможности публикации – отразился на писательских успехах женщин. Особенно начиная с 1930‑х годов можно увидеть детские автобиографии, авторы которых воодушевлялись кто верой, а кто и идеями психоанализа. Однако для тех и других более значимым, хоть и более поверхностным, повторяющимся паттерном является скорее тон, чем идеологическая составляющая. Инстинктивно подражая предшественницам, авторы стали выбирать тон – иронический, ностальгический или юмористический – в соответствии с намерениями и веяниями моды.
Безусловно, нормы, обстоятельства и влиятельные произведения сказывались на истории автобиографий, написанных и мужчинами, не только женщинами. Тем не менее автобиография считается документальным жанром, и пол референта – главного героя – и автора влияет на готовый проект. Автобиография не нейтральна с гендерной точки зрения. В той или иной форме общество всегда иначе относилось к женщинам. Имя женщины на титульном листе создает ожидания, которые женщина-автор предвидит, выбирая, что и как писать. Представления писательницы о своей предполагаемой аудитории неизбежно влияют на ее самопрезентацию. Это не означает, что опубликованная автобиография является четким отражением общественных норм; скорее, она включает в себя форму «зеркального разговора» (цитируя название книги Mirror talk Сюзанны Иган *) между автором и этими нормами. Как будет видно, общая тенденция в женских автобиографиях детства с течением времени была направлена на рост откровенности. Однако – и это мы также увидим – женщина часто считала нужным приукрасить свою историю, объясниться с читателем, приняв определенный тон, придав себе определенный образ, выдвинув на первый план одни сюжеты и скрыв другие. Преимущества беллетризации автобиографии для женщин были слишком серьезными, чтобы ими пренебречь.