Рог белого медведя (СИ)

Поднявшись наверх, мы обнаружили, что горничные времени не теряли, и вся одежда была уже разложена и развешена. А мне и девочкам предложили … ванну. О, Древний медведь! Как же я скучала именно по ванне. Вот ни вкусная еда, ни платья с драгоценностями не вызывали у меня такой ностальгии как ванна. Большая, с горячей, почти обжигающей водой и вкусной пеной.
- А вы справитесь, девочки, одни? – с надеждой спросила я у Анни и Лотти.
- Да, мам. Ты иди.
- Мам, мы сами. Мы уже большие! – и они хитро переглянулись, глянув на Чаплина.
- Гуна Таларктос, не волнуйтесь. Мы проследим – сказала одна из горничных.
Я кивнула и пропала для окружающего мира почти на час. А потом мыла голову, наносила маски на мои бесцветные волосы и перепробовала все баночки, что там стояли. Из ванны я вышла не скоро. Зато довольная и благоухающая.
А вот потом на меня набросились с рассказом, как дочери купались, как мыли Чаплина, как потом сами снова перемывались.
- Мам, ну он же пятый? Ему тоже нужна была ванна – пожала плечиками Лотти.
Я вздохнула, но ругаться не стала. Помыли и помыли. Главное что наш меланхоличный пес отнесся к этому спокойно, учитывая, что раньше мы мыли ему только лапы и споласкивали иногда под душем. А тут целая ванна!
Видя, что я не буду спорить и ругаться дочки тут сообщили мне о том, что мне вот просто срочно нужно померить все новые платья.
- А почему срочно?
- Так папа же приедет на обед? – удивленно сказала Лотти.
- Ему понравится, что ты в новом платье – категорично заявила Анника.
- Хорошо – со вздохом кивнула я, хотя и самой примерить обновки очень хотелось – А откуда вы знаете, что он приедет?
- Так его секретарь сказал – невозмутимо сказали Анника.
- Мам, он хороший. Его Вермунд зовут. Только вот дергается постоянно. Ему надо шарпея попить – добавила Лотти.
- Шалфея – поправила я – И когда только вы всё успеваете? И Чаплина искупать, и с секретарем познакомится? И шалфей от нервов не помогает.
- А что помогает? – заинтересованно подняли на меня головки дочки.
- Валериана с пустырником – не особенно задумываясь, сказала я.
Девочки переглянулись.
- Нужно его напоить. А то, что он дергается?
- А пустырник растёт на пустыре? Да, мам?
- Девочки! Не надо никого поить ничем. Вермунд уже взрослый. Сам справится – категорично запретила я.
Анника недовольно поджала губы, а вот Лотти поспешила вмешаться.
- Мама, смотри вот это самое красивое платье! Начинай с него!
- Анни, это для приемов. Для простого ужина в кругу семьи оно не подходит. Но я примерю – и я улыбнулась восторженно смотрящим на меня девчонкам.
Пока мы все не перемерили, они от меня не отстали. К своим нарядам они отнеслись намного прохладнее. Но вот к моим платьям придирались по полной программе. То тут морщит, то этот цвет мне не идет, то я в нем через-чур худая, и похожа на щепку. Вот этого совсем не хотелось. И откуда такие познания? Не понятно.
- Мам, тебе нужно больше есть. Ты слишком худая.
- Мам, медведи худых не любят.
Древний медведь, но это-то им, откуда известно?
- Мам, так горничные сказали. Мол, ты тут ненадолго. Медведи худых не любят и папа скоро нас прогонит.
Я присела рядом с дочерями и, прижав их к себе сказала:
- Девочки. Там куда мы едем…
- В столицу Восьми Домов Дубхе – кивнула Лотти.
- Да, вот там вам будут постоянно говорить неправду. Это даже будет не ложь. Это называется «сплетня». Так вот. Им верить ни в коем случае нельзя. Вот никогда и ни за что. Это очень важно.
- Значит это не правда? Папа от нас не откажется?
- Нет. Пап не откажется от вас. Верить можно только мне или папе. Вот если папа сказал, что он что-то сделает, то только так и будет. Поняли?
- Да. А папа сказал, что он нас очень любит и никому не отдаст! Вот! – гордо выпятила подбородок Лотти.
- Вот поэтому никого не слушаем и верим только папе.
- Только вот тебе все равно нужно поправиться, мама. Ты худенькая.
Я улыбнулась и выпрямилась. И тут дверь распахнулась, и в комнату вошел Бьорн.
 
- Папа – завопили девочки и бросились к нему.
Бьорн их кружил и подбрасывал, а я опять остро пожалела о своей глупости. Но сейчас мне главное не совершать новых ошибок, и постараться по возможности минимизировать ущерб от старых.
Бьорн подошел ко мне и я, выслушивая от него и от Талека комплементы, чувствовала, как заливаюсь краской. Отвыкла я от них. Уже слишком давно никто не говорил мне, что я красива и что платье мне идет. Иногда Эффи мог бросить что-то про дырку на локте или пятне на юбке. Наверное, стоит привыкать.
- Асти цветочек, я забыл тебе отдать утром – и Бьорн достал из кармана тяжелое золотое кольцо с гербом Дома белых Медведей.
Я хорошо помнила это кольцо. Помнила его приятную тяжесть на пальце и помню, как мне не хотелось с ним расставаться. Бьорн аккуратно одел мне его на палец, и я подняла на него глаза. Теперь я снова гуна Астрид Таларктос и принадлежу к дому Белых Медведей. Как то это слишком быстро. Я же предупреждала его, что не готова к этому. Но он сделал это при девочках, и устраивать сцену мне не хотелось. И если мы едем в столицу, то нужно все же его носить? Надо поговорить с Бьорном. Мы же так ничего толком и не решили? А я обнаруживаю, что он спит в моей постели! Или это я в его? Ох.
Всё это вихрем пронеслось в моей голове, но тут я почувствовала приятную тяжесть массивного золотого кольца и успокоилась. Я всё же рада, что оно снова со мной.
Вошел слуга оповещая что обед подан и я поспешно отвела глаза.
Мы спустились в столовую. Девочки, воспользовавшись, что мы в узком кругу рассказали и про ванну и про платья и продолжили бы и дальше в том же духе меня смущать, но тут Бьорн сказал про прием в ратуше вечером.
И все посмотрели на меня.
  
Глава 12. Настроение на то и настроение, чтобы его настраивать!
 
— А тормоза у этой штуки есть? — Конечно! Но они не работают!
Цитата из мультфильма «Чип и Дейл спешат на помощь»
Астрид
Все смотрели на меня в ожидании моего решения.
Хотелось ли мне идти? Нет. Совершенно не хотелось. Только я знала, что должна это сделать. Я уже пренебрегала своими обязанностями раньше. И вот к чему меня это привело. А теперь у меня две дочери и ради них и ради Бьорна, я просто обязана посещать светские мероприятия.
Поэтому я кивнула и сказала:
- Да. Я пойду с тобой!
Бьорн и виду не подал, что удивлен моим решением, и я только и увидела, как Талек мне одобрительно кивнул и улыбнулся.
- У мамы и платье есть!
- Да. Пап. Мы его померили. Она будет самая красивая.
- Я в этом и не сомневался. Наша мама всегда была самая красивая. Кстати, а почему Карл не спустился к обеду? – перевёл разговор на другую тему Бьорн.
- Он редко обедает и еще реже делает это в столовых – ответила я.
Дальше обед протекал без неловких моментов и вопросов. Мы вышли из столовой и Бьорн сказал:
- У меня перед ужином еще несколько важных встреч. Я зайду за тобой перед приемом. Там Вермунд занес тебе драгоценности. Выберете с девочками что-то подходящее к платью.
Он поцеловал мне руку и, схватив за локоть явно собирающегося задержаться Талека, потащил его на выход.
- Мам! У нас мало времени.
- Мам! Тебе еще прическу делать.
- Мам! Пошли не стой столбом! Это папе нужно перед приемом остолбенеть при виде тебя.
И меня потащили переодеваться, выбирать драгоценности и накручивать волосы на новое изобретение – керлер. Это была такая палочка, которую нагревали, а потом ею мучили волосы. Говорят, что этим же словом столичные модницы именовали и щипцы для завивки ресниц. И такие тоже придумали. Вот чует мое сердце, девчонки заставят меня и их на себе испробовать.
На уроки мы сегодня дружно махнули рукой. Ничего страшного, вот все наладится, наверстаем. А пока девочки только и делали что давали мне бесценные советы, как и что надеть. Я не сопротивлялась. Их вкус полностью совпадал с моим.