Рамиль (СИ)
Так ещё хуже! Щеки перестают гореть, стыд проникает глубже, делая кровь густой и вязкой. Сердце с усилием, больно покалывая, гонит её по венам.
- А вот и вы! Вместе решили приехать?
Мелодичный голос именинницы вырывает меня из плена удушливых мыслей. Вскидываю голову и вижу подходящую к нам Ани Рустамовну. Уголком глаза выхватываю уже сидящую за столом и улыбающуюся мне старшую сестру Нюшу, по совместительству мачеху Рама. Ощущаю на пояснице тяжелую горячую ладонь младшего Керефова. Как он вообще умудрился? Тащит эту тяжеленную коробку одной рукой? Чтобы меня поддержать...И все они...С такой теплотой смотрят...Зря.
За длинный стол сели как обычно. Мужчины с одного края, женщины с другого. Детей поблизости видно не было. Скорее всего им наняли аниматора, чтобы не мешали взрослым общаться, и сейчас какой-нибудь человек-паук истязает их конкурсами на заднем дворе. В этот раз народу было немного, человек пятнадцать, так что все приглашенные скучковались ближе к центру. Ани Рустамовна не любила большие сборища. Возможно, и меня бы тут не было, если бы мы так часто не общались с ней как врач и пациент. Я нашла себе местечко рядом с сестрой, окинувшей меня недоуменным взглядом, когда я инстинктивно вжалась в неё плечом, ища хоть какой-то защиты.
- Ты чего такая красно- зеленая, систер? Что-то случилось? Или ты всё по Игорю этому страдаешь? Не стоит!!! Вообще мутный товарищ, я тебе скажу...- тут же принимается тараторить Нюша мне на ухо в своей обычной манере всезнающего человека.
От волнения я выхватываю лишь половину фраз. Игорь? Какой Игорь???Аааа...Боже, я уже и забыла про него...
- Нет, конечно нет. Какой к черту Игорь...- отвечаю глухо и невольно кошусь на Рамиля, сидящего на противоположной стороне стола через три человека от меня.
По Раму видно, что он тоже слегка не в себе. Механическая улыбка растягивает четко очерченные губы. Отрешенный взгляд, устремленный в себя, то и дело прокатывающиеся по наполовину заросшим щекам желваки. В какой-то момент он резко поворачивается ко мне и подмигивает. Я опускаю глаза в тарелку.
- А что это ты с Рамилем приехала, а? - мурлычет мне на ухо сестра, заметив, похоже, что он мне подмигнул,- Колииись...!!!
- Да так вот...вышло...- бормочу невнятное в ответ, думая про себя, что "потерпи минут пять и сама узнаешь...".
Сердце глухо отсчитывает удары. Секунды словно вязнут в уплотняющемся вокруг меня пространстве. Вообще-то мы очень близки с Нюшей, и я бы обязательно ей первой всё рассказала, если бы...Если бы это был НЕ Рамиль. Потому что рассказать такое сестре, всё равно что передать послание её мужу и одновременно деду моих будущих детей по испорченному телефону...
Дружеский галдеж вокруг сменяется звоном стучащей по бокалу вилки. Рустам Зурабович встаёт, чтобы первым поздравить свою дочку. Все подставляют фужеры, я прикрываю свой рукой.
-Лен, не за рулем же? Давай! - басит Тагир, муж Ани Рустамовны. Я только отрицательно качаю головой, улыбаясь.
Нюша рядом вопросительно выгибает бровь.
- Один тост, так не положено, Елена Сергеевна, уважь,- мужчина надо мной показательно хмурится.
- Яяя...- тяну, краснея. Как назло, на ум ни одного приличного оправдания не приходит. Ну я ведь знала, что начнутся эти добровольно- принудительные заливания...Чёрт...
- Тагир, отстань, не надо ей! - одновременно выпаливают Ани Рустамовна и Рамиль. И переводят взгляды друг на друга.
- Ооой,- тянет Ани Рустамовна и прикрывает рот рукой.
Её глаза, впившееся в племянника, становятся круглыми, в них мелькает догадка. Проносится словно бегущая строка. Она отрывает ладошку от лица и тычет пальцем в Рамиля, подняв брови в немом вопросе. Рам в ответ поджимает губы, смотря на тётку исподлобья. А потом произносит твёрдо и громко, на весь стол.
- Дед, давай- ка я первый тост скажу. Я тут...подготовился...
Рам встаёт, вырывает из рук у открывшего рот от подобной наглости отца вилку и звонко стучит ею по своему наполненному бокалу с коньяком, привлекая к себе внимание всех присутствующих. У меня разом отказывают все жизненно важные функции организма. Надеюсь, он будет не очень долго говорить, потому что не дышать больше двух минут кажется мне проблематичным…
-Ну, раз подготовился, - хмыкает Рустам Зурабович и грузно возвращается на свой стул. Затем благосклонно машет рукой, - Давай, Рамик!
Да…давай…Иначе я тут сейчас сдохну в ожидании…
11. Рамиль
Я делаю глубокий вдох, но лёгкие отказываются всасывать обжигающий кислород. Расфокусированным взглядом обвожу лица притихших родственников. На секунду задерживаюсь на бледной как привидение Лене. Кажется, она не дышит, глаза - две зеленые плошки...Это мобилизует. Чем дольше я тяну, тем больше вероятности, что мать-моих-детей доведет себя до тяжелой гипоксии. Откашливаюсь, собираясь с мыслями, так как на самом деле я ни черта не готов, и сосредотачиваюсь на ошалело улыбающейся мне тетке.
- Тетя Ани,- мой голос утробно гудит, будто дьявол решил передать привет из преисподней. Приходится прокашляться ещё раз,- Все сейчас будут говорить о том, какой ты прекрасный человек, желать тебе здоровья и семейного благополучия. Я же хотел бы вспомнить, какой ты чудесный специалист...
Ощущаю, как левую щеку прожигает хмурый взгляд отца. Из-за вилки до сих пор в недоумении, похоже...Подожди, пап, сейчас ещё причины будут...негодовать...
- В этом году ты защитила докторскую, и мы все тобой очень гордимся, - продолжаю окрепшим голосом.
- Спасибо, дорогой,- шепчет тетка одними губами, не сводя с меня полыхающего болезненным любопытством взгляда.
-...Проделала огромную научную работу и помогла сотням женщин, которые, если бы не твой труд, никогда не познали бы счастья материнства...
Тетка косится на Лену и переводит многозначительный ехидный взгляд на меня. Вдоль позвоночника пробегает мерзкий холодок. Усилием воли заставляю себя продолжить. Адреналин впрыскивается в кровь лошадиными дозами. Кажется, меня меньше потряхивало даже при прыжке с парашютом.
-... И я знаю, что лучшая награда для любого фаната своего дела- видеть положительные результаты проделанной работы. Так что у нас с Еленой для тебя подарок...Помимо сервиза...
Родственники вокруг перестают шушукаться, устремляя на меня недоуменные заинтригованные взгляды. На висках выступает пот.
- Точнее, ты о нем знаешь уже, но теперь официально...
Тетя Ани расплывается в идиотской улыбке, которую можно перевести как "О, да...О –фи-геть!".
- ...Вернее, два подарка...- продолжаю глуше.
-Рамик, ты что там несешь? - хмурится дед.
В горле стремительно пересыхает. И я, наплевав на традиции, залпом осушаю бокал коньяка в своей подрагивающей руке. С грохотом водружаю пустой стакан на стол и выпаливаю.
- Мы станем родителями. Дважды. То есть двойни. Вот.
Всё. Я сказал. Сажусь. Стул подо мной издает жалобный скрип в гробовой тишине. Где-то звякает выпавшая из рук вилка. Дед молча опрокидывает стопку. Лена делает первый шумный вдох. Отсчитываю мгновения перед тем, как на меня начнут ОРАТЬ.
- В СМЫСЛЕ, бл...ть??? - ревет отец слева мне в самое ухо.
- Тигран, нормально всё, не верещи! - возмущенно вскрикивает тетя Ани, одинаково не переваривающая мат и громкие звуки.
- Не лезь! - припечатывает в ответ сестру отец.
- Объяснись, Рамиль,- вклинивается дед, чеканя слова своим командирским голосом.
Я кошусь на полыхающего гневом отца, сжимающего свой увесистый кулак у самых моих ребер, аккуратненько отодвигаю от него столовый нож и перевожу всё своё внимание на впившегося в меня цепким взглядом деда.
- У нас с Леной будет ребенок. Дети. Так вышло...
Весь стол нестройно охает. Жена отца, сидящая напротив, прикрывает ладонями рот, смотря на меня круглыми от шока глазами. Ленка рядом с ней утыкается носом в тарелку, явно мечтая провалиться под землю. Я её понимаю. Я бы тоже был не прочь.
- В смысле "так вышло"? - шипит отец рядом со мной. Теперь тихо, но от этого не менее проникновенно,- Из тебя что? Без твоего ведома "выходит", СЫНОК?!