Рамиль (СИ)
- Лен, может что-нибудь хочешь, а? - осторожно проверяю свою только что возникшую теорию, что женщины и дети примерно на одной ступени развития.
Пока жду ответ, обнимаю её за подрагивающие напряженные плечи и безапелляционно притягиваю к себе. В грудь мне тут же упирается мокрый нос и приоткрытые губы, горячее прерывистое дыхание обжигает кожу сквозь тонкую ткань футболки, в легкие заползает свежий цветочный аромат женских духов, а тонкая ладошка, ища равновесие, упирается мне в бедро...Только не шевели пальцами, Лена...А то узнаешь, что духи твои младшему ОЧЕНЬ понравились. Как и вся ты...Леен...
-Леен...- вырывается непроизвольно.
- Что значит "что хочу"?- озадаченно всхлипывает Акунина.
Не удерживаюсь и зарываюсь лицом в её светлые шелковистые волосы.
- Ну...Может ты кольцо там какое- нибудь хочешь? Или свадьбу пышную? Или поехать куда-нибудь? Я не знаю...Ты только скажи! Чего реветь то?- бормочу ей в душистую макушку.
Она такая мягкая, и хрупкая, и горячая... И, помнится, тесная...
- Дурак ты...- прилетает мне в грудь невнятное.
"И вредная," - додумываю я.
- Аргументируй, Акунина, - вслух хрипло предлагаю.
Пара секунд тишины, а потом:
- Ни...ничего я от тебя не хо..хочу!!!- выпаливает, заикаясь, Лена. Ладонь на моём бедре, чувственно царапнув ноготками, собирается в кулачок, - Я по любви за...замуж хочу! По..по любви!!! Понимаешь?!! А не та...так вот...С тобой!!!
И её начинает трясти с удвоённной силой, футболка на моей груди быстро пропитывается горькими слезами насквозь.
- Неу...неужели я не достойна того, чтобы у меня бы..была нормальная семья, но...нормальный муж, но...нормальные отношения...но...
Она лопочет что-то ещё, изливая свою женскую боль мне в одежду, но я так оглушен её первыми признаниями, что дальше попросту не слушаю. От Лены в моих объятиях идет сильнейший жар, я меня вдруг крупно знобит. Колючий мороз залезает под кожу, пробирает до кости, покрывает инеем внутренности.
По любви она хочет...Вот поэтому и ревет.
Я же не по любви. Так...
Я вроде бы и не претендовал, но...Я хотя бы могу себе представить НАС. Могу, уже наверно даже ХОЧУ попробовать...Хочу...А она вот нет. Даже с Игорем хотела, о со мной...Вон как плачет горько...Из-за меня....Как там? Насильно мил не будешь?
В горле собирается противный ком, в груди теснит. Впору вместе с ней зареветь. Сжимаю Ленку крепче, словно пытаясь удержать, оставить с собой, веду носом от макушки к виску. Какая она всё- таки...Как персик... А её только сильнее колотит, и вырваться пытается. Слабо, но я же чувствую. Не хочет... Не могу её мучить, пусть улыбается лучше. Ей идет.
- Ну всё, не реви, Акунина, для детей вредно, - сиплю глухо, в груди так больно покалывает, что даже в руку отдаёт, - По любви так по любви. Значит без свадьбы... Разберусь я как- нибудь с родней. Сама только не поддавайся, ладно? А то насядут же...
Лена в ответ всхлипывает как-то особенно пронзительно и долго, толкаясь носом мне в грудь. Я хмурюсь, не понимая, она рада или нет?
- Ты только это...- сглатываю, потому что уже почти нереально говорить. Давно у меня таких тяжелых бесед не было. Точнее, никогда, наверно.
- Ты же мне позволишь...Ну...помогать там...и...рядом...быть...если...
Замолкаю, потому что голос подводит. Я думал, всё немного по-другому будет. Думал... Шумно выдыхаю ей в волосы. Лена молча быстро согласно кивает головой. А потом вдруг начинает рыдать совсем уж навзрыд.
Лена, бл..ть. Ну я же уже всё сделал, как ТЫ хотела! Разве нет?!
Больше ни о чем не спрашиваю, просто крепко обнимаю. Это гормоны наверно. Потерплю.
10. Лена
Звук автомобильного клаксона под окном совпадает с пиликаньем принятой СМС на моём телефоне. Аккуратно отодвигаю занавеску на кухне, чтобы посмотреть, что там внизу и одновременно остаться незамеченной. Черный дискавери Керефова , его "походный дружище", как Рам выражается, оказывается припаркован под самым моим окном в опасных сантиметрах от хлипкого газончика. Опускаю взгляд на светящийся экран телефона в руке - на сетчатке отпечатывается слово
"выходи".
Л.: Пять минут, и не кошмарь моих соседей своей сиреной!
Торопливо набираю дрожащими пальцами в ответ, пока топаю босыми пятками в ванную, чтобы завершить макияж. Вместо ответа клаксон припаркованной под окном дискавери дает три пронзительных коротких гудка. Я расплываюсь в слегка истеричной улыбке. Придурок. И ещё один длинный и воющий. Улыбка становится шире. Совсем больной.
Придирчиво вглядываюсь в своё отражение, нанося розовую жидкую помаду на немеющие губы. Как жаль, что хайлайтер для синяков под глазами придумали, а вот как замазать лихорадочный блеск во взгляде ещё нет. Из зеркала на меня взирает слегка ополоумевшая от переживаний и противоречивых эмоций молодая женщина. Состояние настолько для меня непривычное, что я сама себя с трудом узнаю. Списываю всё на гормоны, конечно, но...Кого я обманываю! Есть только две истинные причины хаоса в моей голове и отупляющей слабости в теле. Первая находится у меня в животе, а вторая чуть не заехала на итак дохлый газон под моим окном и выбешивает соседей своим оглушительным клаксоном. И с обеими этими причинами я совершенно не представляю, что делать. Знаю только, что теперь они в моей жизни навсегда. А ещё, что они совсем ничего от этой жизни своим появлением не оставили. Моей хорошей, спокойной, упорядоченной, тихомирной, блин, жизни!
После последних эпичных посиделок в "Рибае" мы с Рамилем ещё не виделись. Целых два дня. Два дня, во время которых я только и делала, что мысленно ставила на репит даже не каждое слово...Каждый керефовский вздох, направленный в мою сторону! Я ведь на что-то надеялась...ДУРА! В глубине души...глубоко- глубоко...Мне казалось, что с его стороны это не просто секс из-за передозировки бесплатным шампанским. Что я ему действительно нравлюсь, не только на словах...Рам иногда так смотрит...ТАК...Что я забываю, что это его почти профессиональный взгляд...ДУРА-ДВА-РАЗА...
Р.: Я поднимаюсь
Угрожающе мяукает телефон.
Л.: Я спускаюсь!
Быстро набираю в ответ и выбегаю из ванной.
По привычке залетаю в любимые классические лодочки на десятисантиметровой шпильке. Потом, чертыхаясь, меняю их на более подходящие случаю кроссовки. Сейчас ведь и правда поднимется, а я как-то не готова пустить Керефова на свою территорию. Вот так запросто. После всего...После того, как я ему буквально выревела в футболку свою тайную мечту, чтобы он женится на мне не просто чувства долга, а Рам, тяжко вздохнув, сообщил, что раз так не устраивает, то значит и без свадьбы обойдёмся, потому что других вариантов у него для меня нет. НЕТ. " С родственниками я договорюсь",- доверительно сообщил мне этот грейпфрутовый баран. То есть "по любви" настолько без вариантов, что и кастрация вилкой от папочки уже не так пугает???
Ууу...НЕНАВИЖУ....!!!
Гнев жаром омывает низ живота, щеки обжигающе вспыхивают. А потом всю злость смывает охватывающие меня опустошение и безысходность. Ну он же не виноват...Насильно мил не будешь...
Потухаю.
Маршрут эмоций, до оскомины выученный мной за эти два дня.
"Ладно, ты взрослая рассудительная женщина, Елена Сергеевна, ты выдержишь,"- убеждаю себя, сбегая по ступенькам. «Всего лишь семейная поездка загород», - открываю дверь парадной. «Всего лишь день рождения тети Рама и по совместительству моего гинеколога - Ани Рустамовны», - на подкашивающихся ногах иду к дискавери Рамиля. «Всего лишь день, когда мы решили рассказать нашу офигительнуйшую новость всей армии родственников», - сквозь лобовое ловлю на себе непривычно тяжелый задумчивый взгляд.
Всего лишь...
Под ложечкой заунывно сосет. Желудок скручивает ложными позывами в туалет. В горле пересыхает…Я просто НЕ ПРЕДСТАВЛЯЮ, как это будет!
- Привет,- дергаю на себя ручку передней пассажирской двери вспотевшей ладонью и замираю под прицелом жгучих черных глаз.