Драконы (ЛП)
— Есть лекарство, которое мы используем, когда нам нужно сдержать Дракона. Оно предотвращает превращение и приглушает силы. Оно практически подавляет Дракона, это объясняет, почему Вон не смог тебя найти. Дорн, должно быть, смешал его с анестетиками. — Зара протягивает руку и кладет её на плечо Портера. — Возможно, он держал Портера без сознания, и когда Дорн, наконец, смог бросить вызов Вону, больше не нуждался в Портере и оставил его умирать.
Дорн бросил вызов Вону? Я слышу шаги, и Зара оглядывается через плечо.
— Кто-то идёт, — говорит она себе под нос.
Пересекая комнату, я останавливаюсь прямо у двери и оглядываюсь в поисках какого-нибудь оружия, чтобы сразить того, кто приближается. Затем понимаю, что у меня есть силы и мне не нужно ничего, кроме собственных рук. Тьфу. Я должна наподдать себе за то, что позволила Дорну схватить меня. Хотя я ни разу не думала, что он причинит мне какой-либо вред.
Я собираюсь ударить того, кто войдёт внутрь, когда слышу голос Сирила.
— Зара? Зара, где ты?
— Здесь, — отвечает она.
Делая шаг в комнату, он оглядывается, и его глаза расширяются, когда видит меня.
— Ты здесь. Ты в безопасности. Мне нужно позвонить Вону.
Он хватает телефон, но вынужден собраться с силами — мне и Заре тоже — из-за звука взрыва, от которого дрожит земля, когда вибрации проходят через наши тела.
— Еще одно спаривание? — Я ахаю.
Лицо Сирила становится мрачным, когда он убирает свой телефон.
— Нет. Это был не брачный взрыв. — Почему он убирает телефон? Разве он не должен позвонить Вону?
Зара тяжело сглатывает и говорит:
— Защитный купол магии Вона только что отключился. Это может означать только одно.
— Одно из двух, — поправляет Сирил. — Либо он мёртв, либо ему нужна вся магия, чтобы сражаться.
— Если ему нужна вся сила, чтобы сражаться, он…
— Он думает, что это битва не на жизнь, — заканчивает Сирил фразу Зары.
Меня снова начинает тошнить, но уже по другой причине. У меня болит в груди, и я мысленно отрицаю то, что они только что заявили.
— Он не мёртв, и умирать не собирается, — озвучиваю я мысли вслух. — Зара, позаботься о Портере. Сирил, ты идёшь со мной, потому что мне нужно к Вону.
— Ты не можешь вмешиваться, если ему брошен вызов, Эния. Это противоречит традициям.
— К черту тебя и к чёрту традиции, Сирил. Дело в добре и зле, и будь я проклята, если Дорн бросил вызов Вону и убил его, чтобы захватить этот клан, МК, неважно. Этого не будет. Не в мою смену.
Его глаза широко распахиваются от моей вспышки гнева. Да, привыкай, приятель, мы живём в мире, где женщинам тоже позволено высказывать мнение.
— Отведи её к Вону, Сирил. Доверься ей. Она — прикосновение чистоты, которое принесёт спасение. Я видела это. У Портера кишки вываливались из живота, и несколько капель её крови исцелили его. Не только исцелили, но и связали его ДНК, и я чувствую, что он моя пара. Доверься ей.
Взгляд Сирила останавливается на Портере, и он глубоко вдыхает, прежде чем кивнуть.
— Очень хорошо, пошли. — Он разворачивается и выбегает за дверь.
Я следую за ним, и в воздухе витает ощущение силы.
— Ты чувствуешь? — говорит Сирил, когда мы подходим ближе к зданию клуба.
Я не отвечаю из-за сцены передо мной. Два дракона кружат друг над другом. Один серебряный, Вон. Другой красный. Я предполагаю, что красный — это Дорн, но он больше. Больше, чем Вон, и во всех наших с Воном разговорах он рассказывал о размерах драконов и о том, какой силой они обладают. Вон — один из самых крупных, и когда вы даёте присягу в качестве главы клана, это усиливает магию, позволяя Дракону увеличиваться в размерах. Я шутила о парнях и преувеличении размеров, о том, что у него большое эго и всё такое. Но не понимаю, потому что Вон сказал, что его Дракон был самый крупный из всего клана, потому что очевидно, красный больше. И это бессмыслица
Сирил ругается себе под нос, заставляя меня усомниться.
— Что происходит?
— Кажется, я знаю, почему пропал Тифон.
Сирил не вдаётся в подробности, и я слышу рычание, когда оба Дракона сталкиваются. Когти вонзаются в тела, запах крови наполняет воздух, когда их окружает огонь.
Я бью Сирила кулаком в плечо.
— Скажи мне, что происходит. Вон упомянул о размере Дракона и его магии. Почему красный больше? Вон должен быть самым большим, верно?
Глаза Сирила полны беспокойства.
— Я слышал о возможностях, но никогда не видел, как это происходит. — Он качает головой.
— Что? Давай, время дорого. — Я рискнула посмотреть в сторону сражающихся Драконов, но тут же пожалела об этом, когда увидела, как красный полоснул когтем по крылу Вона, пронзив насквозь. — Чёрт возьми, скажи. Он не может противостоять этому Дракону в одиночку.
— В редких случаях, и если магия одного из двух Драконов сильна, они могут стать одним целым с помощью ритуала. Тифон и Дорн оба красные Драконы, кровная связь отца и сына. Один должен быть сильнее другого, но другой должен согласиться завершить ритуал. Один, так сказать, отдаёт свою жизнь за другого, в то время как другой удваивает силу и магию.
От слов Сирила у меня по спине пробегает холодок.
— Хочешь сказать, что красный Дракон — это и Тифон, и Дорн в одном лице? Тем не менее, только один из них главный, а другой просто исчез? Слился с другим, так что двое стали одним драконом, сильнее, так сказать, удвоили дозу?
— Да, — процедил он сквозь зубы. — И мне неприятно это говорить, Эния. Но это делает их непобедимыми. Независимо от того, насколько силён Вон, он не сможет победить.
— Ублюдок, — рычу я себе под нос и делаю шаг вперёд, но Сирил останавливает меня.
— Ты не можешь вмешиваться, это противоречит традициям.
Я вырываю у него руку.
— Как я уже сказала, к чёрту традиции. К чёрту Дорна и Тифона, или как там этого красного. Всё будет меняться. А теперь оставь меня в покое, чёрт возьми, потому что я собираюсь помочь своей паре.
Глава 11
— Вон~
Боль пронизывает насквозь. Пульсирующая. Моя спина. Моё крыло. Я со многим сталкивался в жизни и всегда чувствовал себя непобедимым, и всё же сейчас у меня по спине пробегает дрожь страха от осознания того, что в этот момент речь идёт о жизни или смерти, и я не уверен, что баланс в мою пользу.
Я замечаю, что Лусио выходит вперёд позади Дорна, и мысленно предупреждаю его не вмешиваться. Он не может. Мы должны чтить традиции. Некоторым традициям суждено со временем немного измениться, чтобы открыть возможности, принося пользу клану. Они необходимы, потому что времена меняются, но с этим? Борьба за лидерство? Это настолько просто и незатейливо, насколько возможно. Как только лидеру бросают вызов, он должен сразиться с претендентом. Выхода нет, ты сражаешься до смерти или если другой Дракон сдастся, потому что больше не может продолжать, и нет другого выбора, кроме как подчиниться. Один на один.
Я беру себя в руки и чувствую, как его когти впиваются в мою кожу, в то же время я впиваюсь зубами в его шею. Я начинаю трясти головой, чтобы разорвать его, но сильный толчок в грудь выбивает меня из равновесия. Я пытаюсь удержаться, но крыло повреждено. Боль снова пронзает тело, и на этот раз поглощает мысли надолго, и Дорн нанёс новый удар. Из моего горла вырывается рёв, и огонь накрывает Дорна. Хотя он не причинит ему вреда. Огонь не может причинить нам вреда, а вот удар когтей и сила вместе с магией, могут оборвать наши жизни. Мне нужно защитить чувствительные части тела под головой и грудью.
Я пытаюсь вернуть равновесие, когда сердце замирает при виде Энии, вставшей между нами. Хотя я невероятно счастлив, видеть её живой и невредимой, она не может вмешаться или пострадать.
Лусио делает шаг вперёд.
— Эния, отойди. Тебе нельзя здесь находиться.
Эния указывает пальцем на Дорна.
— Он грёбаный обманщик. Я никуда не уйду. Если эти двое объединились в одного, я и моя пара тоже будем сражаться как одно целое.