Мир Терского фронта. Тетралогия
«Настоящий военный, а не чиновник, звездами на погонах декорированный», — отметил я про себя, отвечая на крепкое рукопожатие:
— Заноза, командир рейдовой группы!
«А ребята не зря про введение в нашей ватаге званий говорили, — припомнил я недавний разговор с Говоруном и Тушканчиком. — На серьезный международный уровень выходим, надо соответствовать».
Мысли эти родились после того, как краем глаза я заметил усмешку, скользнувшую по губам парочки пришлых. Пусть самых молодых и зеленых, но все же… Все же…
Однако тут же мне стало не до этих салаг:
— Илья Васильевич! — радостно и, как мне показалось, довольно искренне воскликнул Удовиченко. — Очень рад, что вы лично приехали нас встречать. Много о вас наслышан. Разрешите представить вам моих офицеров?
— Капитан Верстаков, начальник группы сопровождения! — вперед выдвинулся невысокий, но весьма «широкоформатный» офицер, до того стоявший чуть в стороне.
«Ну да ему, как главному охраннику на ситуацию со стороны надо смотреть, а куртуазию всякую разводя, не особо покомандуешь».
— Старший лейтенант Малченко, — представился следующий. На вид парню лет двадцать с небольшим, но черные кудри на висках уже тронуты изморозью — знать, повидал многое на своем веку.
— Старший лейтенант Рогов, — сейчас этот белозубый красавец не улыбался ехидно, а выглядел скорее слегка смущенным. Видимо, реакция большого начальника на меня оказалась для него неожиданной.
— Лейтенант Афанасьев! — этот тут самый молодой, ровесник нашего Чпока, пожалуй, оттого и голос такой звонкий.
— Старший прапорщик Седов, — голос раздался у меня за спиной, и, повернувшись, я увидел встретившего нас верзилу.
Представлять в ответ мне никого, кроме Ивана, не надо было, что я сделал, только добавив для солидности на скорую руку придуманный титул — «командир рейдового экипажа».
— Ну вот, все и познакомились, — констатировал полковник. — Каковы наши дальнейшие планы?
— Вы сворачиваетесь, мы выдвигаемся, подбираем еще один наш экипаж и едем себе до пункта назначения. Устраивает?
— Принципиальных возражений нет. Один вопрос: у вас лишние места есть?
— Найдем. А что случилось?
— Пока сюда добирались, две машины потеряли, так что сейчас едем как в автобусе в час пик.
Сравнение Удовиченко выбрал такое древнее, что я не сразу понял, о чем он говорит, но потом до меня дошло:
— А у нас наоборот — некоторый избыток посадочных мест, так что милости просим! — объяснять, как этот избыток появился, времени не было, да и не думаю, что гостям это хоть сколько-нибудь интересно.
Свернулись южане быстро, через двенадцать минут сети были сняты и упакованы, а на бывшем футбольном поле стояли три внедорожника непривычных очертаний. Чем-то они неуловимо походили на древний-предревний «ГАЗ-69»[263] в варианте с двухдверным кузовом, но имелись и весьма существенные отличия. То есть, что они называются «Дон» и выпускаются где-то там, на Юге, я знал, но в наших краях такая техника попадается очень редко. «А ведь ребят на каждом посту трясли бы, что твою осинку, — подумал я, разглядывая машины. — Тут два фактора повлияли: во-первых, неизвестные „джипы“ явно военной конструкции, а во-вторых, джипы новые ! И если с первой проблемой при нынешней пестроте автопарка еще как-то можно было справиться, то со второй — уже сложнее. А если совместить первую со второй, так и вообще… Но для того мы сюда и приехали, чтобы проводку обеспечить…»
Машинки у гостей небольшие, с «уазик» примерно размером, а народ в основном габаритный. «Пятнадцать „шкафов“ на три „козлика“, да добавить к этому несколько сотен километров наших „дорог“ — комфортным их путь назвать язык бы у меня не повернулся».
Так что мы договорились взять в наши «тигры» по три человека сейчас, а еще одного пересадить попозже в захваченный у банды «уазик» — и проблема перестала существовать!
В мою машину забрались старлей Малченко и еще два бойца — неразговорчивый снайпер с «Винторезом»[264] и невысокий и очень подвижный прапорщик с занятным позывным «Бубен» с ударением на последнем слоге.
— Илья Васильевич, подойдите сюда, пожалуйста! — позвал меня Удовиченко.
— Вань, размести гостей, — попросил я Мура.
— В наряд на «машинку» включать? — Тушканчик глазами показал на АГС,[265] установленный на крыше нашего «тигра».
— Нет, сами справимся.
Малченко пошел со мной, собственно, его потому и назначили в мою машину, что он отвечал у гостей за разведку, а мне головным идти.
— Илья Васильевич, — начал, когда мы подошли, Удовиченко, — каким маршрутом поедем? Командуйте, вы тут хозяин.
— Во-первых, полковник, давайте вы ко мне как-нибудь покороче обращаться будете — Илья или Заноза. Договорились? — После кивка командира гостей я продолжил: — Маршрут проложить не проблема, но, может быть, у вас есть какие-нибудь пожелания?
Суровый «старикан» побарабанил пальцами по капоту джипа, обвел глазами своих соратников и, наконец, негромко, будто стесняясь, спросил:
— Илья, а можно через Москву проехать? Ребятам показать… А то когда еще в этих краях окажемся…
«Да уж, „экскурсия для приезжих по памятным местам столицы и окрестностей“ — это как раз то, о чем я всю жизнь мечтал! — заговорил во мне врожденный цинизм. — Но и понять южан тоже можно — побывать в Столице и раньше считалось делом большим, а сейчас — и подавно!»
И я спросил:
— А что именно посмотреть хотите?
— К Кремлю, я так понимаю, лезть даже сейчас небезопасно?! — интонация в голосе Удовиченко была больше утвердительная, нежели вопросительная.
— Не в опасности дело, просто много времени потеряем, в центр пробираясь.
— А что тогда посоветуете, Илья?
После недолгих раздумий я ответил:
— На Ленгоры выбраться относительно несложно будет. А там панорама… — я чуть было не сказал «красивая», но вовремя одернул себя, — широкая. В бинокль многое рассмотреть можно. Вот только надо ваши машинки немного замаскировать. Очень они у вас непривычные, а в Столице кто только не шляется.
— И подо что же вы их маскировать будете?
— Под мародерский «самопал».
* * *
— Ваня, — попросил я Тушканчика, когда багаж был загружен и пассажиры заняли свои места, — как на улицу выедем, поворачивай направо. В полукилометре будет здание школы, там притормози. Там вроде во дворе какие-то машины сгнившие стояли… Понял?
— Конечно.
— Вы, Илья… — обратился ко мне старлей, но я перебил:
— Можно на ты, и лучше по позывному! Хорошо?
— Да. Так как вы, то есть ты, собираешься нас маскировать?
— Сам пока не знаю, поскольку, в каком состоянии те машины, не видел и, что с них можно снять, даже не представляю. Но единообразие ваше нарушить надо обязательно.
— А почему?
— Ты, старлей, извини, я вашей специфики не знаю… Но сам посуди, если бы тебе донесли, что видели колонну из трех машин неизвестной конструкции, как бы себя повел? А если бы вдобавок сообщили, что машины новые?
— Так у вас тоже не колымаги ржавые, — буркнул Малченко.
— Верно, но их недалеко делают, и они хоть и редкие, но на дороге встречаются. И даже больше скажу — «тигры» наши недобрых людей своим видом отпугивают.
— Ну да, все такие страшные-страшные, — хмыкнул у меня за спиной прапорщик Бубен.
— Ты, Коля, не хихикал бы! — одернул его старший по званию. — Вполне возможно, у людей тут своя специфика! — «отзеркалил» мой заход старлей.
— Ой, Володя, я тебя умоляю! — снова хохотнул этот «живчик». — Какая, к хренам, специфика? Как везде — кто сильнее, тот и прав!
— И много ты слабых на «тиграх» видел? — задал я наводящий вопрос, полуобернувшись к говорливому прапору. — А сколько он стоит, знаешь? А кто у вас на них ездит, не ответишь? Ну и напоследок — что ж вы в дальний путь на таратайках ваших поехали, а не на «газах»? Места тут, — я сделал широкий жест, — всяко больше, чем в ваших «Донах».