Бывшие. Хочу тебя себе (СИ)

- Она всё мне рассказала. Про долги, банкротство и как вас запугивают.
Сажусь рядом, в нос сразу бьёт запах стойкого перегара. Он, что регулярно закладывает? Похоже на то. Бешусь до того, что костяшки на кулаках белеют.
Понимаю, что это самое хреновое время для такого разговора. И всё-таки.
- Выкладывай, что за передряга.
- Валера всё исправит, - блеет отец.
- Он вас, что, загипнотизировал? – пинаю соседний стул, он отлетает к стенке, металлические ножки царапают побелку. – Или взял в рабство?
Когда отец превратился в бесхребетного старика? Похудел, горбится, глаза красные.
До меня вдруг доходит.
- Как давно бухаешь?
- Сын, я не алкаш.
- Вижу, - не скрывая презрения смотрю на него. – Ладно, проехали. К этой теме вернёмся позже. Сколько ты должен Рогову?
- Валера ни при чём, - отец махнул рукой, будто это какая-то мелочь. – Через него меня и подставили. Он сам себе места не находит.
- Хватит нести бред, - я закипаю от ярости. Вот слепец. – Сумма?
Отец ёрзает на стуле, воровато оглядываясь по сторонам.
- Пол-ярда, - виновато бурчит себе под нос, - или что-то около того.
- Пол-ярда?
Это серьёзные деньги. Просто пиздец серьёзные. Я думал речь о миллионах.
- Ты должен всё мне рассказать. От и до. Мы все решим.
Хз как, но решим. Отец спивается, мать глотает таблетки, добром это не кончится.
- Вы семья Эвелины Адаровой? – рядом с нами вдруг появляется седой доктор в годах. – Пойдёмте, у нас будет серьёзный разговор.
В пустом родительском доме мрачно, холодно и пусто. Я уже несколько суток не сомкнул глаз, только сна всё равно ни в одном глазу. Потираю усталые веки, туда словно песка насыпали, и чувствую, как меня изнутри расплавляет собственная ярость.
Отец круглыми сутками торчит в больнице, выхаживает маму. Кажется, он так сильно заботится о жене, но нет. Он боится. Возвращаться в свой дом. Снова сталкиваться с быдлом, которое вымогает у него неподъёмные бабки, а главное, он опасается своего дружка Рогова.
Никогда не ожидал, что моя семья скатится в рабство у ног бандита. А в том, что он бандит, я уверен.
Начиная со схемы с покупкой наверняка несуществующего бизнеса, которая поставила отца на колени, до суммы долга, это всё попахивает разводом и рэкетом. Только правда никому не нужна, и сколько бы я ни перечислял факты, родители как заворожённые защищают «Валеру».
Что ж. Сегодня его никто не защитит.
Слышу, как с улицы доносится шуршание гравия, а чуть позже захлопывается дверь машины.
Он заходит в дом моей семьи чуть ли не по-хозяйски, а, увидев меня, надевает маску простака.
- Демид, - протягивает мне руку и чуть ли не в рот заглядывает. Пресмыкается, потому что не уверен, похож я с отцом или нет. Облапошить можно, или лучше не лезть. - Как у мамы дела?
- Садись, Валера.
Рогов, всё ещё в образе дурачка, семенит к свободному стулу за обеденным столом.
- У нас с тобой будет серьёзный разговор, - говорю жёстко.
Атмосфера сразу же меняется, просто как по щелчку.
- Слушаю, - небрежно разваливается на стуле он.
- Первое - ты отваливаешь от моей семьи раз и навсегда. Второе – ты отзываешь рэкетиров, которые ошиваются около этого дома. И третье…
- Демид, - Рогов поднимает ладонь, прося остановиться, - мальчик мой. Ты, кажется, не понимаешь, насколько всё серьёзно. И твой папуля, поверь мне, не такой уж и святой. Мы с ним много, - он выделяет это слово, - наворотили в своё время. И поверь, ему даже больше чем мне выгодно, чтобы всё оставалось так, как есть.
- Это ты не понимаешь, Валера, - я намеренно панибратствую. Он тихо бесится. - Я не веду переговоров с террористами.
- Придётся, - свистяще произносит он сквозь зубы. – Долг никуда не денется, его нужно выплатить. Твоя мама понимает это особенно чётко, умная женщина. Я так понимаю, что ты в неё. Одна беда, она создание хрупкое, - понижает голос он, примешивая к нему фальшивое сочувствие, - здоровье сыпется на глазах. Так ещё и таблеток наглоталась, говорят.
Он цокает языком. Я еле держусь, чтобы не набить ему морду.
 
- Выход есть, Демид, - вдруг оживляется Рогов. – Мы уже давно семья, разве ты не видишь? Знаем грязные секретики друг друга, а это очень сближает. Вы с Алисой скрепите союз Роговых и Адаровых ещё сильнее. Разве не этого ждут от тебя твои родители?
- Сейчас за них принимаю решение я.
Встаю, хватаю урода за грудки и несколько раз прохожусь кулаком по его роже. Чтобы стереть сарказм и установить атмосферу переговоров.
Как тряпичную куклу швыряю его обратно на стул.
- Слушай меня внимательно. Если ты не отвалишь от моей семьи, клянусь, я найду нужных людей, а может, и переманю твоих шестёрок на свою сторону. Ты будешь захлёбываться кровью. – Рогов в ответ моргает, мол слушает. - Часть своих условий я озвучил. Теперь последнее.
Толкаю к нему чёрную спортивную сумку с наличными. Я снял деньги со всех счетов. Это не пол-ярда, которые должен отец, но весьма внушительные деньги даже для такого, как Рогов.
- Это откуп, урод. Бери деньги и сваливай отсюда навсегда. Понял?
- Секунду, - он тянется к внутреннему карману, достаёт телефон, что-то в нём ищет, а потом поворачивает экраном ко мне.
«Нэлли». Проносится у меня в голове. Выхватываю телефон и листаю целую галерею фотографий из квартиры Нэлли. Тут фотки вещей, документов, и самой квартиры с разных ракурсов.
Спину прошибает холодный пот, когда я вижу фото её спящей. Несколько ночей под ряд.
- Откуда это у тебя?
Задаю тупой вопрос, потому что не могу смириться с тем, что его головорезы проникали в квартиру к Нэлли не один раз за последние несколько ночей.
Пока она была там одна.
Без меня.
Я убью Рогова.
- Листай, листай. Запомни, как невинно и сладко она спит. Зуб даю, скоро она будет спать только со светом.
- Что ты несёшь? – хватаю его за грудки и встряхиваю.
- Там мои парни, - он улыбается окровавленными зубами. – Голодные до красивого и хрупкого женского тела. Одна беда, они не умеют быть нежными…
- Если кто её тронет хоть пальцем!
- Они пока за дверью. Трое крепких парней. Ждут моей команды. И какой она будет, зависит только от тебя, Демид. Либо мы заключаем договор на моих условиях, либо к моменту, когда ты доберёшься до её квартирки, у меня на руках будет свежее домашнее порно с лёгким принуждением. С Нэлли в главной роли, конечно же.
- Я тебя уничтожу, - хватка сжимается на горле Рогова. – Убью.
- Вперёд, - хрипит он. – Только парни моё молчание примут за зелёный свет. И малышка Нэлли получит опыт на всю жизнь.
Этого я допустить не могу. Даже риска того, что это произойдёт. Никогда. Только через мой труп.
Рогов, каким бы уродом он ни был, оказался опытным бандитом.
Всё по понятиям девяностых, а значит, без принципов.
- Нэлли останется невредимой, - выставляю главное условие, смотря уроду прямо в глаза. Мой кулак занесён над его лицом.
Нэлли - это всё, о чём я могу думать.
- Конечно! – оживляется Рогов. – Как скажешь, я позвоню парням. Но, прежде чем я это сделаю, давай подведём черту.
- Если хоть один волосок упадёт с его головы, - мой кулак всё ближе к его морде.
- Не упадёт, - уверяет меня бандит. – Пока Алиса счастлива, с Нэлли всё будет хорошо. Надеюсь, мы друг друга поняли.
*
Это какая-то уродливая, искажённая ирония судьбы. Безопасность Нэлли, чистой, настоящей и бесхитростной зависит от испорченной и коррумпированной до мозга костей Алисы Роговой.
Они как две противоположности. Хотя почему как? Они и есть противоположности.
Шутовская свадьба показалась мне мизерной ценой, когда на кону появилась Нэлли. В секунду переосмыслил всё и вырубил эмоции.
Важнее неё нет ничего. Нет, не было и не будет ещё очень долго. Забыть её будет нереально, это я понимал отчётливо. Поэтому дал себе надежду, мизерную и амбициозную. Усыпить бдительность Рогова через его недалёкую дочку, и начать игру по своим правилам.