Бывшие. Хочу тебя себе (СИ)

- Выкладывай, - встречаюсь с ней взглядами и сразу же замечаю её реакцию.
Она опешила. Быстро проглотила пирог и нацепила на лицо маску дуры.
- Ты о чём?
- Зачем ты здесь? Зачем твой батя здесь?
- Что за паранойя, Демид? Наши отцы давно работают вместе. Папа просто взял меня с собой. Я знаю столько же сколько и ты, - она делает глоток чая и слизывает с губ капельки.
- Алиса, - зову её. Рыжая голова моментально вскидывается, тонкие пальцы играют с локонами. – Иди сюда, - хлопаю по подлокотнику.
Она вскакивает словно пружина, огибает столик и делает ровно то, о чём я попросил. Демонстрируя круглый зад, она присаживается рядом и чуть ли не тычет в лицо большими силиконовыми сиськами.
- Что такое? – мурлычет она и кладёт руку мне на плечо.
- Скажи мне честно, зачем ты здесь? Забудем про бизнес, что связывает наши семьи.
- Скучала по тебе, - она чуть выгибает поясницу, - тебя почти пять лет не было в наших краях. Столько времени потратить на учёбу, это надо быть очень интеллектуальным человеком. Я знаешь, как скучала?
На учёбу по факту ушло намного меньше времени. Меня вообще мало интересовали знания, передаваемые профессорами, работающими за зарплату. Не говоря уже о том, что я рано начал подмечать принципы настоящего бизнеса. Такого каким занимался отец с Роговым. Это вообще не про книжки, а про решительность и риски.
Поэтому, окончательно растеряв интерес к учёбе, я пошёл своим путём, и избегая ошибки отца, в одиночку запустил несколько стартапов.
Два из них прогорели почти сразу же.
Бессонные ночи и безденежье стимулировали избегать ошибок. А также выкладываться на сто процентов и впахивать, даже когда сил нет вообще.
И вот, у меня получилось основать фирму, которая уже год отлично держится на плаву.
По моим прогнозам, через пару лет она начнёт приносить нехилый пассивный доход, который я смогу использовать для масштабирования.
И всё это я держу у себя в голове. Не знает никто.
Так что да, официальная легенда гласит, что я активно обучался какой-то фигне, чтобы однажды перенять бразды правления нечистого на руку бизнеса, в который ввязался отец с Роговым.
- Как? – смотрю в накрашенные глаза. – Как скучала, Алиса?
- Хочешь покажу?.. – она игриво спускается с подлокотника и боком садится на меня. – Я тебе нравлюсь?
- Как сама думаешь?
- Думаю, что да, - она льнёт ко мне, трётся, словно кошка.
- Видишь, какой хороший и откровенный разговор у нас получается. Я спрошу тебя ещё раз, зачем ты здесь?
- Мой папочка делает всё, о чём я его прошу, - она устраивается верхом на мне поудобнее, обвивает руками шею. А я, блядь, внимательно слушаю. – И вот, я захотела тебя.
Несёт эту ахинею и слащаво смеётся.
- В смысле? – еле сдерживаюсь, чтобы не скинуть её с себя.
- В прямом, - она пожимает плечами и снова тычет мне в лицо сиськами.
Сучка. Скользкая, как и её придурок-отец.
- Предлагаю найти укромное место и… - она делает паузу, из которой всё понятно. – Познакомится поближе, так сказать. Хочешь меня?
- Я не буду тебя трахать, Алиса. Слезь с меня нахрен.
Поднимаюсь с кресла и ставлю её на ноги. Рогова в шоке хлопает глазами, и мёртвой хваткой держит меня за предплечья.
- Что это было, Адаров?! – её глаза метают искры.
- Мне повторить?
- Какая муха тебя укусила? Всё же было хорошо, - требовательно заявляет Рогова.
- Уйди с дороги.
- Чёрта с два, - она тычет мне пальцем в грудь. – Всё будет так, как я хочу!
- Плевать, - отодвигаю её от себя и направляюсь на поиски отца с его придурком партнёром.
Хотя, нахрен они мне сдались? Я просто могу развернуться и уйти. Здесь я никому ничего не должен.
Но мне, сука, хочется высказать им всё, что я думаю. Придурку Рогову с его больной на голову дочуркой, что припёрлась ради потрахушек в одном только подобии платья.
И отцу.
Парой ёмких фраз расставить акценты и пусть делают что хотят. У них нет рычагов для воздействия на меня.
– Мы с тобой поженимся! - прилетает мне в спину истеричный крик.
Нет. Женюсь я на Нэлли.
 
Я не позволяю бешенству, что разрывает нутро выйти наружу. Держу всё в себе. Не хочу потасовки с отцом при матери. А вот перекинутся парой слов с Роговым кулаки так и чешутся.
Выхожу из дома через чёрный вход, и иду к беседке, где бизнес-партнёры пьют водку, что-то громко обсуждая. Ржут, празднуют.
- Что отмечаем? – сажусь напротив, сверля взглядом обоих.
По лицу отца пробегает тень, но только на секунду. Он знает меня, а я его. До Адарова старшего быстро доходит зачем я здесь.
- Алису одну оставил? Невежливо, - цедит, наливает им по стопке, а также пододвигает рюмку мне.
- Она мне никто, - смотрю на стремительно меняющееся лицо Рогова.
- Женщин из своего круга надо уважать, - нажимает отец. – А никто тебе та пигалица, - смакует слова он. - Твоя мать мне рассказывала. Кто она там? Безотцовщина и будущий юрист? Смех. Небось узнала, из какой ты семьи и решила быстренько от тебя залететь. Надеюсь, ты предохранялся?
Опрокидываю стопку, даю себе пару секунд, чтобы успокоиться и не закрыть отцу рот. Кулаком.
- Мама от тебя залетела во сколько? – громко стучу дном рюмки о деревянный стол, закусываю. Не любитель водки. – Ей хоть восемнадцать было?
- Вспомни, с кем разговариваешь. И о ком. Мать надо уважать, но у тебя с этим понятием пока слабовато, - расслабленно откинувшись на спинку плетёного стула, говорит Рогов.
Высокомерный ублюдок и тёмная лошадка, о котором ходят самые разные слухи. Впрочем, я знаю о нём одну историю, которая и без всяких сплетен помогает на сто процентов понять кто он.
Фирма, в которой сейчас два генеральных директора, была в одиночку основана Адаровым старшим. Первые годы он денно и нощно пропадал в офисе, поездках, командировках. А мама была дома с мелким мной. Из-за беременности она так и не окончила универ и осталась без профессии. А может дело в том, что бизнес отца пошёл вверх и необходимость работать ушла? Не знаю.
Рогов нарисовался в нашем доме, когда мне было лет двенадцать. Я помню не всё, но то, как ревела по ночам мама, запомнил хорошо. Её красные глаза и севший голос.
Отец тогда загулял, это было понятно даже мне ребёнку. Здесь и пригодился новый друг.
Он быстро вошёл в курс дела, изучил как работает фирма, заменял отца…
А потом я стал случайным свидетелем того, как Рогов угрожал отцу компроматом. Какая-то из его случайных любовниц залетела, но это было не всё. В руках отца была стопка фотографий. Разглядывая их, он чернел на глазах.
«Жена не должна ни о чём знать».
Эту фразу я прям запомнил. Потому что она уничтожила мою веру в то, что у меня хорошая семья, а такую хочется каждому ребёнку. И с этого дня Рогов стал полноправным хозяином половины акций детища моей семьи.
Не только отца, но и матери, которую он предал ради кучки шалав.
Мама этого не знает. Догадывается, конечно, ведь плакала не просто так. Но фактов у неё на руках нет, они у Рогова.
После той истории всё устаканилось и встало на свои места. Любовница сделала аборт, отец завязал с бухлом.
Всё стало как раньше, кроме одного. Теперь к отцу пиявкой присосался паразит Рогов, и самое дерьмое в том, что отец стал перенимать от него некоторые черты. Или это я вырос и перестал видеть в отце идеал? Не знаю.
- Говорим о понятиях? Хорошо. Ваша Алиса только что предлагала мне себя отыметь. Так себе воспитание, - смотрю, как с наглой морды дружка отца буквально слетает маска хозяина этого мира.
- Чё ты несёшь? – возмущается отец.
- Правду, - не свожу с Рогова взгляда.
- Я прошу тебе эти слова только по одной причине, - он ухмыляется, а я уже догадываюсь, что они тут отмечали, уроды.
- Какой?
- Мы с Валерой поговорили, - блеет словно баран, отец, - и решили, что для блага бизнеса и благополучия наших семей, ты должен сделать Алисе предложение.