Чертов босс. Во власти тьмы (СИ)
— Ну почему он такой?! — в ее голосе проскочило самое настоящее отчаяние.
Я пожала плечами, но, все же ответила подруге:
— Это не удивительно, ведь Кайл задевает его с самого первого курса…
Фей совсем по-детски шмыгнула носом и утёрла его рукавом.
— Иногда Тануки такой невыносимый…
Я нахмурилась, вспоминая как совсем недавно младшая сестра без умолку трещала о том, что ее пригласил покататься на колеснице сын Бога. Неужели она имела ввиду Кайла? Неужели этот молодой человек настолько беспринципный, что пудрит голову сразу двоим девушкам?
Глядя прямо в глаза Фейк, я спросила:
— Что у тебя с Кайлом?
Фея зарделась, от чего прекрасное личико стало почти одним цветом с розовым ожерельем, что красовалось на тонкой шее.
— Да ничего такого, — туманный ответ.
Моя интуиция говорила об обратном. Ведь совсем недавно я видела точно такое выражение лица и сияние глаз. В зеркале… глядя на себя.
— Умоляю, Фей, не ошибись!
Теперь я поняла злость и разочарование Тануки, ведь мы с ним видим все таким, какое оно есть в действительности, в отличие от опьяненной первой любовью Фей.
Я думала лишь о том, что меня дома после пар ждёт очень серьёзный разговор с Адоэль.
Тануки ни в какую не шёл на перемирие с Фей. Его всегда улыбающееся лицо было пасмурным и напряженным. В надежде, что он обязательно остынет после пары по магической кулинарии, я успокаивала Фею как могла.
Ведь, что еще, кроме как еда, могло поднять настроение Тануки? Согласившись с столь весомым аргументом, Фей немного приободрилась, мы договорились встретиться после пары и разошлись по разным аудиториям.
Группа была большая, общалась я со всеми хорошо, но было одно «НО». Все больше мне хотелось обособленности. Именно по этой причине, я облюбовала последнюю парту.
— Сегодня мы, наконец, приступим к первым испытаниям, — Мистер Скампс сегодня выглядел очень неплохо, даже его ветки на голове набухли почками, того и глядишь зацветёт.
— Ну, что, молодежь?! Собираемся и все на выход.
Практика! Вот оно — то, чего я так ждала! Наконец-то все мои мучения окупятся: зубрёжка, волнение, бессонные ночи. Хотя, бессонные ночи, скорее относятся к моим физическим переменам.
Спина болела так, что совершенно невозможно было на ней спать. Стоило надеть хлопковую футболку, раны начинали саднить до зубовного скрежета. Почесать — это было чем-то невероятным! Спина безумно болела и чесалась, что все сложнее было скрывать от чужих взглядов.
Но, не все так ужасно. У меня появилась надежда, что, если я права в своих догадках, то моя жизнь скоро изменится! Если мои подозрения верны, то я стану себя чувствовать настоящим членом семьи… до конца!
Нащупав в кармане юбки номерок, крепко сжала его в кулаке. Я записалась на узи и уже завтра смогу узнать хотя бы самую малость о себе.
Полигон.
Специально отведённая и подготовленная территория, предназначенная для подготовки студентов и испытаний различных видов, находилась за зданием академии. Я не знаю, какой протяженностью был полигон, но его размеры потрясали.
«Вот это я понимаю раздолье!» — думала я, осматриваясь по сторонам и бережно сжимая колбу. Я перевела взгляд на вспыхивающую в стеклянном хранилище молнию, что плавно передвигалась из одного конца в другой. Небольшие сомнения закрались в душу и теперь противно копошились где-то в глубине подсознания. А что, если я не справлюсь?
Я подняла голову, посмотрев на сокурсников. Точно такая же растерянность читалась в их восхищенных лицах, от чего стало немного легче. Я упрямо двинулась вперед.
Мистер Скампс, засучив рукава, открыл вид на свои тонкие руки. Совсем сухонькие… а ведь когда-то, должно быть, он был широким и мощным дубом! Такие мысли встряхнули меня куда крепче взволнованных студентов и все переживания исчезли по мановению тоненьких ручек мистера Скампса. Надо жить здесь и сейчас.
— Надеть защитные печатки! — скомандовал преподаватель, стоило нам выстроиться в длинную шеренгу.
Вытащив из кармана специальные токонепроводимые перчатки, я неловко их натянула, поставив перед этим колбу с молнией на землю.
— Снимите защитные колбы с ваших подопечных!
Как только указ преподавателя был выполнен, все замерли… казалось, затаили дыхание. Я наблюдала за своей молнией, что мягко шевельнулась и начала растягиваться, будто проснулась ото сна и разминала затекшие мышцы.
— Берем за хвост живность! — очередной инструктаж мистера Скампса раздался так громко, что я удивленно вскинула глаза.
Так и есть, преподаватель стоял на одной из насыпей и держал в руках рупор. Я изловчилась, схватила молнию за переливающийся фиолетовыми всполохами хвост.
Молния начала двигаться активнее, тычась острым концом в ладонь. Я понимала, что это не агрессивная атака — скорее защитная реакция на контакт, чем желание причинить зло.
Как только я зафиксировала молнию между большим и указательным пальцами, она замерла, вытянувшись на всю длину.
Ощутив, как адреналин насыщает мою кровь, я резко подала локоть назад и рывком толкнула молнию вперед. Мгновение и сверкающая, извивающаяся в небе, моя молния словно разорвала небо надвое.
Переливающаяся, неустанно мигающая сеточка раскинулась в разные стороны и все исчезло.
Я восхищенно выдохнула, посмотрев на сокурсников. Они замерли, раскрыв рты, но тут же начали перешептываться, спустя еще секунду зажужжали, как пчелиный рой и после начали запускать свои молнии.
Но, ни одна не смогла повторить той же красоты, что сотворила моя. Максимум, что смогли сотворить студенты — это запустить молнию, что на мгновение висла в небе и тут же растворялась, словно ее и не было.
Глава 7
— Видели? У Люции получилось с первого раза, — долетали до меня раздосадованные голоса. — А как переливалась?! Я тоже так хочу! Может у меня бракованная молния?
Я обернулась, думая о том, что не очень то и красиво шушукаться стоя за спиной. Вот только… мои брови сами поползли вверх. Я стояла очень далеко.
Уф! Слух тоже обострился.
— Выскочка! — может и зря обострился, теперь ещё слушать трёп завистников.
Раздражение взыграло с новой силой. Кожа на ладонях начала пощипывать, странные щекочущие ощущения… будто легкие разряды тока. Инстинктивно я потёрла рука об руку.
Но тут же охнула, когда красно-синие искры стали вырываться прямо из ладоней, попыталась встряхнуть, от чего они посыпали, словно я запускала фейерверк.
Я так испугалась, что, конечно же заметил мистер Скамп, который поспешил в мою сторону.
— Что такое, девочка?! — остановившись возле меня, он опасливо посмотрел на мои ладони. — Должно быть перчатки плохого качества, — он наклонился и подобрал скомканную ткань, от контрой я избавилась, как только выпустила молнию. — Надо бы всю партию проверить. Ты в порядке, Люция? — пожилой преподаватель внимательно осмотрел мои ладони.
Я поспешила спрятать их за спину.
— Да-да! Все хорошо! — натянула на лицо беззаботную улыбку, холодея внутри себя от понимания того, что молния тут не причём.
Это то же самое, что было тогда… с оборотнем.
Мистер Скампс прищурился взглядывать вдаль и поднял рупор:
— Студентики! Снимаем перчатки и складываем их в одну кучку, — видя то, как ученики ворчат, но все же исполняют поручение, он, покачивая головой, добавил: — освобождаю от пар!
Что-то бурча про некачественные товары, преподаватель направился в сторону скинутых ребятами перчаток.
Упс, кажется, я сорвала урок…