Измена. Предатель, это (не)твой сын!
Мой любящий муж…
Мой Владислав…
Мужчина, в ком я не видела недостатков.
Мужчина, которого любила всем своим сердцем…
Мужчина, с которым я прожила десять счастливых лет в браке…
Мужчина, без которого я не могу представить свою дальнейшую жизнь. Но, видимо, должна…
Глаза застилает пелена слёз. Я замираю на месте не в силах пошевелиться и отвести взгляда от двух голых задниц…
– Я хочу, чтобы ты кончил… – приторно сладко мурлычет девушка.
Омерзительно сладко.
В душе всё ещё ютится мысль, что это не моём мужчине сейчас скажет девица. Ведь лиц я не вижу…
– Да-а. Как хорошо. Я люблю тебя, Эви, – рычит мужчина.
Боль охватывает моё сердце. Низ живота будто бы пронзает стальной клинок.
Мне не надо смотреть на лицо, чтобы узнать мужчину, с которым я жила душа в душу последние десять лет. Его баритон я не спутаю ни с кем на свете.
Выходит, не врала записка…
Мой муж мне изменяет, и любовница действительно ждёт от него ребёнка…
В глазах на мгновение темнеет. Покачнувшись, я теряю равновесие и едва заметно прикасаюсь к двери. Несмазанная петля, предательски скрипнув, разоблачает меня…
Но, несмотря на явное присутствие третьего лишнего в комнате, мужчина никак не реагирует и продолжает стонать.
Блондинка, не переставая скакать на мужчине, резко разворачивается и смотрит на меня хищным взглядом победительницы.
И этот взгляд мне до боли знаком. Ведь он принадлежит моей сводной сестре Эвелине, которая облачилась в парик блондинки и скачет на моём муже…
Девушка смотрит на меня своим бесстыдным взглядом и, продолжая скакать на моём мужчине, ни на мгновение не разрывает зрительного прессинга.
– Эви, как ты могла… Ведь я считала тебя своей родной сестрой, – проговариваю одними лишь губами.
Глава 2
Нет! Я не верю! Я не верю собственным глазам! Это зрительная галлюцинация. Этого просто не может быть…
Мир вокруг меня мгновенно превратился в самый настоящий ад.
В самом страшном сне я не могла и представить, что буду смотреть как на моём любимом мужчине скачет моя сводная сестра.
На мужчине, который на протяжении долгих десяти лет брака не переставал клясться мне в любви.
На том, которого я любила до потери пульса и которого возненавидела в одночасье.
– Эви… – тихий и жалобный писк соскальзывает с моих губ.
Ноги наливаются свинцом. Не в силах сделать и крохотного шага назад, я стою и продолжаю смотреть, как Эвелина, постанывая от экстаза, продолжает ритмично скакать на моём будущем бывшем муже.
– Я хочу, чтобы ты кончил в меня. Ведь по второму разу я уже не забеременею! – громко, с расстановкой интонации, добивает меня мерзавка и сверлит хищным взглядом.
Слёзы, нещадно обжигающие моё сердце, стекают по моим щекам.
Мне хочется кричать во всё горло от боли. Рвать и метать. Высказать предателям всё, что я о них думаю.
Но я не могу… Не в силах пошевелиться, я продолжаю стоять и смотреть.
– Дрянь, – шёпот срывается с моих губ.
Мужчина наверняка меня не слышит. А вот по ухмылке мерзавки можно сказать обратное.
Три года назад, когда Эвелину бросил жених накануне их свадьбы, мы плакали вместе. А сейчас я плачу в одиночестве, то и дело получая от названной сестры самодовольные ухмылки.
Предатели… Чёртовы предатели! Оба!
Горькие слёзы нещадно обжигают моё сердце, которое я целиком и полностью подарила Владиславу, и которое он безжалостно растоптал, смешал с грязью и похотью.
Смахнув град слёз, я нахожу в себе силы сдвинуться с места.
Устраивать сцену нет никаких сил, а главное, совершенно нет никакого желания. Я увидела достаточно, чтобы раз и навсегда положить конец нашим отношениям с Покровским.
Сорвавшись с места, я громко захлопываю дверь и бегу прочь.
Бежать. Бежать куда угодно, только бы не сталкиваться с Покровским никогда в жизни.
Не видеть его лживых глаз и фальшивой улыбки.
Подступающий к горлу ком слёз с каждым шагом становится только больше и больше. Я с трудом умудряюсь дышать.
Бегу в сторону лифта для посетителей. Служебный, предназначенный для персонала и их близких, почему-то до сих пор не работает.
Пробегая мимо охранников, ловлю сочувственные взгляды. Невольно складывается впечатление, что все вокруг меня знали, что Покровский повадился развлекаться с моей сводной сестрой и что я одна была слепа, как последняя дура.
Но сейчас мне совершенно не до чужих взглядов. Мне наплевать, кто и что про меня подумает. Сейчас меня волнует только один вопрос: «За что два моих близких человека так поступили со мной?»
Если Владислав разлюбил меня, если я ему опротивела, то почему он не сказал это прямым текстом? Почему предпочёл спать с моей сводной сестрой у меня за спиной?
Почему?!
От одной только мысли, что Покровский изменял мне и из раза в раз как ни в чём не бывало возвращался ко мне в супружескую постель, становится тошно…
Господи, я делила мужчину с другой женщиной. Со сводной сестрой…
По крови Эвелина мне совершенно чужая.
После смерти моего отца, пятнадцать лет назад, мама недолго горевала. Не прошло и года, как она забыла про почившего мужа и выскочила замуж за нашего соседа Александра Александровича Белова. К тому времени он как раз развёлся со своей женой и был свободен.
От первого брака у него осталась дочь – Эвелина.
До тех самых пор, пока я не поступила в университет и не съехала в общежитие, мы жили с Эвелиной в одной комнате. Честно сказать, мы были очень близкими подругами. Можно сказать, сёстрами…
Прохладный ветер заставляет дрожать от холода. Невольно складывается ощущение, что дрожу я не только телом, но и душой.
Душой, изрешеченной дробью предательства.
Небо заволокло тяжёлыми свинцовыми тучами. Вокруг меня всё словно погрузилось в серость и мрак.
Весь мой мир, который раньше был ярким и счастливым, погрузился в тёмные оттенки.
До сих пор не могу целиком поверить в происходящее…
Не могу принять то, что в один момент моя жизнь разделилась на до и после…
Ещё утром я была на седьмом небе от счастья, ведь мой гинеколог обрадовал меня новостью о наступлении долгожданной беременности. Я даже и подумать не могла, что самый лучший день в моей жизни может принести такие перемены…
Резкая боль вновь пронзает низ живота. Перебарывая боль, падаю на лавку, на которую не попадает свет от уличного фонаря.
Слёзы на мгновение перестают бить из моих глаз. Вместе с болью приходит и прояснение.
Сейчас, когда мои чувства расстреляли буквально в упор, мне надо встать, отряхнуться и хорошо подумать, как жить дальше. Ведь отныне я несу ответственность не только за свою жизнь, но и за жизнь своего малыша, поселившегося у меня под сердцем.
Я должна, нет, я просто обязана научиться жить заново. Жить без Покровского. Жить без предательства и обмана. Жить и радоваться каждому новому дню! Жить ради малыша, который совершенно не виноват в том, что он не нужен отцу.
И что ему не нужна я…
– Всё будет хорошо, родной… – шёпотом проговариваю я и поглаживаю совершенно плоский животик.
С тех самых пор, как я решила поехать на работу к мужу, прошло немногим больше часа. Но эти минуты изменили всё. Перевернули мой мир с ног на голову. Встряхнули так, что, кажется, от прошлой меня ничего не осталось…
Всё моё нутро вырвали и вывернули наружу… И сделал это мужчина, который однажды заставил меня поверить в любовь. Мужчина, который после десяти лет супружеской жизни разбил моё сердце на тысячи осколков.
Сидя на тёмной лавочке, на которую не попадает яркий свет от уличного освещения, я невольно замечаю, как два тёмных силуэта покидают здание бизнес-центра и за ручку шагают в сторону автомобиля.
Из-за капюшона, надетого на голову, я всё никак не могу разглядеть мужчину. Хотя, впрочем, мне это и не нужно. Я прекрасно помню фасон куртки, которую мы с мужем купили в одном итальянском магазине на прошлой неделе.