Развод. Искушение Ангела и Беса (СИ)

— Ну например, чем вы увлекаетесь. Нам хочется больше знать о потенциальной невестке, правда, папа?
Движение слегка приподнятой брови Бестужева-старшего можно было трактовать двояко, а Бес молча провел большим пальцем по запястью «невесты», поддерживая и поощряя к разговору.
Эти слова было странно слышать: Наталья всеми силами тормозила развод, но в разговоре намекала на то, что место рядом с Иваном свободно. Сладкая ловушка? Проверка на адекватность? Блондинка сделала себе мысленную пометку: надо будет проверить.
  
— Я увлекаюсь работой…
— Вы работаете?
Всего два слова, но в этом уточнении Наталья умудрилась передать свое отношение к сопернице. Если «вы» звучало безобидно — нейтрально, то «работаете» — так, словно речь шла о торговле собственным телом или шарлатанстве, не меньше.
— Представьте себе, работаю и получаю удовольствие от процесса, — улыбнулась Лина и посмотрела на «жениха». Задержала взгляд, дождалась ответного и только тогда вернулась к собеседнице.
— И кем же вы работаете в таком возрасте? Секретарем? Или бумажки в бухгалтерии перекладываете?
Плотникова демонстративно придвинулась к Бесу так, чтобы их бедра соприкоснулись, и мягко улыбнулась.
— Я работаю психологом в компании Ивана, что же касается возраста, так мы с вами почти ровесницы, Наталья. Плюс — минус год или два роли не играют.
— Психологом, говорите? Так что же вы не смогли сберечь свой брак, Ангелина? Как же так? Разведенный психолог — это как сапожник без сапог, — сверкая довольной улыбкой, Наталья покачивала стройной ножкой, позволяя высокому разрезу демонстрировать кромку ажурных чулок. Она нашла уязвимое место в броне соперницы и была готова вытащить ее, как моллюска из раковины, и растерзать на глазах у Ивана, который выглядел неприлично спокойным и расслабленным рядом со своей невестой, а уж этот поцелуй на балконе… За него она отомстит отдельно.
— А зачем держаться за брак, который себя изжил? Разве это правильно? — Лина тонко улыбнулась, намекая на затянувшийся бракоразводный процесс. — Мудрые люди знают: лошадь сдохла — слезь! И только глупцы продолжают хлестать бездыханное животное хлыстом, вызывают шаманов с бубнами, чтобы воскресить дух, и продолжают убеждать себя, что это не их лошадь смердит на целый квартал. Именно такие люди часто становятся моими клиентами и спустя некоторое время они принимают верное решение. Ведь что главное в любви..?
Блондинка подвесила вопрос на паузу, внимательно считывая реакцию собеседницы. По сбившемуся дыханию Натальи, по судорожно стиснутым пальцам и расширенным зрачкам она видела, что та зла, и это было еще мягко сказано.
— И что же главное?
— Свобода, — все также мягко улыбнулась Плотникова. — Хочешь удержать — отпусти. Твой человек от тебя не уйдет, а зачем цепляться за того, кому ты не нужна, м?
— Хотя бы для того, чтобы ребенок рос в полной семье.
Наталья усилием воли расцепила руки и положила их на мягкие подлокотники. От расслабленной и вальяжной женщины, хозяйки этой жизни, не осталось и следа. Ангел внимательно следила, чтобы не перегнуть палку: Бес не простит ей публичного унижения жены.
— Ой, нет! Ребенок должен расти в счастливой семье, где между мужем и женой существует понимание, а имитация любви — это суррогат, который никого не делает счастливым.
Ангелина очень хотела обернуться к Бесу и нежным голосом уточнить «не правда ли, дорогой?», но не стала дергать за усы черную пантеру, которая и без того была напряжена.
— Я смотрю, вы почти ничего не ели за столом. Что, не в коня корм? — сорвалась с хороших манер Бестужева.
— Наталья! — голос Ивана словно удар хлыста рассек тишину. Гости затаились, наблюдая за бескровной словесной дуэлью. Папа Беса не скрывал своего интереса, мама с трудом гасила улыбку.
— А что такого?! Ты был невнимателен к своей невесте, Иван, и не заметил, что она отказалась от осьминогов и проигнорировала устриц, а ведь их только сегодня доставили самолетом напрямую из Франции. Свежайшие, нежные. Ангелина, вы ведь знаете, что устрицы являются афродизиаками, которые усиливают сексуальное желание, — Наталья демонстративно облизнула губы и прогнулась в спине, демонстрируя пышную грудь.
— Знаю, но я не люблю устрицы, а мое сексуальное желание не нуждается в подпитке, с этим все в порядке. Правда, дорогой! — блондинка не выдержала и посмотрела на «жениха». Он обещал поддержку, так пусть выполняет обещание.
— Да, конечно. Я тоже не особо люблю морских гадов, и ты это прекрасно знаешь, — отозвался Иван, глядя в глаза жены.
— Могу себе представить, что вы любите. Пф-ф! Поди, щи да борщи, не так ли?
— И это тоже. А еще домашние пельмени и котлеты. Недалеко от моего дома есть магазинчик, в котором армяне торгуют овощами, так вот у них я покупаю изумительную аджику, которую они готовят сами. Спелые помидоры, болгарский перец, перец чили, специи… м-м-м… аромат просто восхитительный. Ивану понравились мои пельмени с этой аджикой. Правда? Ты даже попросил добавки.
Это была игра навылет: или пан, или пропал.
— Да, это было… — Бес задумался и посмотрел в потолок, словно там была написана подсказка, — …это было очень вкусно, дорогая.
Отчетливо скрипнув зубами от гнева, Наталья замолчала. Потребовалось несколько минут, чтобы она пришла в себя.
— Я через два дня иду на выставку М*не, Иван. Приглашение на двух человек. Ты идешь со мной.
Последняя фраза была чем-то средним между просьбой, вопросом и констатацией факта. Поймав на себе странный взгляд Беса, Лина пожала плечами. Для окружающих это выглядело «как скажешь, дорогой, решай сам».
— Наверняка это будет очень интересная выставка. А кто конкретно из двух художников будет представлен?
— Ну я же сказала — М*не, — раздраженно бросила Наталья и жестом подозвала официанта. — И это будет закрытый показ, вход только по индивидуальным приглашениям.
— Я понимаю, просто я хотела уточнить: Моне или Мане? Вы же знаете, что это два разных человека.
С тихим рыком жена Беса вскочила с кресла и вышла из комнаты. Ну что ж, красная тряпка сработала идеально.
Есть в психологии один простой закон: действие рождается тогда, когда накапливается нужное количество эмоций.
Судя по состоянию Натальи, она готова как минимум сутки провести в постели со своим Бесом.
— Ай да Ангел, ай да молодец! — похвалила себя блондинка и расслабленно откинулась на спинку дивана.
Званый ужин постепенно подходил к концу. Прощание с родителями Ивана было теплым и приятным.
— Будем рады видеть вас снова, — Бестужева обняла Ангела и тихо прошептала на ухо. — Вы умница.
Эти слова еще звенели в памяти Плотниковой, когда она садилась в машину, пока ехала по вечерней Москве.
Смартфон Ивана то и дело взрывался входящими звонками и сообщениями. В темноте салона было прекрасно видно имя абонента. Жена.
— Да, я была права. Эти двое играют друг с другом. Ни один из них не отпустил партнера, а я просто удачно попалась под руку, — заметила Лина, отворачиваясь к окну.
Да, она все знала. Да, это была игра с открытыми глазами, но почему в итоге на душе остался неприятный скользкий дурно пахнущий осадок?
Отбив очередной звонок жены, Бестужев нажал кнопку вызова.
— Готовься, я еду, — и не дождавшись ответа отключил телефон. — Ген, меня на Освобождения, а потом даму доставишь по ее адресу.
— Будет сделано, Иван Сергеевич.
Машина плавно перестроилась в другой ряд и замигала поворотником.
— Спасибо, Ангелина. Я доволен сегодняшним вечером.
Вот и все, что осталось на память от Беса. Кратко, без лишних эмоций и по существу, а значит она в полной мере отработала приличный гонорар.
  
Притормозив у роскошной новой высотки, водитель включил аварийные огни.
— Мы на месте.
Он ушел, не взглянув на нее напоследок.
Она сделала вид, что увлеченно изучает окрестности.
Жизнь продолжалась.
  
12
 
— Ну как, мам, справилась? — Сашка вышел в прихожую, едва услышал лязг ключа в замочной скважине. Прислонился плечом к стене, внимательно наблюдая за тем, как мама скинула туфли на шпильке и положила на тумбочку серебристый клатч.