Враг врагов (СИ)
Кончив свою речь, могучий герой вопросительно уставился на Стасика. Тот сидел на своем импровизированном троне, и боялся шелохнуться. После того, как гость озвучил свою биографию, Стасика объял дикий ужас. Находиться в одном помещении с этим профессиональным мясником было просто страшно.
— Так что скажешь, властелин? — спросил Сидгур. — Принимаешь ли ты меня в свое черное воинство?
Стасик так и молчал бы до вечера, но в дело вмешалась Синара.
— Властелин Свиностас великодушно принимает вас на службу, — сказала она. — Ступайте. Вас разместят в крепости по мере возможного комфорта.
Но Сидгур уперся.
— Почему сам властелин не хочет говорить со мной? — спросил он обиженным тоном. — Разве я не достоин сего?
— Разумеется, вы достойны, — мягко успокоила его Синара. — Но властелин не может заговорить с вами лично. Каждое произнесенное им слово — могущественное заклинание. Властелин вынужден безмолвствовать, ибо сказав лишнего, рискует обрушить на этот мир великие катаклизмы. То есть, он их, конечно же, обрушит. Но в свое время. А оно еще не настало.
— Вот оно что, — протянул Сидгур, поглядывая на черную фигуру на троне с резко возросшим уважением.
— Прежде властелин проживал в ином мире, — продолжила сочинять Синара. — Однажды он выпил лишнего и у него развязался язык.
— И что? — осторожно спросил Сидгур.
— Властелин вынужден был переселиться в этот мир, ибо что ему делать в выжженной пустыне, где не осталось ничего живого?
— О! — выдохнул Сидгур. — Воистину, приятно встать под знамена столь могучего владыки. Клянусь тебе, повелитель, что в первой же битве зверски убью сотню недругов в твою честь. А когда мы пойдем в набег на вражьи земли, я обесчещу в твою честь сотню дев.
Еще раз грохнув себя кулаком в грудь, здоровяк покинул тронный чулан. Но не успел Стасик расслабиться, как нагрянул новый посетитель.
Перед ним предстал некто, закутанный в грязные и драные лохмотья. Наружу выглядывали только кисти рук — сухие, желтые, покрытые сетью вздувшихся вен и старческими пятнами. Гость опирался на узловатую клюку и горбился так сильно, что почти скреб подбородком по полу.
Из-под капюшона зазвучал скрипучий старческий голос:
— Владыка Свиноморд. Позволь презренному рабу твоему склониться пред тобой. Имя мое Клосарт Гнусный. Ты, должно быть, наслышан обо мне.
Стасик судорожно кивнул головой, хотя на самом деле никогда не слышал об этом старике, и предпочел бы не слышать впредь. Но ему уже стало ясно, что рассчитывать приходится на контингент именно такого качества. Добрые благородные люди не живут на нейтральной полосе. Здесь обитают отбросы.
Гость, как и его предшественник, начал хвататься, перечисляя свои подвиги. Подвиги были в самый раз для новоявленного слуги темного властелина. Затейливый дедуля начал карьерную деятельность с массового отравления жителей крупной деревни. Сделано это было не из высоких идеологических соображений, а по причине банальной и где-то даже низменной. В деревне проживала девка, наотрез отказавшаяся дать Клосарту. Тот, недолго думая, отравил всех, а пока деревенские валялись на травке и корчились в предсмертных муках, тишком оприходовал несговорчивую селянку.
Дальше покатилось по наклонной — Клосарт торговал ядами, зельями сомнительного качества, которые на поверку тоже оказывались сущей отравой. Заявившись глубокой ночью в одну деревню, он вылил в тамошний колодец целое ведро доброго яда. К вечеру следующего дня половина жителей вымерла, а вторая половина готовилась присоединиться к первой.
Помимо изготовления и применения ядохимикатов Клосарт неплохо разбирался в мерзких заклинаниях порчи и проклятия. Используя одновременно магию и зелья, он достигал синергического эффекта, что позволяло нагадить сильнее и большему числу людей.
— А все почему, — кряхтя, подытожил Клосарт. — Потому что девушки меня не любят. Говорят — некрасивый, некрасивый. Кто же по внешности судит? А как же душа?
С этими словами гость поднял руку и сбросил с головы капюшон. Стасик только чудом сумел сдержать вопль ужаса. Всяких физиономий он повидал, но Клосарт неприятно удивил его. Это был не просто урод, но урод среди уродов. Стасик порадовался, что не чувствует вкуса пищи, а то бы эта харя отбила ему аппетит на неделю вперед.
— Не волнуйтесь, при дворе владыки Свиностаса умеют ценить подлинную внутреннюю красоту, — заверила его Синара.
Гость улыбнулся. Лучше бы он этого не делал. От улыбки его харя перекосилась и стала еще тошнотворнее. Стасик почувствовал, что еще немного, и его стошнит прямо в маску.
К счастью, аудиенция завершилась, и старый негодяй ушел вслед за Лаурой, которая пообещала устроить его в крепости со всеми возможными удобствами.
— Почему ко мне ломятся одни уроды? — тихо спросил Стасик.
— Не нужно делать скоропалительных выводов, — наставительно произнесла Синара. — Контингент своеобразный, но почему же сразу уроды?
— Вот бы ко мне на службу пришла прекрасная эльфийская принцесса, — возмечтал Стасик.
— Может, еще и придет, — подбодрила его Синара. — Хотя я бы на это не рассчитывала.
Стасик печально вздохнул. Это верно — рассчитывать на что-то хорошее не приходилось.
Он попытался встать с трона с целью скрыться в своей комнате и немного отдохнуть, но не успел — принесло очередного посетителя.
— Они что, будут идти весь день? — простонал Стасик.
— Тебе бы радоваться, а ты ворчишь, — заметила Синара. — Чем больше их соберется вокруг тебя, тем выше твои шансы уцелеть.
Была в ее словах доля правды, но именно что доля. Стасика не столько пугала угроза со стороны Ангдэзии, сколько неведомая тварь, идущая по его душу. Последняя внушала главный ужас именно своей непостижимостью. И что-то подсказывало Стасику, что ни здоровяки с большими мечами, ни колдуны с порчей и ядами, не смогут остановить нечто, стоящее одной ногой в мире живых, а второй в мире мертвых. Хорошо, если на свете вообще есть сила, способная остановить эту тварь. А ведь ее может и не быть.
В этот момент в тронный чулан шагнул очередной посетитель — огромная мускулистая баба средних лет, с лицом зверским, темным от загара и расписанным шрамами. Оружия на этой особе было столько, что считать замучаешься. Притом весь ее арсенал был так славно подогнан к экипировке, что не издавал при ходьбе ни единого звука.
— Приветствую тебя, Свиноглот, темный владыка! — мощным басом взревела женщина. — Мое имя Гзеда Вероломная. Ты, должно быть, уже наслышан обо мне. И все же позволь рассказать историю моей жизни, дабы понял ты, что я достойна служить тебе.
Зазвучало очередное сказание, полное адских зверств, расчлененных трупов, кровавых рек и бессмысленной жестокости. Стасик к своему удивлению понял, что успел немного привыкнуть и больше не дрожит. Все-таки в чем-то Синара была права — эти добровольцы точно не будут лишними. Когда сюда нагрянет армия Ангдэзии, любой боец, способный держать оружие, будет на вес золота.
— …и тут чувствую, как кто-то щупает меня за зад, — вещала Гзеда. — Поворачиваюсь — черный рыцарь. А с ним еще двое. Сидят, зубы скалят. Тут я, значит, выхватываю нож и ему по горлу — ха!
Стасик ритмично кивал головой, давая понять, что чрезвычайно заинтересован рассказом. А про себя подумал, что сегодняшний день будет, вероятно, очень долгим. И еще очень нескоро он получит возможность очутиться в своей спальне и отгородиться дверью от большого и опасного мира.
Глава 38
И Стасик не ошибся. Денек и впрямь выдался непростым. Посетители ломились один за другим. И все, как на подбор, были людьми непростой судьбы. Это был какой-то хит-парад негодяев всех мастей. На их фоне даже функционеры империи зла уже не казались такими уж злыми.
Среди тех, кто пришел предложить новоявленному властелину свои услуги, не оказались ни эльфийской принцессы, ни даже эльфийского принца. Была, правда, одна особа, назвавшаяся принцессой, но на деле оказавшаяся старой проституткой-диверсанткой, успевшей за свою карьеру заразить венерическими дарами более трех тысяч клиентов. В основном же новоявленные подданные были подонками и отбросами, явно страдающими кучей психических отклонений и маниакальной тягой к насилию. Все они оказались на нейтральной полосе не просто так. Здесь им и было самое место, подальше от нормальных людей.