Враг врагов (СИ)

  
Глава 30
 
Света метнулась к Стасику, заключила его в нежные объятия и ласковым голосом взмолилась:
— Не бойся, бедненький! Все хорошо! Ты в безопасности.
Она злобно покосилась на фигуру в белом саване, и сквозь зубы спросила:
— Она тебя трогала? Пыталась укусить?
— Да не трогала я его, — возмущенно ответила Синара. — И не кусала. Больно надо.
В этот момент на Стасике начали тлеть бинты, воспламененные жаром Светы. В спокойном состоянии та кое-как умудрялась контролировать температуру своего тела, но стоило ей разнервничаться, как демонесса превращалась в доменную печь.
— Извини, извини, — поспешно отодвинувшись от Стасика, сказала Света. — Я не нарочно. А ты….
Последние слова были обращены к незваной ночной гостье, и злобы в них было столько, что Стасику невольно захотелось спрятаться под кровать. Он знал, на что способна Света в гневе. Самому ему не доводилось видеть ее в этом состоянии, зато последствия этого он наблюдал. Те выглядели как кучи растерзанных и обугленных трупов.
— Что вы тут все такие нервные? — спросила Синара. — Я ведь не сделала вам ничего плохого.
— Точнее говоря — не успела, — поправила ее Света. — И до тебя приходили сюда чужаки, желавшие обидеть моего Стасика. Горько поплатились они за свои черные помыслы.
— Никого я обижать не собиралась, — проворчала ночная гостья. — Хватит уже придумывать. И никакого Стасика я знать не знаю. Ищу же я человека, нареченного Свинорылом. Мне сказали, он живет где-то здесь.
Света взглянула на Стасика, и спросила:
— О ком это она говорит? Тут есть какой-то Свинорыл? Почему я его не видела?
Стасик кое-как сумел совладать с собой и вымолвить:
— Нет тут никакого Свинорыла. И никогда не было. По крайней мере, при мне. Разве что Гамала спросить. Вдруг он знает?
— Ну, может быть, не совсем Свинорыла, — задумчиво произнесла Синара. — Свино… Свино… Свино… как-то. Не помню точно, из головы вылетело.
У Стасика все внутри похолодело от новой дозы ужаса. С трудом разлепив губы, он прошептал:
— Может быть, Свиностаса?
— Точно! — радостно вскричала Синара. — Свиностаса. Именно. А я как сказала? Свинорыла? Ну, подумаешь, ошиблась. Имя-то чудное, такое еще попробуй запомнить. Свиностас… И кому пришло в голову назваться подобным нелепым образом?
В этом Стасик был полностью согласен с ночной гостьей. Подобным имечком никто не нарекся бы по доброй воле. Но в том-то и дело, что ему это имя прилепили насильно, как позорный ярлык. А сделал это самый злобный и жестокий человек во всех мирах — бывший одноклассник Колька.
— Значит, Свиностас живет здесь, — сделала вывод Синара. — Очень хорошо. А могу ли я его увидеть?
Признаваться Стасик не спешил. Он еще не понял, с кем имеет дело, и не был до конца уверен в том, что Света, при всей своей силе, сумеет защитить его от ночной гостьи.
— А вам зачем понадобился Свиностас? — спросил он осторожно.
— Дело у меня к нему. Важное.
— А какого рода дело?
— Вот ему и объясню.
— А у вас к нему дело какого характера? Вы ему желаете зла?
Синара фыркнула.
— С какой стати мне желать зла тому, кого я в глаза не видела? — спросила она. — Сказала же — дело у меня к нему есть. Чрезвычайно важное дело, как для меня, так и для него.
Стасик все еще сомневался, стоит ли признаваться в том, что это его называют Свиностасом. Но ночная гостья, даже с учетом зловещего облика и аномального появления в его комнате, не производила впечатления хладнокровного убийцы, пришедшего по его душу. Хотя, кто знает. У него в этом мире скопилось немало врагов. Кто-то из них запросто мог подослать киллера.
— Ну, ладно, — решился он, уповая на то, что Света все же сумеет защитить его от загадочной незнакомки. — Это меня называют Свиностасом. Только сразу хочу предупредить — это не мое имя. Меня зовут Станиславом. Для друзей Стас. А Свиностас — это обидное прозвище, и оно мне не нравится.
— Значит, это ты, — произнесла Синара. — А чего сразу не сказал?
 
— Я думал, вы меня убить хотите, — смущенно признался Стасик.
— Хотела бы — убила. Вам, живым, много ли надо? Мрете от всего на свете, иной раз вообще без объективной причины. Итак, ты, значит, Свиностас?
— Зовите меня Стасом, — взмолился Стасик, которого буквально коробило от этой клички.
— Но почему? — удивилась Синара. — Мне сообщили, что в этом мире ты известен под именем Свиностас. Так тебя называют повсюду.
— Повсюду? — выпучил глаза Стасик. — Это что значит? Где это — повсюду?
— Но если ты настаиваешь, я буду звать тебя Стасом, — согласилась Синара. — Мне, вообще-то, все равно.
— А я буду звать его милым Стасиком, — сочла нужным сообщить Света.
— Где повсюду-то? — не унимался Стасик. — Почему вы сказали, что повсюду?
— Ой, да не знаю я, — отмахнулась Синара. — Мне что сказали, то я и повторила. Речь-то не об этом.
Она подалась вперед, и замогильным гласом произнесла:
— У тебя проблемы, милый Стасик. Большие проблемы. Тебе об этом известно?
Стасик едва успел успокоиться, как вновь был повергнут в состояние дикого ужаса. Нет, эта зловещая гостья явилась сюда вовсе не за тем, чтобы завести новых друзей. Она принесла дурные вести.
— Какие проблемы? — простонал Стасик. — Вы вообще кто?
— Ох, прости, забыла представиться, — спохватилась гостья. — Мое имя Синара. При жизни была принцессой, но, полагаю, теперь этот титул уже мало что значит.
— При жизни? — выпалил Стасик, вцепившись руками в подушку. — А сейчас вы что, мертвая?
— Ой, уже давно, — отмахнулась Синара.
— Ну и что тебе в могиле не лежалось? — грубо спросила у нее Света. — Зачем ты пришла сюда и пугаешь милого Стасика?
— Я его не пугаю, а пытаюсь предупредить, — возразила Синара. — Страшная опасность нависла над ним. Зло, коего не видывал прежде этот мир, идет по его душу.
Нервы Стасика сдали, и с его уст сорвался пронзительный крик ужаса.
— Боишься? — довольно спросила Синара. — Это хорошо. Тебе следует бояться. На твоем месте я бы тряслась от страха.
Стасик успешно трясся от страха и на своем месте. Он уже пожалел о том, что монстр просто не съел его заживо. Лучше уж быстро умереть от чужих клыков, чем медленно и мучительно погибнуть от ужаса. А все к тому и шло.
— Немедленно прекрати! — потребовала Света. — Как можешь ты быть такой бездушной и злой? Если бы ты только знала, сколь много тяжких испытаний выпало на долю Стасика, ты бы тоже прониклась к нему жалостью и сочувствием. Все началось в младших классах средней школы….
— Не надо! Не надо ничего рассказывать! — спохватился Стасик.
В свое время он поведал Свете историю своей безрадостной жизни, выставив себя великим страдальцем и профессиональным страстотерпцем. Некоторым образом давил на жалость, пытаясь вызвать к себе сочувствие. И у него получилось. Вот только он не объяснил Свете, что ей не стоит вываливать его биографию первому встречному монстру.
— А я бы с удовольствием послушала, — призналась Синара. — В склепе так скучно. Не с кем словом обмолвиться. У меня ведь, знаете ли, тоже трагическая судьба. Причиной всех моих бед стала несчастная любовь.
— Правда? — с неподдельным интересом спросила Света. — А расскажи!
В этот момент в беседу вмешался Стасик.
— Простите, — произнес он, — вы, кажется, собирались меня о чем-то предупредить. О какой-то опасности. Это правда, или какая-то ужасно несмешная шутка?
— Вот бы стала я из могилы выбираться ради шуток, — фыркнула Синара. — Все правда. Тьма и ужас идут за тобой. Зло, невиданное прежде, явилось в этот мир, и цель его мрачного существования одна.
— Какая? — пискнул Стасик.
— Ты! — зловеще выдохнула ночная гостья. — Оно идет за тобой. Ищет тебя повсюду. Ты занимаешь все его помыслы. Оно оставляет за собой реки трупов и горы крови…. Не, не так. Горы трупов и реки крови. Ничто не способно остановить его на пути к цели. А знаешь, что ему нужно?