Цена светлой крови

Между изображениями Мейтассы и Сеннама сверкала полированным металлом дверь. Внезапно она отъехала в сторону и с тихим шелестом скрылась в стене.
Помещение за этой преградой выглядело почти пустым: слева - большая карга с материками и океанами, справа торчит ребристый шарик на гибком стержне. Потолок здесь тоже светился, но не золотым солнечным сиянием, а менее ярко, создавая иллюзию небес, затянутых тучами.
Чени глядела на карту с восторгом и изумлением.
- Живая... Смотри, Джен! - Она стиснула руку Дженнака. - Кажется, что по морям ходят волны, а лес колышется под ветром... И эти огоньки... тысячи, тысячи алых огней!
- В прошлые времена их не было совсем, - сказал Чантар. - Мы в Запечатанном Хранилище, куда Орх и я попали ие сразу, а только прожив здесь больше двух столетий. Эти огни - передающие станции, и карта сейчас настроена так, чтобы отсечь большинетво источников, маломощных и ие очень важных. - Он сделал паузу и произнес: - Отсюда, дети мои, мы говорили с миром и с вами.
- Пункт связи, - пробормотал Невара. - Вряд ли он пригодится нам в ближайшие тысячелетия.
- Время течет неторопливо, но не знает остановок, - молвил Дженнак. - Если не мы, так наши потомки снова увидят созвездия таких огней... А пока я вижу еще одну дверь - гам, за картой. Куда она ведет, старший родич?
- К управляющему модулю. К ментальному устройству, что запускает машины Шамбары.
Чантар повернулся к двери. Сверкающая металлическая плита дрогнула и медленно, будто бы с неохотой, откатилась, спрятавшись в стене. Дженнак ожидал увидеть другую камеру с какими-то сложными приборами, но за плитой была только неглубокая ниша, подобная банковскому хранилищу для драгоценностей и денег. Предмет, находившийся там, показался ему знакомым - не его ли он видел в яшмовой сфере, открытой им для Рикара Аранны?.. Обруч с десятком небольших цилиндров или штырьков, направленных вверх и равномерно распределенных вдоль окружности: их кончики были заострены и слегка загнуты, а сам обруч был как раз такой величины, чтобы поместиться на голове. Это устройство не выглядело хрупким, но Че Чантар взял его с осторожностью и протянул Дженнаку.
- Он ждет ’здесь тебя, сын мой. Ты провидец, и твой ментальный дар сильнее, чем у нас. Ты пошлешь сигнал, который включит механизм переноса.
Не колеблясь, Дженнак принял обруч и опустил на голову. Его движения были уверенными и быстрыми, но лицо казалось задумчивым: видел он сейчас не Орхаги Чан гара, не Чени и Не- вару, а тени далекого прошлого. Пришли они из времен, которые не возвратятся, но Дженнак об этом не жалел и не было в сердце его печали. Не покориться предназначенному, но осознать и принять его - не в этом ли смысл прожитых лет?.. Прожитых и будущих, счет которым пнкому не ведом...
- Давно, очень давно я сражался на берегу Ринкаса в поединке совершеннолетия, - негромко промолвил он. - Потом была Фирата, война с тасситами, смерть Вианны и дорога по Бескрайним Водам на восток... Мог ли я представить в те годы, что сделаюсь повелителем Оримби Мооль, Ветра из Пустоты! И что этот ветер унесет меня в мир, которому еще нет названия... Меня и вас!
Трое мужчин и женщина придвинулись к нему. Дженнак ощутил плечо Невары, дыхание Чени на своей щеке; пальцы Чантара стиснули его запястье, за спиной что-то проворчал Орх - кажется, просил у Сеинама легкого пути. Сбившись плотной группой, чувствуя, как быогся их сердца, они замерли на мгновение. Потом над головой Джен пака, между остриями штырей, вспыхнуло фиолетовое пламя, дрогнула земля и ось Мироздания повернулась.
 Эпилог 
Они по-прежнему стояли в Запечатанном Хранилище, но теперь ни один алый огонек не горел на карте мира. Если не считать этого, карта выглядела точно такой же, как несколько вздохов назад: моря и океаны, реки и озера были фиолетовыми, синими и голубыми, льды и снега на полюсах - белыми, горы - коричневыми, степи, равнины и леса - зелеными. Но вот контуры материков стали заметно меняться: Верхняя Эйпонна сделалась протяженнее в широтном направлении, Нижняя сузилась и хвост ее продвинулся к югу, исчез полуостров между Лизиром и Азайей, и Длинное море слилось с морем Меча. Полярные льды отступили к северу, освобождая место для зеленых и коричневых оттенков. Бритайя распалась на три островка, Дальний материк стал крупнее, потеснив Океан Заката. Очертания Риканны тоже казались немного иными: Норелг вытянулся к юго-западу, переместились острова в Длинном море, северные земли Атали соединились с Иберой.
  
Пять путников, как зачарованные, глядели на эти перемены. Потом Че Чантар сказал:
- Безымянные Звезды уже трудятся. Скоро мы получим точную карту нашего мира.
- Нашего мира... - с мечтательной улыбкой повторила Айчени.
- Хорошо бы на него взглянуть, - заметил Орх.
Покинув пункт связи, они направились в центральный тоннель.
Этот проход не изменился, но впереди, в трех сотнях локтей от поворота к Хранилищу, он был словно бы срезан огромным клинком; там сиял свет и двигались смутные тени - видимо, облака.
Не говоря ни слова, Чантар зашагал к этому сиянию. Остальные шли за ним.
Они очутились на склоне холма или невысокой горы, что тянулся вниз, к заросшей девственным лесом равнине. Было тепло; висевшее в зените солнце щедро изливало жар, свежий ветер доносил ароматы листвы и неведомых плодов, а где-то у линии горизонта синело море. Горы, громоздившиеся на востоке, казались ниже и приветливее, чем покинутые в Чанко; Дженнак не разглядел ни льдов, ни вершин, одетых снегами, ни грозных остроконечных пиков. Очевидно, в этом мире горный хребет не был неодолимым препятствием между берегами океана и бассейном Матери Вод. Склон, уходивший к равнине, покрывали травы и цветущий кустарник, а далеко внизу, там, где начинался лес, вздымались деревья невероятной высоты, похожие на секваиы.
Пять путников стояли в молчании, впитывая запахи, краски и звуки нового мира. Потом Орх шумно вздохнул и сказал:
- Небо здесь цвета весенней листвы...
- А солнце с оттенком серебра, - добавил Дженнак.
- Лес такой же густой и зеленый, как в Эйпонне, - промолвил Че Чантар.
- Но есть ли тут люди? Те, к кому мы пришли? - произнес Невара, оглядывая расстилавшуюся внизу равнину. - Этот лес выглядит необитаемым.
- Нет, - возразила Чени, - нет! Глядите! Там, над деревьями!
Дженнак присмотрелся. Его чакчан, Владычица Очага, была права: далеко на западе к небу тянулись тонкие струйки дымов.
Сжимая руку Чени, он сделал первый шаг. Затем, все быстрее и быстрее, начал спускаться с холма.
 КОММЕНТАРИИ К РОМАНАМ «ДРУГАЯ ПОЛОВИНА МИРА», «ПЯТАЯ СКРИЖАЛЬ», «ДЖЕННАК НЕУЯЗВИМЫЙ», «ЦЕНА СВЕТЛОЙ КРОВИ» 
Напомню читателям, что мир, описанный в хрониках жизни Дженнака, одиссарского принца, соответствует Земле, но несколько измененной: чуть иные очертания материков и островов, немного иная география и климат, похожие, но в чем-то отличающиеся животные и люди, иные обычаи и нравы, иная религия и культурная среда. Наибольшие изменения касаются истории, ибо тетралогия основана на исторической инверсии: я предполагаю, что некогда Америка (Эйпонна или Срединные Земли) обогнала в своем развитии Евразийский континент, в результате чего аборигены Эйпонны в эпоху своего Средневековья открывают, колонизируют и цивилизуют материки восточного полушария - Риканну (Европу), Азайю (Азию) и Лизир (Африку), то есть Старый Свет, как мы привыкли называть эту половину мира. Однако должен подчеркнуть, что Эйпонна все-таки не Америка, и ее обитателей нельзя считать индейцами в прямом смысле этого слова: иное историческое развитие породило иную культуру и иные народы, отчасти подобные майя, ацтекам, инкам Перу, карибам, охотничьим племенам прерий и лесов, но в чем-то отличающиеся от них. Скажем, одиссарцев, народ Пяти Племен, населяющий Серанну (Флориду), нельзя уподоблять семинолам хотя бы потому, в Одиссаре в средние века умели выплавлять сталь, чеканить серебряную монету и строить корабли. Равным образом нельзя полностью идентифицировать Восточные Земли с Европой, Азией и Африкой, хотя аналогии между миром Дженнака и Землей достаточно ясны и прозрачны.