Любимая адептка Его величества (СИ)
3
Поразительно, но я оказалась не единственной, с кем возжелали пообщаться устно. Раньше, чем я закончила записывать надиктованные ответы, к преподавательском столу приблизился хлипкого вида паренёк.
Он задержался рядом с Георгом минут на семь, а ушёл бодрый, но в красных нервных пятнах.
После этого магистр Номан объявил зычным голосом:
— Господа абитуриенты, до сдачи работы осталось пятнадцать минут!
Эти слова были решающими. Мне требовался лимит — нечто, что ограничит время общения с монархом. Вот я и решила втиснуться в промежуток между собственной сдачей и общим дедлайном.
«Ты там как? — мысленно обратилась к Заучке. — Крепко держишься? Не упадёшь?»
Желеобразная прохладная клякса, прильнувшая к моей ноге, ощутимо шевельнулась.
«Держусь,» — крякнула помешанная на собственной правоте сущность. Ну мы и пошли.
Едва я встала из-за парты, в аудитории стало совсем уж тихо. Пока двигалась в сторону комиссии, от посторонних взглядов чесалась спина.
Дойдя до компании во главе с Георгом, я протянула свою работу одному из магистров, а сама с нарочитой готовностью повернулась к его величеству. По красивому лицу монарха скользнула тень подозрительности, а потом прозвучало:
— В вашей работе упоминалось сражение в проливе Ханар. Расскажите о нём.
Зора опять колыхнулась, и я словно бы ощутила её возбуждение. Сущность буквально жаждала блеснуть своей осведомлённостью, и единственным, что я успела сказать ей стало:
«Зора! Только без фанатизма, прошу!»
А дальше мне пришлось превратиться в попугая. Я успевала только повторять, даже не осмысливая слова Заучки. О какой-либо «фильтрации выдаваемого материала» речи тоже не шло, и к концу доклада я начала молчаливо выть.
Вдруг версия, выданная Зорой, не совпадёт с общепринятой? Вдруг я, как в случае с теми артефактами, рискую сказать лишнее? Что если завяжется спор? А если на основе ответов Зоры разразится новый скандал?
Я вот прям татуировкой чуяла, что все перечисленные варианты возможны, но, как ни странно, обошлось. Георг задал лишь два уточняющих вопроса, потом буркнул «Блестяще», поставил какую-то закорючку в какой-то ведомости и отпустил на все четыре стороны.
Впечатление подпортил только магистр Номан.
Мало того, что будущий репетитор слушал доклад, так он ещё успел пролистать мою письменную работу, и теперь смотрел ну очень круглыми глазами.
Кажется, с ним придётся объясняться! Впрочем, это будет позже. А прямо сейчас я натянуто улыбнулась экзаменаторам и покинула аудиторию за три минуты до официальной сдачи работ.
В коридор я практически вывалилась. Там привалилась к стене и прикрыла глаза, переживая адреналиновую бурю и общий стресс.
А очнулась от аромата кофе — слишком близкого и чрезвычайно манящего.
— Будешь? — спросил тот щуплый парень, протягивая мне бумажный стаканчик.
Стаканчик смотрелся в этом условном средневековье до странного органично. Сам парень тоже пил, в уголках его рта виделись остатки кофейной пены.
— Спасибо, — после секундных раздумий выдохнула я.
А отпив представилась:
— Я Маргарита Сонтор.
— Джим МикВой.
МикВой? Возникла ассоциация с другой известной магической фамилией. Но, в отличие от персонажа известной земной книги, Джим не имел столь приметных черт как вечно брезгливое лицо и платиновый цвет волос.
Он выглядел обыкновенно. Невысокий щуплый шатен с заметно отросшими, пребывающими в некотором беспорядке волосами.
— Я видел к тебе король прицепился? — очень просто охарактеризовал ситуацию парень. — Сочувствую. Георг дотошный.
Пауза и Джим добавил «оптимистично»:
— Но из тех, кем он заинтересовался, получаются лучше выпускники.
Я ощутила, как Заучка соскальзывает по моей ноге вниз, и судорожно вздохнула. Понимала, что сущность выполнила обещание и оставаться ей незачем, но всё равно.
«Зора,» — мысленно позвала я.
«За тобой должок,» — ворчливо напомнила клякса, и ощущение её прикосновения исчезло.
В общем, я снова поглупела. Уровень знаний об этом мире и о данном конкретном королевстве вернулся в точку нуля.
— Ясненько, — выдохнула уже вслух, возвращаясь к Джиму.
— Говорят, у них просто не остаётся выбора, — добил меня парень. — Проще выучить и освоить всю практическую часть, чем слушать ядовитые замечания его величества.
В эту секунду мне стало дико себя жаль!
Но…
А может обойдётся? Может интерес ко мне будет временным? К тому же Филиния сказала, что король появляется в Академии редко.
Тут я вспомнила про королевские артефакты, и надежда легко отделаться от внимания Георга рассыпалась прахом. Впрочем, если проверка моего дара пройдёт без осложнений и покажет магическую посредственность, он обязательно обо мне забудет.
— Кстати, а булочек хочешь? — отвлёк от панических мыслей парень.
— Хочу!
После этого мне показали где тут спрятан буфет.
В буфете были и кофе — то самое, в бумажных стаканчиках — и булочки, и бутерброды, и даже салаты. Правда при посещении этого полезного во всех смыслах заведения возник небольшой конфуз.
В родном мире со мной такого не бывало. Там у меня даже мысли не возникало отправиться куда-то без кошелька, а тут я подрастерялась, да и не обсуждали мы ещё с Филинией вопрос карманных денег и мелких расходов.
К счастью, проблемой это не стало. Джим лишь посмеялся:
— Обычная ошибка юных леди. Вы, когда покидаете родной дом, всегда такие беспомощные.
С этими словами парень оплатил мой скромный, но такой желанный заказ.
Глава 12
1
Именно в компании Джима я провела следующий час перерыва между испытаниями. Парень оказался приятен ещё и тем, что не задавал лишних вопросов. Не удивлялся внезапному появлению наследницы Сонторов и не расспрашивал как я раньше жила.
Зато временами он ощутимо стеснялся! Некоторые повадки выдавали в нём ботаника, что лично меня устраивало.
Джим оказался младшим сыном графа МикВоя. На серьёзное наследство претендовать не мог, да и не хотел. Он грезил магией, собственным даром, и очень гордился тем, что когда-то давно его предок заслужил право стоять в одном ряду с самыми известными фамилиями.
— Кстати, говорят, что именно из-за тебя Георг изменил традиции и назначил для нас проверку? — в какой-то момент полуутвердительно сказал Джим.
Я пожала плечами, а парень заявил:
— Но я думаю это правильно. Принимать без экзаменов вообще странно. Ведь в случае неуспеваемости вылетаем мы на общих основаниям, тут никакая привилегия не спасёт.
В этот раз я улыбнулась, хотя в груди заныло. Увы, но чтобы не вылететь мне придётся очень много учить!
Спустя час из аудитории, где мы писали проверочную работу, вышел один из принимавших экзамен магистров. Прокашлявшись, он объявил о начале проверки дара, и первой приглашённой стала Дарайя Фитор.
Тут я встрепенулась. Лишь сейчас вспомнила слова змеищи Ойлы о поступающей в Академию внучке, и уставилась на вызванную девицу в оба глаза. Узнавания, как ни странно, не возникло. Ойла и Дарайя были разными, как небо и земля.
Первая — стервозная, полноватая, с задранным подбородком, а вторая — худенькая, щуплая и сутулая. Невзирая на красивое платье, Дарайя создавала впечатление серой мыши из романов эпохи Джейн Остин. И девушка явно чувствовала себя неуютно, оказавшись под номером один.
Томительная пауза, и Дарайя ушла, в воздухе повисло нервное молчание.
Потом какой-то парень не выдержал, воскликнул:
— Да ладно вам! Что распереживались? Всех зачислят. Это наше священное право учиться здесь!
Насчёт священности, вероятно, можно было и поспорить, но зацепило меня другое — после слов парня все плюс-минус тридцать представителей аристократии обернулась и уставилась на меня.
Неловко? Да! Но тот факт, что ботаник Джим МикВой остался рядом, придал уверенности.