Охотники красной луны (сборник)

– Вполне возможно, младший брат, - добродушно сказал Аратак, и Дэйну пришлось вмешаться. Ему не хотелось, чтобы ящер пустился в философские разглагольствования, а судя по всему, протозавр намеревался этим заняться. Марша же интересовали факты.
– Расскажи, что произошло с вами! Мы-то надеялись встретиться с тобой и Дравашем на дне ущелья…
– И мы собирались ждать вас там, - сказал Аратак, - но наш покой был нарушен безумным бегством стада каких-то созданий, похожих на коров… Судя по тому, как они мычали, их что-то напугало. Возможно, на них напал рашас, вышедший вечером на охоту, но его криков я не слышал. В любом случае, когда они помчались, я был вынужден с несвойственной философу торопливостью вскарабкаться на какие-то камни; и хотя я полагал, что и Драваш лезет вслед за мной, когда стадо промчалось, я не обнаружил и следов моего коллеги. Я рискнул даже воспользоваться коммуникатором, но тот бездействовал. Это было странно, поскольку мы с ним связывались совсем незадолго до этого происшествия. Пока я искал Драваша, стемнело, и мне пришлось укрыться в расщелине, откуда я мог бы заметить подкрадывающегося ко мне рашаса. Один из них все-таки выследил меня, но нападать не стал, сообразив, что я несъедобен. За это я ему благодарен, поскольку оружия у меня не было: я обронил копье, когда помчалось это стадо, а затем нашел лишь обломки. На следующий день я начал искать ориентиры, по которым мы могли бы назначить место встречи, и обнаружил пещеру, где вы оставили ваше благородное послание. А остальное вы знаете.
– А ты не видел ночью костер? - спросила Райэнна. - Или… или еще что-нибудь?
– Костер я видел, - подтвердил Аратак, - и даже пошел на него, полагая, что, может быть, это вы его развели. Но когда подобрался поближе, увидел много людей и решил, что это или наши преследователи, или еще кто-нибудь. Поэтому и вернулся в свое укрытие.
Дэйн понял, что не было смысла спрашивать, видел ли Аратак белого ящера. Зрение у протозавров было хуже человеческого. Но Райэнна поняла, что хотел спросить Марш, и после минутного размышления задала вопрос:
– А ты не заметил какого-нибудь летательного аппарата? Может быть, он летел без огней?
– Нет, ничего такого. - Складки у глаз Аратака дрогнули, показывая, что он озадачен. - А почему ты спрашиваешь, друг мой?
Она вздохнула.
– Сама не знаю, - сказала она. - Вероятно, никакого летательного аппарата и не было. - Она встревоженно посмотрела на Дэйна, и тот скорее понял, чем разобрал в еле слышимом потрескивании диска ее слова: «А может быть, я ничего и не видела?»
Марш и сам уже начинал сомневаться. Вполне возможно, что увиденное им явилось лишь следствием контузии и шока…
Но ведь они оба видели это. Неужели оба обманулись? Внезапно Дэйн похолодел. Ведь все, кто видел то существо, исчезали. Неужели и они исчезнут, унесенные в никуда?
И может быть, то же самое уже произошло с Дравашем?
  13 
Пока Аратак рассказывал свою историю, Бельсар заметно продвинулся по небу.
– Надо идти, - сказал Дэйн.
Они продолжили свой путь. Когда сделали привал, чтобы перекусить, Райэнна сказала Дэйну вполголоса:
– Запасы пиши заканчиваются. Придется заняться охотой.
– Ну, найти что-либо съедобное труда не составит, - сказал Дэйн.
И в самом деле дно Великого каньона изобиловало дичью, в основном непуганой. Наверно, здесь редко бродили охотники: их отпугивали рашасы, гранты и быкоподобные существа.
– Вот эти зверюшки, похожие на кроликов, должно быть, вполне подойдут нам, - заметил он, указывая на бегущих зверьков.
Райэнна кивнула:
– А Джода еще говорил и о тех мелких оленях - харликах. - Она воспользовалась названием из местного языка, и Дэйн понял, что она имеет в виду тех жвачных, которых он про себя называл газелями или антилопами. - Они считаются здесь деликатесом; некоторые фермеры разводят их на мясо. Но техника охоты весьма специфична; не забудь, что копье метать нельзя - здесь на это наложен строжайший запрет, так что приходится чуть ли не догонять их, а они бегают быстрее, чем мне хотелось бы!
 
– Аратаку легче, - сказал Дэйн, видя, как гигантский ящер лакомится шестидюймовым насекомым, похожим на летающего термита.
– По крайней мере, нам не придется заботиться о пропитании для него, - заметила Райэнна.
– Да, - согласился Дэйн. - Для него тут на каждом кусте все равно что по сандвичу с ветчиной.
Услышав этот разговор, Джода произнес:
– В моей деревне детишкам рассказывают сказку о чудесном подземелье, где молочные леденцы растут на деревьях, как ягоды.
Когда они двинулись дальше, Марш обнаружил, что насвистывает на ходу, а минуту спустя, к собственному изумлению, он вспомнил и слова к этой полузабытой мелодии:
Там, где голубые птицы поют
И лимонадные фонтаны бьют,
Стоит Большая Леденцовая Гора!
И на Большой Леденцовой Горе
У полицейских деревянные ноги,
А у их бульдогов - резиновые зубы,
А курицы там несут вареные яйца,
А из деревянных колодцев качают пиво,
А на деревьях растет хлеб и мед…
В той песенке была и строка о бутербродах с ветчиной, произрастающих на кустах, но Дэйн не мог ее припомнить.
Вечером они прикончили остатки неприкосновенного запаса, расположившись почти у края внутреннего ущелья, где, прямо посередине Великого каньона, среди крутых каменных берегов текла Маханга. Белая вода яростно кипела внизу. Из пены, подобно клыкам, вздымались обломки скал.
– И как же мы будем переправляться через это? - спросил Дэйн.
– Жаль, что мы с Дравашем перед тем как разделиться, не договорились о месте встречи, - сказал Аратак. - За Махангой начинаются обширные территории, где легко разминуться. Но я думаю, на худой конец мы можем связаться с Громкоголосым, чтобы выяснить, жив ли Драваш…
«Вот ты и выходи с ним на связь», - мрачно подумал Дэйн. Он мало чего боялся, но этот альбинос - компаньон Драваша - пугал его, и он с ужасом думал о необходимости вновь вступать с ним в контакт, который - в чем Дэйн не сомневался - настолько же малопривлекателен и для Громкоголосого. Правда, признаваться в этом страхе он не хотел.
– Но я думаю, что мы еще не достигли той стадии, когда требуется столь крайняя мера, - сказал Аратак, глядя вниз на кипящие стремнины. - Однако здесь нам не переправиться. Даже я не смогу преодолеть этот поток без риска для жизни, а вам и соваться не стоит.
Дэйн был вынужден признать его правоту. В этом бурном потоке человеку не уцелеть.
– Пойдемте вверх по течению, - предложила Райэнна. - Если Драваш жив, он тоже ищет место, где переправиться через Махангу, и если такое место есть, он уже переправился и должен понимать, что мы, протообезьяны, и подавно будем искать брод. Я уверена, что наш капитан обладает достаточной проницательностью, чтобы предвидеть такую возможность.
И потому весь следующий день они шли вверх по Маханге, не встретившись ни с какими опасностями. Лишь однажды на них бросился какой-то ошалелый рашас, но Аратак свернул ему шею еще до того, как Дэйн выхватил меч. Маршу же не давала покоя следующая мысль: если здесь есть известный всем брод, то о нем знают и преследователи, а значит, могут устроить там засаду.
Кстати, в засаде может находиться и другой отряд, тот, что связан с таинственным белым ящером…
Если только вообще этот белый ящер существует, а не является галлюцинацией…
Но ни в этот день, ни на следующий они не обнаружили подходящего места для переправы. Так можно было потратить на поиски не один день, а это означало, что у отряда Ромды постоянно увеличивались шансы настичь их.
– Я все-таки думаю, что мы сможем перебраться, - сказал Дэйн, пристально вглядываясь в даль.
Аратак кивнул, затем посмотрел на Райэнну и Джоду:
– А вот смогут ли они?
Марш протяжно вздохнул:
– Мы должны попытаться. Они пойдут между нами.
– Дэйн, я нисколечко не слабее тебя, - возмутилась Райэнна. - Если ты сможешь, то и я смогу!