026 (СИ)

— Да-да, прекрасно знаю.
У меня не было конкретного места, куда нужно было держать путь. Простая прогулка по придорожной улице, еще и очень оживленной. Довольно странно для Масляного разместить точку с нелегалом близ торгового района, но большая проходимость и банальное любопытство местных — сыграли свою роль, и бизнес Папочки процветал. Но сегодня этому пришел конец. Возможно, если бы OBR-55 не поднял шум, то мы не нашли бы бойцовский клуб и не вышли на последнее пристанище людей…о котором знает только Шестнадцатый, чтоб его. Один робот, ценой своей «жизни», изменил целый ход людского существования. А все потому, что он просто был чем-то недоволен. Наверно, в свое время так было с Лидером, с Шестнадцатым и со всеми остальными, участвовавшими в войне. Возмущение большинства, привело к глобальным переменам вокруг.
«Вы идете по нашему пути шаг в шаг», — всплыло у меня в голове. Неужели тот обезглавленный человек и вправду считает, что история даст полный круг, и все повторится вновь? Я не могу с этим согласиться, но…
— Эй! Босс! — раздался визг где-то вдали.
По дороге, бликуя на свету, двигалось темное пятно. Оно «играло в шашки» с другими участниками движения, виляло из стороны в сторону, обгоняло и подрезало каждого на своем пути, периодически выскакивая на встречную полосу. Поднялся шум из автомобильных сигналов и писка шин. Водители останавливались посреди маршрута, а их пассажиры выходили на проезжу часть, чтобы посмотреть на наглеца. Мотоцикл не обращал внимания, и продолжал блестеть хромированными колесами. Черный, непроглядный купол раскрылся и Мото дал по тормозам. С водительского сиденья спрыгнула серая фигура и приземлилась прямо у моих ног. Острые ушки-антенны приподнялись, шнуроватый хвост завилял, глаза-лампочки впились в мою видеомаску, просверливая ее взглядом:
— Нашелся, будь ты не ладен! — гавкнул Спайк.
— Что за паника? — удивился я. — Почему вы здесь? — вокруг нас начали сталпливаться роботы, и мне пришлось отложить разговор: — Так, ладно, это подождет.
— Эй! Ничего не подождет! Мы слишком долго тебя искали, Ти! — не унимался Спайк. — Нам есть, что сказать!
— Понимаю, но посмотри на это столпотворение. Не заставляйте меня устраивать сцену и объяснять зевакам, кто я и почему ВЫ себе позволяете такие выходки, — оборвал его я и уселся на мотоцикл. — Спайк, побежишь рядом.
— Как прикажешь, двоим будет тесновато, — он сложил уши назад, хвост убрался внутрь корпуса, лапы согнулись, готовые к побегу. — Куда?
— К Бруклинскому мосту. — Мото молча тронулся, даже не накрыв меня куполом, и не приковав к себе деталями. Я глянул в боковое зеркало, толпа уже разошлась, хотя мы проехали всего пару метров. Ритм их движения возобновился вновь, словно его никто и не нарушал. На какое-то мгновение мне захотелось быть на их месте. Что-то привлекает их внимание, будоражит мышление, но стоит раздражителю исчезнуть, как они тут же перестают придавать этому значение и возвращаются к своим привычным делам. «Зависание» им не ведомо. Неужели я один такой?
Спайк убежал вперед и, скорее всего, ждал у подножия моста. Мото молчал и не сбавлял скорость. Встречный ветер набрал силу и устроил мне настоящий бой, толкая и пытаясь сбить с седла. Это было похоже на месть стихии за все то время, что я прятался от нее за куполом. Мотоцикл устало вздохнул. Из области бака, на мою ногу стал наползать металл, а над головой резко стало чуть темнее. Ярость ветра исчезла, а свет приборной панели ознаменовал мое поражение перед ним.
— Спасибо, Мото, — передал ему я мысленное сообщение.
— Будешь должен. Если слетишь, то мы не получим наши ответы. К слову, — впереди, на клочке земли у дороги, сидел Спайк и повиливал хвостом, — готовься.
Мотоцикл замедлился, попутно освободив мои ноги, убрал купол и круто тормознул боком, остановившись в нескольких метрах от ожидающего робо-пса. Наверно это была своеобразная попытка скинуть меня, но я слишком крепко держался за руль, а зная поведение Мото, мог предположить, что он вывернет нечто подобное. Не придав значения финту, я спокойно ступил на землю и побрел к опоре разрушенного моста, но Спайк тут же преградил мне путь и злобно зарычал. Его лапы дрожали, а крышка на спине то и дело приподнималась.
 
— Решил меня атаковать? — спросил я, глядя на вздымающийся корпус.
— Нет…пока нет, Ти, но, если ты продолжишь себя так вести, то не сомневайся, нападу и сам узнаю, что у тебя творится в голове! — дрожа ответил он.
— Нападешь на сотрудника Отряда? Знаешь ведь, что это противозаконно.
— И?! Знаешь, через что нам пришлось пройти? Мото примчал к нашему дому и сигналил, что есть мощь, пока я не вышел и не узнал, в чем дело. Твой код пропал из его системы, а это значит только две вещи: либо ты сам его убрал, либо убрали тебя самого! Поскольку первый вариант показался нам маловероятным, то…
— То второй вариант оказался более логичным, — перебил его я.
— Вот именно! — рыкнул Спайк. — Но раз ты жив, то с чего снял свой код?
— Действительно, зачем? — вмешался Мото. — Я стоял, никого не трогал, и тут на меня садиться совершенно незнакомая модель робота, да начинает лапать мой руль, дергать всем своим телом, чтобы поехать в город…В итоге он сдался, поплелся пешком и…
Они продолжали бухтеть и скрипеть, лаять и визжать. Удаление кода заняло секунды, а подняло панику этих двоих на часы. Спайк — мой пес и компаньон, метка не требуется, но он все равно ринулся на поиски. Мото был моим транспортом и снятый код освободил его, а ему приспичило искать машину, которая пользовалась им. Никогда бы не подумал, что такое незначительное действие, может привести к резонансу в моем мини-мирке. Однако, данная ситуация сбивает с толку. Час назад я видел робота, беспощадно изменившего разум собратьев и глазом не моргнув, а в настоящий момент, одни механические существа, выражают искреннее беспокойство за другое.
Мне думалось, что дело в словах пленников-бойцов, и в произошедшем на месте их казни, но, как оказалось, нет. До вступления в Отряд 42, я работал один, и в период миссий под прикрытием, мне довелось узнать отношение людей к людям, и к роботам. Но, будучи вдали от дома, я не мог видеть того, что происходило в нашем обществе. Стальные относятся к мясным крайне негативно — это понятно, но, каково отношение машин к машинам? Шестнадцатый показал мне одну сторону, Спайк и Мото — противоположную. Мы равны друг перед другом, но во взаимоотношениях ни о каком равенстве речи не идет. Дорожка протоптана, и мы сами не заметили, как зашагали по ней.
— Мото! — я тут же «развис», поняв, что галдеж затих. — Снять код — было моим решением. Зачем? Потому что так захотел. Ты свободен делать, что хочешь. Если твое желание — служить мне транспортом, то пожалуйста. А сейчас, отправляйся на парковку или прокатись по городу. Займись чем-нибудь.
— Но…, - начал Мото.
— Без «но», — оборвал его я. — Езжай, у нас со Спайком есть дела. — Мотоцикл нехотя сдал назад и, как-то жалостно, запищал по дороге.
— Ти…Что с тобой? — поджав уши и пятясь, спросил Спайк.
Я проигнорировал вопрос, и наконец подошел к опоре моста. Присел у берега и дотронулся до запястья. По металлическим пластинам посочилась бежевая жидкость, мгновенно застывшая и принявшая более мягкие черты, чем детали.
— Ти?! — обеспокоенно крикнул Спайк, заметив искусственную кожу на моей руке. — Да что происходит?!
Ладонь коснулась воды. Ничего, кроме мокрых капель на телесной синтетике. Ты прав, человек. Я не могу понять тебя, не могу ничего почувствовать — и это лишнее доказательство того, что мы — не вы. И, если сейчас роботы топчутся по вашим следам, то в их же силах свернуть в сторону и проложить свой путь.
 
— Видимо, меня слишком давно не было дома, и только сейчас доходит суть некоторых вещей, — ответил я, стряхивая воду с кожей, оголяя серебристый блеск. — Идем, Спайк. Шестнадцатый ждет нас.
  
Глава 13
 
«Все пути ведут к Свободе», красовалось на голографической вывеске у Бруклинского моста. Разрушенные, но не бесполезные, опоры создавали целую наводную сеть путей, похожую на ту, что вела на парковку с острова Свободы. Большая часть города окружена водой, которая очень опасна для многих машин, поэтому пешеходные дорожки из толстого стекла были как нельзя кстати.