Солнце (ЛП)

Обвив рукой мою талию, он притянул меня поближе и поцеловал в щёку.
«Старейшины знают, — пробормотал его разум. — Мы выберем приоритетные пути транспортировки всего, что можно, под землю, опираясь на то, что найдут Деклан, Хондо и Анале».
Бросив на меня резкий взгляд, он добавил:
«Я хочу, чтобы ты поработала над тем, как удержать дверь открытой. Сосредоточься на этом, детка. Мэйгару, Касс и мне придётся составить план обороны против тех телекинетиков, так что если у тебя есть идеи, это тоже приветствуется, — он снова поцеловал меня. — Но не беспокойся о базовых деталях операции. Над этим думает достаточно умов. Никто не хочет умереть от жажды в какой-то дыре».
Я кивнула, слегка расслабившись.
Он был прав.
Я не нужна им для этого. И уж точно я не нужна для этого Ревику.
«Мне стоило поехать с ними, — послала я потом. — Чтобы разведать ту дверь. Я тут практически бесполезна. А Мэйгар был бы… полезнее».
Ревик напрягся, посмотрев на меня.
— Нет, — сказал он вслух. — Подожди, пока они вернутся. Вообще-то, — добавил он, и его голос превратился в более резкое рычание. — …Иди-ка вздремни, жена. Ты не спала на протяжении всего полёта. Высока вероятность, что тебе предстоит бодрствовать всю ночь, а может, и несколько дней, работая над той дверью, — его взгляд скользнул по моему телу. — А ты беременна.
Нахмурившись, я глянула на Лили.
Нам пока что не предоставилось возможности поговорить об этом с ней или Мэйгаром.
Но Лили лишь улыбнулась и похлопала меня по животу.
— Всё хорошо, мама, — бодро сказала она. — Последние несколько часов я разговаривала с моим младшим братиком. До этого он приходил ко мне во снах. Я всё про него знаю.
На сей раз мы с Ревиком оба повернулись и уставились на нашу дочь.
— Ты разговаривала с ним? — спросил Ревик. — Серьёзно?
Она кивнула, улыбаясь.
— Много дней. Недель.
Увидев, как мы с Ревиком переглянулись, она рассмеялась. И Тарси тоже.
Врегу явно не было весело, и он ткнул пальцем в виртуальную карту.
— Мы можем вернуться к этому? — проворчал он. — Учитывая, что в следующие двадцать четыре часа клоны заморыша могут переломать нам всем позвоночники?
Ревик посмотрел на него, затем на меня, и в его глазах стоял открытый вопрос.
Сдавшись, я раздражённо выдохнула.
— Ладно, — сказала я. — Я посплю. Кто-нибудь мне покажет, где именно?
— Я отведу, — тут же сказал Торек. Вежливо подняв руку, он показал в сторону палаток, поставленных вдоль прозрачной голубоватой воды ручья. — Сюда, Высокочтимый Мост.
Помедлив лишь для того, чтобы поцеловать Лили и сжать руку Ревика, я ушла.
Он разбудил меня, зажав мне рот рукой.
Наверное, он беспокоился, что я закричу. Иронично, но возможно, я бы не пыталась закричать, если бы он не зажал мне рот рукой.
А так я боролась с ним всеми силами, кроме телекинеза.
Я замахнулась на него, сбросив его практически рефлекторным пинком. Если бы я не погрузилась в такой крепкий сон, когда он разбудил меня, я могла бы сломать ему шею… а может, вышвырнула бы его сквозь стену палатки.
— Элли! Успокойся! — рявкнул он. — Чёрт подери! Успокойся, бл*дь! Я просто хочу поговорить с тобой! Я не наврежу тебе!
Именно его голос наконец-то привёл меня в чувство.
Возможно, это было неверие.
Открыв глаза, я позволила своему физическому зрению привыкнуть к сумеркам внутри палатки, только тогда осознав, что солнце существенно опустилась по сравнению со временем моего последнего бодрствования. Глядя в лицо Даледжема, я моргнула, всё ещё не веря.
Секунду спустя я осознала, что не почувствовала его.
Я больше не чувствовала его свет.
Он фыркнул, скатившись с меня и спального мешка, к которому он меня пригвоздил.
— Вот уж действительно, — сказал он с явной злостью.
 
Отпустив меня, он сердито посмотрел на меня в тускло освещённой палатке.
— Может, дело в том, что твой муж изгнал меня из вашего царского присутствия прежде, чем я успел убедиться, что ты в порядке после Пекина, — его тон сделался холоднее. — Может, потому что мне запретили видеться с тобой… потому что мне даже не разрешается знать бл*дскую частоту твоей гарнитуры, если верить твоему зятю-Шулеру.
Мотнув подбородком в мою сторону, он окинул меня взглядом и добавил:
— …А может, дело в том, что твой муж явно сделал всё в своих силах, чтобы пометить твой свет как свой.
Я приподнялась на локтях, с неверием уставившись на него.
— Господи Иисусе, Джем. Убирайся отсюда нахер! — я показала на выход из палатки. — Тебе жить надоело?
— Вот что я получаю в итоге? — рявкнул он. — Угрозы расправы?
— Сейчас не время для этого дерьма! — рявкнула я в ответ. — Сейчас не время, Джем!
— То есть, мне надо подождать, пока ты погибнешь? — он смотрел на меня так же сердито, как и я на него. — Или ты надеешься, что сражение унесёт мою жизнь, Высокочтимый Мост?
— Джем, — я растерянно смотрела на него. — Gaos. Мы сказали всё, что надо было сказать. Разве нет? Ты с самого начала знал, что было между нами. Я сказала тебе, как все обстоит с Ревиком. Я никогда тебе не врала. Я сказала, что люблю тебя, — я сглотнула, на мгновение стиснув зубы. — Я сказала, как я благодарна, как мы оба благодарны…
— Ты не сказала мне, что больше никогда не будешь разговаривать со мной, бл*дь! — взорвался он. — Чёрт подери, Элисон! Ты никогда не говорила мне, что я буду целиком и полностью изгнан из твоей жизни!
— Говори тише, бл*дь, — предостерегающе произнесла я. — Если Ревик застанет тебя здесь…
— Я не боюсь твоего проклятого мужа! — рявкнул он, дыша тяжелее. — И тебя я тоже не боюсь, Высокочтимый Мост. Если ты хочешь сломать мне шею, потому что это упростит твою чёртову жизнь, тогда сделай это.
На мгновение я лишь смотрела на него, кусая губу.
Затем я показала жест одной рукой, позволив ей упасть на тонкий матрас.
— Чего ты хочешь, Джем? — спросила я. — Что ты хочешь от меня услышать?
— Это мой ребёнок? — прорычал он, показывая на мой живот. — Ты носишь моего бл*дского ребёнка? Почему бы не начать с этого, Элли?
Я почувствовала, как вся кровь отлила от моего лица.
Я просто посчитала, что кто-нибудь ему скажет. Я полагала, что он уже знает правду в этом вопросе. Осознав, что он не в курсе, и никто не говорил с ним на эту тему или на любую другую, я ощутила почти парализующее чувство вины.
— Да… вот именно, — сказал он, явно ощутив часть моей реакции. — Бл*дь, ты вообще собиралась мне сказать, Элли? Ну то есть, вполне очевидно, с кем ты хочешь воспитывать этого ребёнка. Но могу я хотя бы узнать, мой он или нет?
— Нет, — я покачала головой. — Нет. Он не от тебя.
— Откуда ты это знаешь, бл*дь?
Мои челюсти сжались.
— Потому что я была беременна до этого, Джем. Мы недостаточно долго спали друг с другом. Не то чтобы нам нужно было долго спать друг с другом, чтобы я забеременела. Честно говоря, я просто не думаю, что мы достаточно долго спали друг с другом.
— То есть, он от него? От Ревика?
Поколебавшись, я снова покачала головой, на сей раз медленнее.
— Нет. Ну, я точно не знаю. Но я так не думаю.
Воцарилось молчание. Теперь я почти чувствовала его.
Я чувствовала, что он думает, осознает мои слова.
Его свет среагировал на понимание, что, по моему мнению, Дракон оплодотворил меня, и что ни он, ни Ревик не были отцами. Его свет искрил шепотками горя и злости вокруг моего aleimi, и я вздрогнула, ощутив это.
Это не походило на прежние времена, когда я опиралась на него для компенсации слепоты, до возвращения к Ревику. Даже так я определённо почувствовала от него больше, чем когда впервые обнаружила его в своей палатке.