Перед рассветом (СИ)

— Н-ну… — Мишель открыл брошюру, заглянул в оглавление. — А! Сборник ритуальных заклинаний — вот что это такое.
— Ритуальных? — переспросил я.
— Ну да. Всяких там старинных, обрядовых. Упокаивающих нежить, например, или наоборот — призывающих духов. Вся эта ересь, разумеется, в цивилизованном обществе давно не в ходу. Составителя сборника эти заклинания интересовали, вероятнее всего, с научной точки зрения. Есть люди, собирающие фольклор — старинные песни, сказки. А здесь — то же самое, только заклинания, совершенно безобидная штука. Даже странно, что сборник изъяли из библиотеки.
Я покачал головой. Проворчал:
— Странно, что его оставили тут, а не сожгли на костре.
— На костре? — изумился Мишель.
— Оттого, что героин запретили к использованию, способ его приготовления не изменился. Вот, полюбуйся. — Я провёл пальцем по оглавлению. — «Наложение порчи». «Родовые проклятия — классификация, виды». «Заклинание призыва усопших»… Красота, да и только!
  
Глава 4
 
— Ну, Костя, — снисходительно начал было Мишель, — это ведь просто… — и осекся.
— Что замолчал? Дошло? — хмыкнул я.
— Не может быть! Неужели Жорж пытался освоить эти заклинания?
— Нет, ну что ты. Ему просто нечего было почитать перед сном.
— Но это же очень опасно! Он мог погибнуть!
— А лупить по мне со всей дури магией — не опасно? А вызывать меня на дуэль?
— Н-да, действительно, — пробормотал Мишель. — Жорж в последнее время был какой-то странный. Но, тем не менее! Взгляни на эти заклинания — они очень сложные! — Мишель принялся листать брошюру. — Здесь, конечно, напрямую не указано, какой магический уровень необходим, но догадаться можно. Вот, например: «Для проведения ритуала потребно поднять с погоста особу женского полу, молодого возраста, при жизни не познавшую мужчины».
— Да уж, задачка, — согласился я. — Покойницу ведь не спросишь, как там у неё обстояло с мужчинами. Поднимешь — а окажется, что всё уже познано. И что делать? Обратно закапывать?
Мишель поморщился:
— Ох уж эти твои шуточки! Я говорю о том, что одно только поднятие усопшего — это Запретная магия! Предполагающая очень высокий уровень, думаю, что не ниже двенадцатого. И все остальные заклятия, о которых здесь рассказывается, не менее сложны. Ни у кого из наших курсантов такого уровня магии просто нет — потому сборник и не уничтожили. На мой взгляд, ничего опасного эта брошюрка из себя не представляет. Ни Жорж, ни кто-либо другой просто не смог бы воспользоваться ни одним заклятием.
— Тем не менее, Тайная канцелярия сей труд из библиотеки изъяла, — напомнил я.
Мишель пожал плечами:
— Канцелярские — известные параноики. Им только дай что-нибудь запретить.
— Угу, — задумчиво проговорил я. — Только дай… — и по узкому проходу между стопками книг пробрался к полкам.
Полки были забиты так тесно, что корешки книг составляли как будто одно целое, единую вертикальную поверхность. Эта поверхность здорово запылилась. И я, присмотревшись, разглядел нарисованные на ней ритуальные знаки. Круги, звёзды, треугольники и прочую дрянь. Кто-то чертил пальцем по пыльным корешкам так же, как мог бы рисовать на полу или стене.
— Не смог бы воспользоваться, говоришь? — переспросил у Мишеля я. — Ну-ну.
Вздохнул. Мишелю, пожалуй, завидовал. Он мог себе позволить заблуждаться и наивно думать, что у Жоржа ничего не получится — из-за недостаточного магического уровня. А я-то твёрдо знал, что магией Жорж переполнен по самое не могу! И судя по тому, что мы сейчас видели, явно пытался провести какой-то ритуал.
Что за ритуал? Получилось у Жоржа или нет? Чёрт его знает. Знаки, выписанные на пыльной поверхности, мне ни о чём не говорили. Но что-то подсказывало — уложив Жоржа в погреб к Мурашихе, я поступил правильно. Вряд ли он промышлял тут чем-то, полезным для здоровья Константина Барятинского.
— Ладно, — решил я, — уходим. Больше здесь делать нечего. А это — заберу с собой. — Я сунул брошюру за пазуху. — На свежую голову посмотрю, поищу знаки, которые рисовал Жорж — глядишь, соображу, что он тут исполнял по ночам… Ты готов?
 
Мишель с облегчением кивнул. Он, конечно, крепился изо всех сил, но заметно было, что не терпится отсюда убраться. Всё-таки в злостных нарушителях дисциплины никогда не ходил — не чета мне, грешному. Опасался нарваться на дежурного преподавателя.
— Поехали, — скомандовал я.
Прошёл сквозь стену и оказался перед дверью в хранилище, с внешней стороны. В ту же секунду китель на мне заискрился. Я выдернул из-под него брошюру и увидел, что она окутана магическими искрами.
— Что за чёрт⁈ — я недоуменно смотрел на книжицу. Магическое сияние вокруг неё разгоралось всё ярче.
Мишель ахнул.
— Верни брошюру на место, скорее! Её, видимо, нельзя выносить из хранилища. На всём, что там лежит — охранное заклинание!
Я выругался и метнулся сквозь стену обратно. Положил брошюру в ту же стопку, из которой взял, и снова выбрался в помещение библиотеки. Мы с Мишелем вернули на место отодвинутый стеллаж. Бросились к выходу.
Поздно: в коридоре загорелся свет. А в конце коридора показалась фигура дежурного преподавателя.
Мишель рядом со мной охнул.
— Бежим! — скомандовал я.
Мы рванули обратно. Я захлопнул дверь. Кивком показал Мишелю на ближайший шкаф. Тот не стал переспрашивать — молча бросился к нему.
Вдвоем мы подтащили тяжёлый шкаф к двери. Теперь открыть её быстро не получится. Дежурному придётся применять магию.
— Сюда, — приказал я.
Бросился к окну. Распахнул и вскочил на подоконник. Второй этаж… Ну, хоть в чём-то повезло.
Я спрыгнул с подоконника вниз. Обернулся на Мишеля. Он замешкался, с опаской глядя вниз.
— Прыгай, — сказал я. — Тут невысоко!
Мишель вздохнул, зажмурился и прыгнул.
И в ту же секунду взвыл.
— Что⁈ — я бросился к нему. — Ногу подвернул?
— Нет. Но тут колючки. И крапива. Кажется…
— Так смотреть надо, куда прыгаешь! Ты прямо в розы сиганул.
— Шиповник.
— Что?
— Это не розы, а шиповник.
— Да хоть кактусы! — взбеленился я. — Вылезай уже! Кого ты там — преподавателя ждёшь⁈ — протянул Мишелю руку.
Он ухватился за мою ладонь и выбрался из кустов.
Мы бросились бежать к учебному корпусу. Через минуту в библиотеке загорелся свет.
— Он поймёт, что мы выбрались в окно! — пискнул Мишель. — Он нас увидит!
— Да и чёрт с ним, — на бегу отозвался я. — Издали, со спины — не разглядит, кто.
— Господа, немедленно остановитесь! — раздался нам вслед густой бас.
Войцеховский. Тучный, одышливый преподаватель физики. Прыгать в окно и догонять нас уж точно не станет.
— Угу. Вот прямо сейчас всё бросим и остановимся, — буркнул я. — Ты чего? — заметил, что Мишель припадает на ногу.
— Колено расшиб, — Мишель кусал губы. — Но ничего, потерплю.
Брючина у Мишеля была порвана. В темноте не видно, но коленку он, похоже, рассадил здорово.
С моего плеча вдруг сорвался Джонатан. В несколько взмахов могучих крыльев оказался далеко впереди нас и исчез в жилом корпусе.
— Быстрее, — приказал Мишелю я. — Нам надо оказаться в комнатах раньше, чем Войцеховский позвонит наставникам и прикажет ловить нарушителей дисциплины.
Мы добежали до чёрного хода жилого корпуса. Окно на третьем этаже вдруг распахнулось.
— Костя? — ахнула Полли. — Мишель? — она, в ночной рубашке, высунулась из окна. — Что вы здесь делаете⁈ Костя, твой фамильяр каким-то непостижимым образом оказался…
— Да знаю я, что он сквозь стёкла летать умеет, — оборвал я. — Мишель разбил колено. Через час постарайтесь оба выбраться на чёрную лестницу. Ссадину надо залечить, иначе завтра утром на построении Мишеля точно спалят.
— Я могу прямо сейчас… — начала была Полли.
— Нет. Прямо сейчас они будут проверять комнаты. Нужно дождаться, пока всё утихнет. Ты поняла?
— Да. А что…
— Всё, Полли! Через час, — и я потащил Мишеля в корпус.