Перед рассветом (СИ)
Император улыбнулся:
— Не стоит беспокойства. Бегите же! Мы ведь, собственно, уже закончили. Амулет, обуздывающий Тьму, будет готов через пять дней.
Я поспешно откланялся.
В лабиринте дворцовых коридоров за прошедший год научился ориентироваться и к малой парадной лестнице побежал уверенно. Джонатан летел за мной. Встречные придворные и прислуга провожали нас изумленными взглядами. Я старательно делал вид, что нестись по императорскому дворцу на третьей космической скорости в сопровождении чайки — обычное дело.
Благо, остановить нас никто не пытался. Из дворца мы выскочили беспрепятственно. Джонатан обогнал меня и устремился к корпусам академии.
— Что там ещё за пожар? — спросил на бегу я. — Только не говори, что снова Тьма прорвалась! Уж это я бы и без тебя почувствовал.
Джонатан не ответил. Молча махал крыльями.
— Да что стряслось-то, блин? Юсупов, что ли, опять фестивалит?
Джонатан молчал.
— Со Светой что-нибудь?
— Государю императору — ура!
Ну, наконец-то. Хотя после получения такого ответа легче мне не стало. Я прибавил скорости.
В голове крутились варианты, что могло произойти в моё отсутствие. Самое страшное — до Светы добрался Страж. Каким образом, в данный момент неважно. Однако немного успокаивало то, что никаких признаков переполоха на территории академии заметно не было. По крайней мере, пока. Корпуса стояли погруженными в темноту и молчание, как положено после отбоя. Хотя появление на территории академии магии такого уровня, какой принёс бы с собой Страж, незамеченным остаться не могло. Наставники и дежурный преподаватель просто обязаны были всполошиться.
А значит, остается самое очевидное — мы таки спалились. Кто-то чрезмерно бдительный напоролся на Свету…
Я представил себе грядущую беседу с Калиновским. Почувствовал, как перекосило лицо, и ещё больше прибавил ходу.
— Где она⁈
Джонатан в ответ проорал по-чаячьи. И уверенно свернул, всем своим видом показывая, что мне нужно следовать за ним.
Глава 18
Когда я понял, куда летит Джонатан, схватился за голову. Он направлялся к чёрному ходу учебного корпуса. К тому крылу, где находилась столовая. Я знал, что через чёрный ход сюда доставляют продукты. Работники столовой, очевидно, пользовались этим же ходом.
Долетев до двери, Джонатан пронзил её насквозь и скрылся.
— Ай, молодец! — глядя на увесистый навесной замок, похвалил я. — А мне что прикажешь делать?
Я покривил душой: со складным ножом, снабженным разного рода интересными приспособлениями, с некоторых пор не расставался. Нож сработал для меня один из умельцев Федота. Получив описание заказа, посмотрел с уважением. И работу сдал в лучшем виде — приспособления отвечали всем моим требованиям.
На то, чтобы открыть замок, ушла едва ли минута.
— Ловкость рук — и никакой магии, — прошептал я, открывая дверь.
Из тёмного, тесного коридора мне навстречу хлынули тепло и непередаваемо вкусные запахи.
Так… Кажется, я понимаю, почему здесь оказался.
— Государю императору — ура! — позвал откуда-то Джонатан.
Я, мимо дверей в подсобные помещения, пошёл на звук. Коридор закончился громадной кухней.
Я увидел гигантских размеров русскую печь. Жаровни — над каждой из которых можно было подвесить быка. Снова печь, но уже другую — круглую. Дровяную плиту с десятком конфорок. Сверкающие раструбы вытяжек. Длиннющие столы. Полки, полки, полки. Кастрюли, сковородки, разделочные доски.
Миски и плошки, калибром от блюдечка до корыта, выстроились на столах в идеальном порядке. Вдоль стен, на бронзовых крючках, разместились половники, лопатки, длиннющие двузубые вилки и чёрт знает, что ещё.
Отдельно, в специальных деревянных подставках, стояли сверкающие ножи. Кажется, я знаю, куда подамся, если мои Воины Света вдруг останутся без холодного оружия… Тесаками, топориками для мяса, прямыми и кривыми ножами можно было вооружить небольшую армию. В том, что содержатся ножи в том же идеальном порядке, что и всё вокруг, я почему-то не сомневался.
Пробормотал:
— Надо бы узнать, кто здесь командует. Маг, не маг — на службу возьму не глядя! Такие управленцы нам нужны.
Со стороны разделочных столов послышался стон. Слабый девичий голос позвал:
— Костя…
— Государь император, — буркнул я.
Подошёл. Света лежала на полу, схватившись за живот. Я присел рядом на корточки.
— Неужели нельзя было подождать, пока я вернусь? Сказала бы, что опять проголодалась — я бы тебя в город отвёз. Как ты сюда попала, вообще?
— Я разволновалась, — пискнула Света. — А оказалось, что когда я волнуюсь, испытываю голод сильнее, чем когда не волнуюсь.
— Слыхал о таком, — кивнул я. — В моём мире у офисных работников это называлось «заедать стресс». Заканчивалось, как правило, ожирением.
— А тебя долго не было, — обиженно продолжила Света. — И я решила поискать еду самостоятельно. Но я была очень осторожна!
— А где ты пряталась-то?
— Джонатан отвёл меня туда, — Света неопределенно повела рукой.
— Куда?
— Ну, мы с ним шли по той же лестнице, по которой меня вёл ты. Кстати, я уже гораздо лучше хожу по ступеням! Мы долго-долго шли вверх, и оказались в огромном помещении, где никто не живёт.
— Чердак? — я повернулся к Джонатану.
Тот утвердительно гаркнул.
— Но там же заперто?
— Я прошла сквозь дверцу, — просто сказала Света. — Там, где мы оказались, было хорошо и тихо. Но потом мне стало скучно. И я волновалась за тебя. И захотела есть.
— А как ты нашла столовую?
Тут Света даже немного удивилась.
— Джонатан подсказал…
— Государю императору — ура! — подтвердил Джонатан. Он увлеченно склевывал что-то с пола.
— Джонатану было приказано тебя охранять, а не шарахаться с тобой по всей академии!
— Ну… Я его очень попросила.
— Мо-лод-цы, — только и сказал я. — Ладно, об этом после. С тобой-то что? Почему на полу лежишь?
Света по-детски шмыгнула носом.
— Живот болит. Даже разогнуться не могу.
— Объелась, что ли?
— Наверное…
— Сегодня днём в Чёрном городе ты слупила примерно тонну пирогов, — напомнил я. — И прекрасно себя чувствовала. Внимание, вопрос: чего нужно было нажраться в столовой Императорской академии такому существу, как ты, для того, чтобы так скрутило?
Света потупилась.
— Я не знаю, что это было. Но оно было таким безумно вкусным…
— Конкретнее, — потребовал я.
Света пожала плечами.
— Ну… Вкусное…
— А хоть что-то от этого вкусного осталось?
Света протянула руку. Я посмотрел туда, куда она показывала, и увидел огромную кастрюлю. Та, опрокинутая, лежала на полу.
Я подошёл. Перевернул кастрюлю. Тронул пальцем остатки вязкой, липкой массы на дне и присвистнул.
— У-у, подруга. Как ты вообще жива-то до сих пор?
В кастрюле, судя по всему, находилось тесто. Когда-то. До того, как его обнаружила Света.
В посудине такого размера, навскидку, можно было бы сварить похлебку примерно на роту. А теста осталось — на самом донышке.
Хотя, справедливости ради, пахло из кастрюли действительно волшебно. В столовой по утрам так пахли сдобные булочки с изюмом и корицей… Похоже, именно их зародыш Света и уничтожила.
Кухарка, должно быть, тесто для булочек замешивает с вечера. А ранним утром приходит и начинает печь. Сегодня курсанты, похоже, останутся без сдобы.
— Сильно живот болит? — спросил у Светы я.
— Угу, — простонала она. — Что мне делать, Костя?
— Никогда больше не жрать сырое тесто, — проворчал я. — Но это — на будущее. А сейчас… Была бы ты человеком — сходил бы в клинику, попросил бы слабительное. А так — наверное, просто ждать, пока пройдёт. Метаболизм у тебя мощный, так что, думаю, постепенно само отпустит.
— Мета… что? — переспросила Света.
— Перевариваешь ты хорошо, — объяснил я. — Всё, до чего дотянешься… Ладно, отдыхай. Оклемаешься — возвращайся на чердак.