Бастард рода Неллеров. Книга 3 (СИ)

— Не сильно устал? — интересуется и поясняет: — Время лучше не терять и начать размыв дороги прямо сейчас. К утру закончим, тогда и поспим немного. А больше нам тут делать будет нечего. Андре и без нас справится с остальным. Ты как?
Оборачиваюсь в сторону Лисичек. Конечно, самой деревни, уже оставленной нашими обозами, не вижу, она далеко, да и скрыта лесом. Зато могу наблюдать, как войско приводит себя в порядок после быстрого марша.
Тыловые службы, отправившись к Готлину, оставили достаточное количество фуража, продовольствия и две полевые кузни. Даже часть лазарета, смотрю, не убыла. С командующим о чём-то разговаривает, размахивая руками будто та мельница миледи Наталья Ворская.
Позади неё два моих бывших помощника-хирурга. Кстати, от них я узнал, что те выпускники лекарского факультета университета, у кого нет денег на покупку практики, могут получить её бесплатно, отслужив пятнадцать лет в армейских лазаретах, получая приличную зарплату, больше, чем у унтер-офицерского состава. Правда, места потом таким отставникам, как правило, достаются в глуши, но хоть на хлеб с маслом всегда будет хватать.
— Я не устал. — спать действительно не хочу. — Только у меня есть идея.
— Как? Опять? — маркиза мотнула головой без насмешки. Не раз уже высказывал дельные мысли.
— Не опять, а снова. — поднимаю взгляд на верхушку стоящей на отшибе от собратьев высокой сосны. — Мне бы как-нибудь на это дерево повыше взобраться. Помогут, как думаешь?
— Зачем? Ты что у меня, рысёнок?
Пока мы ехали по болотам, и я смотрел на чавкающую под копытами моей кобылы дорожную грязь — садиться на боевого коня мне всё ещё рано, не джигит — вдруг вспомнил состояние тракта после моего заклинания разлома, когда я похоронил под толстым слоем земли отряд северян. Там же от дороги одни ямы и кучи грунта остались.
Вот я и подумал, а что если нам не просто затопить путь через болото, а перед этим его и разрушить? Пусть помимо воды и грязи перед виргийцами лягут ухабы и вывороченные кучи. Как по мне, так будет намного интересней.
Делюсь своими размышлениями с полковником Неллерской и стоящими рядом с нами милордами Карлом Монским, Игорем Хромом, лейтенантом Леонардом и дядюшкой Ригером.
Агния умеет всё схватывать на лету, мою идею быстро поняла, проанализировала и одобрила.
— Не пойму только, на дерево-то ты зачем собрался? — похлопала она меня пару раз по плечу.
— Так разрыв — заклинание, работающее только в прямой видимости. — напоминаю то, что она должна знать с прошлого раза. — Отсюда мне болотные заросли мешают. Невысокие, но от этого же не легче?
— Не легче. Только ты что думал, мы лишь конечный участок дороги затапливать будем? Нет, нам, если ты готов, надо будет вернуться к началу болота. В общем, забирайся опять в седло и поехали.
Здорово. А какого тогда чёрта мы сюда припёрлись? Сразу что ли нельзя было ехать и оставлять после себя от гати месиво из воды и грязи? Наверное, нн думала, что отряд заслона так быстро вернётся, думала переночевать, а уж с утра выехать на работу.
Понятное дело, попрекать маркизу в непродуманности её решения не стал, тем более, когда рядом много ушей. Да, это всё люди близкие, но не из нашего рода.
Работу мы завершили, когда солнце взошло над макушками деревьев, и всё сделали на совесть. Сам не ожидал, что так качественно получится разломать путь через топи. Вот уж правда, ломать — не строить.
Не только повозки, не пройдут даже люди и кони. Да, у врага есть маги, способные осушать, как это когда-то сделала полковник Неллерская, выводя из полу окружения вверенные её магии войска, вот только, Агния шла с солдатами прочь от противника, а виргийцам надо наступать на него. Это две большие разницы, как говорится.
У виконта Дитонского достаточно боевых магов, чтобы они создавали своим, так сказать, визави большие проблемы при попытке исправить то, что мы с Агнией и Игорем наворотили. Даже милорд Карл немного поучаствовал. Водная стихия не его конёк, всего один оттенок синего, но пару ложек воды в наш с сестрицей океан добавил. Больше для того, чтобы не маяться без дела.
 
— Не надо шатра. — отмахиваюсь от Ригера и падаю на набитый для меня травой кем-то из гвардейцев тюфяк, толстый, мягкий, как перина почти. Любят аббата Степа, заботятся. Начало проявляться даже в таких мелочах. — Спасибо, Ник. — благодарю друга детства, принявшегося стягивать с меня сапоги, и отключаюсь.
Вымотался конкретно. Магия реально съедает и массу физических сил, не говоря уж про моральную усталость.
Проснувшись, не сразу понял, что происходит. Во-первых, я оказался всё же в шатре — неужели не почувствовал, как меня тащили? — а, во-вторых, кто-то где-то очень далеко барабанил.
Немного придя в себя сообразил: никто меня не кантовал, как тот неприподъёмный сейф, что обязаны выносить при пожаре в первую очередь, но, естественно, никто и не подумал бы это сделать, себя бы спасти, нет, всё проще, шатёр разбили надо мной и моим лежаком. Черти, а вот штаны стянули, оставив в исподнем. И как я не почувствовал?
Барабанная же дробь оказалась лёгким дождиком, прекратившимся к тому времени, когда я вышел наружу.
Вот что, оказывается, меня разбудило — запах жаркого. Что там на вертеле? Косуля? Тоже нн успела убраться с пути нашего воинства, как и то кабанье семейство.
Звери здесь непуганые, если с нашими земными сравнивать. Лесов много больше, людей на порядки меньше. И оружие для охоты — не нарезные карабины.
— Степ. — в кои-то веки маркиза встала раньше меня. — Ты вовремя. Лейла проводит тебя к ручью, поможет, и давай быстрее, через пару часов уже полдень, мы возвращаемся в Готлин.
Так-то Агния любит с утра поспать подольше. Мои подозрения, что причиной тому не только принадлежность её к совам, а и шашни с моим вассалом, из подозрений переросли в уверенность.
Бедный счастливый Карл, уверен, ты понимаешь, что у ваших отношений нет будущего. Мезальянсы здесь возможны лишь в одну сторону, когда мужчина более высокого положения связывает себя узами брака с женщиной из сословия ниже, редко, но случается, а вот примеров обратного не бывает.
Ладно, дружище, наслаждайся мигом между прошлым и будущим. Рад за тебя. А когда прекрасная маркиза разобьёт тебе сердце, тогда и подумаем, что нам делать. Нам? Ну, да, я же сюзерен, а мы в ответе, и всё такое, да.
Совмещённый с обедом завтрак надолго не затягивается. Один из солдат обрезает с туши куски мяса по мере их прожарки, а маркизины девушки их подают к скатерти. К нам присоединился за компанию будущий зять и передаёт Агнии на словах то, что не уместилось в увозимом ею докладе генералу Петру Лейнскому.
— Я всё ему объясню. — пообещала полковник Неллерская. — Только ты здесь долго не задерживайся. Со своей задачей давно справился. Обозы твои ушли, долго ли лошади на оставленном фураже смогут держаться? А люди?
— Всё нормально, маркиза. — уверенно ответил виконт. — И лошади, и люди продержатся столько, сколько нужно. На удивление, ни одного дезертира не было. Солдаты, сама поди заметила, в боевом настроении. Тут надо Степу спасибо сказать. Спасибо, Степ. Я без иронии.
— Да не за что. — скромничаю. — Всё, что могу.
— А может он у нас многое. — улыбнулась сестра. — Нам пора, Андре. Встретимся в Готлине.
Прав был старина Эйнштейн, придумав свою теорию относительности. Обратный маршрут по длине был такой же, как и до Лисичек, однако, времени на путешествие потратили меньше. Лошадки веселее что ли несли нас?
На перекрёстке тракта и дороги в мою обитель встретили нашего монастырского винодела брата Иннокентия и сопровождавших его трёх незнакомых мне наёмников. Тот возвращался из Готлина с двумя управлявшимися нашими крепостными крестьянами повозками, нагруженных железными крицами. Отвёз подьячему Виктору вино — единственный продукт, который я разрешил в эти неспокойные времена продавать — и забрал заказанное нашими кузнецами.
Несмотря на свои внушительные габариты и возраст хорошо за пятьдесят, он весьма живо спрыгнул с телеги и просеменил ко мне и моим спутникам.