Бастард рода Неллеров. Книга 3 (СИ)

Полуденное солнце напекает затылок, и разворачивая коня, с седла которого смотрел, как грузятся на подводы бабы и детишки деревни Гутово — мужики сейчас все на виноградники, да и часть крестьянок, те, что посноровистей тоже там — надеваю на голову шапочку а-ля ермолка. Не хочу теплового удара получить. Осень, а жара почти как летом.
Со мной сейчас дядюшка Ригер и десяток бравых гвардейцев. Вот кому не позавидуешь, в кольчугах и латных доспехах им сейчас не сахар. Это я красавчик в лёгкой одежде. Как ни убеждал меня старший сержант надеть бронь, ничего у него не вышло. По тем сведениям, что к нам поступают, враг ещё далеко — милях в восьмидесяти — и движется очень медленно, спасибо королевской кавалерии и недавно примкнувшим к ней отрядам феодалов Дитонского графства под общим командованием молодого — всего-то девятнадцатый год идёт — но оказавшегося весьма толковым, виконта Андре, жениха моей замечательной кузины Юлианы.
Да, здесь часто при назначении командиров воинский опыт и заслуги уступают знатности. Не всегда, конечно, однако, большей частью так и есть. Средневековье, куда тут денешься.
— Куда вы со своими курами лезете? — кричит староста, руководивший погрузкой обоза, на худеньких мальчишку и девчонку, с трудом несущих клетку, где недовольно кудахчут несколько наседок. — Идите к последним телегам и поживее, пока я вас хворостиной не поторопил.
В несколько повозок впряжены крестьянские клячи, а в основном монастырские волы. Для присмотра за собственностью обители в пути и в гостях у Наказующих с обозами отправляются монахи, по одному, а со вчерашним и двое. Понятно, на это дело управляющий Георг определил самых древних братьев, из тех, от кого в обороне монастыря не будет никакого толка.
Для защиты наших караванов пришлось раскошелиться на наёмников. Нет, я виргийцев не просто убью. Задушу каждого своими руками. Ведь только-только продумал и начал осуществлять обогащение Готлинского монастыря, а тут на тебе. Так всё хорошо начиналось: вызываем! Вас! В Москву! И чем закончилось? На конкурс художественной самодеятельности, тьфу. Волга-Волга, пусть и старенький, а замечательный фильм. Эх, сейчас бы посмотреть ещё разок хоть одним глазком, да всё, отглядел я своё.
— Степ, ваше преподобие. — подъехал ко мне старший сержант. — Время.
Да-да, я как тот большой начальник в моём прошлом мире, могу позволить себе увлечься текущими делами или погрузиться в размышления, и кто-то должен следить за таймингом, напоминая о других моих планах.
Помню, как за прилетавшими к нам на полигон министром обороны или командующим округом обязательно следовал неприметный полковник из оперативного управления, который всегда посматривал на часы и в нужный момент мог буквально силой утащить за собой высокого начальника, даже не давая ему возможности доругать или договорить.
Вот и я себе организовал подобный порядок, иначе реально ни на что времени не хватит. Правда, эту обязанность я возложил на милорда Карла, но тот сейчас пребывает с моими рекрутами, тренирует их действиям по защите стен.
— Да, пора. — соглашаюсь. — Спасибо, дядя.
Остальные гвардейцы от нас в паре десятков шагов, так что, называю опекуна как раньше. Мне это ничего не стоит, а омолодившемуся благодаря мне старому вояке очень приятно. Вижу, как он прям тает. И куда только суровость его исчезает в этот момент?
Мне надо в Готлин, посмотреть, как там у подьячего идут дела, и определиться с братом Арнольдом, уже почти сиротой, хотя про это он ещё не догадывается. Никто не догадывается. Знают двое — я и моя прекрасная сестра Агния. Может лейтенант сыска Николас Арден что-то подозревает? Как-то странно посматривал в мою сторону. Ерунда, пусть не фантазирует, а реальным делом занимается. Я его с Виктором на подворье услал разбираться с мутными схемами Леопольда, наказывать невиновных и поощрять непричастных.
Кроме монастырских дел, чего уж себе-то врать, просто хочу вырваться в город. Надоели пять стен обители до тошноты. Первое моё посещение столицы графства прошло скомкано — чтоб тем смутьянам ни дна, ни покрышки — так может в этот раз получится немного развлечься. А ещё любопытство гонит воочию посмотреть на собирающееся у города средневековое воинство. Чтобы не в кино увидеть или в в своём воображении по рассказам Ригера и брата Макса, а своими глазами. Заодно оценю наши шансы на победу над коварным врагом.
 
Агния там меня сегодня к вечеру ждёт, я ей весточку накануне послал.
Возвращаемся другим путём, не тем, что приехали в Гутово. Надо всё увидеть своими глазами, а оливковых рощ я ещё не оценивал. В отличие от винограда или фруктов, которые, что в натуральном виде, что в переработанном, идут большей частью на продажу, оливки мы выращиваем лишь для собственных нужд. Здесь почва немного для них не подходящая, хотя совсем рядом, в баронстве Корманс, том, что вассально подчинено напрямую герцогине Неллерской минуя графа Готлинского, эти деревья наоборот приносят основной доход. Природа-мать она такая, непредсказуемая.
Просто, узнал сколько времени и сил убивается моими работниками на уход за оливками. У местных, привыкших к натуральному хозяйству, есть неизбывная тяга по максимуму обеспечивать себя всем своим, а я вот думаю, может вырубить эту обузу ко всем чертям, засадить хоть тем же виноградом, маслины же покупать у соседа, так будет выгодней. Война? Войны заканчиваются, жизнь вечна.
Через милю, сделав крюк сквозь тенистую дубраву — моим воякам в их доспехах немного полегчало — выехали к оливковым посадкам. Первый раз здесь. Что сказать? Наши деревца действительно жиже баронских, даже на мой неискушённый взгляд. Да, решено, идею с заменой этих насаждений на фруктовые сады стану просчитывать уже в ближайшее время. Не лично, есть у меня кому.
Вообще, одно из главных достоинств любого руководителя — это умение передоверять исполнение своих обязанностей подчинённым и не лезть исполнять их работу. Ну, когда есть такая возможность.
Сразу за рощами, росшими по обе стороны от дороги на холмах, вижу обнесённые высоким тыном строения — рабские бараки и административные здания. Невольников уже пригнали на обед — тут их кормят горячими блюдами, весьма щадящие условия рабства — и они сидели на лавках за длинными, сколоченными из древесных материалов столами.
Дальше виднеется ветряная мельница, такая же как в фильме про Дон Кихота. Она работает, ведь мука нам нужна, хотя, знаю, семью свою мельник уже перевёз в обитель, а сам с работниками остался. Приготовлен фургон-длинномер. Как только вблизи появится неприятель, так механизмы мельницы снимут, погрузят и спрячут от врага за стенами. Кстати, механизмы, по словам брата Георга, здесь из железа. Оно дороже бронзы, но надёжней.
У нас есть ещё одна мельница, водяная, расположенная на самой границе моих владений у реки Стремянка, как раз в той стороне, откуда ожидается появление войска виргийцев, так что, там уже работы по помолу прекратили и начали эвакуироваться. Одно разорение.
— Скажите, чтобы возвращался. — оборачиваюсь к гвардейцам, попарно едущими за мной, сам я двигаюсь рядом с опекуном. — А то добегается до того, что удар хватит. — имею в виду старшего надзирателя, грузного пожилого мужчину с плетью в руке, устремившегося от строений ко мне с докладом. — Вон, морда уже цвета вишни.
Солдаты рассмеялись, а ехавший замыкающим Николас притормозил и прокричал надзирателю моё распоряжение.
К мельнице тоже сворачивать не стали. Зачем людей от работы отвлекать? Да и есть хочется жуть как, проголодался на свежем-то воздухе, нагулял аппетит, а молодой организм изнурять диетой не следует. Пусть рахит мне не грозит, но издеваться над собой тоже не вижу смысла.
Ускоряемся и через четверть часа въезжаем под арку ворот обители.
Меня дожидаются на обед все мои помощники, включая преднастоятеля. Планирую отсутствовать дней пять, поэтому, есть, что обсудить и какие задачи поставить. Ещё хочу до отъезда, потратить немного времени и омолодить лейтенанта Макса, а то не очень хорошо получается, наставник выкладывается ради меня полностью, а я по сути ничем добрым ему не отплатил до сих пор.