Танкист-4 (СИ)
— Ваши? — скорее для порядка поинтересовался Павел и подхватил два объёмных чемодана.
На привокзальной площади их ожидал автомобиль ВАЗ-30. Заматерел младший брат, уже своё авто. Впрочем, чему тут удивляться, если по окончании сельхозинститута и службы в армии в свои двадцать три, он уже является полноправным хозяином обширной теплицы, сотни гектар пахотной земли и молочно товарной фермы. Оно конечно, не без помощи Виктора, но ведь не промотал выделенные ему деньги, а вложился в дело и трудится не покладая рук.
По дороге сначала заехали к родителям Татьяны. Правда пробыли там недолго, только и того, что обменялись приветствиями и условились, что те приедут на ужин в усадьбу Нестеровых.
— Ого, грейдер, — удивился Виктор, когда они выехали за город.
— Батя сказал, что молиться на капиталы последнее дело, и коль скоро есть деньги, так отчего не проложить к дому нормальную дорогу. Этим летом не получится, но следующим думаем положить асфальт, чтобы не глотать пыль, — пояснил Павел.
Ну, насчёт глотать пыль это брат загнул. Машина конечно предыдущей модели, но в отличном состоянии, все уплотнители в полном порядке, так что пыли в салоне не больше, чем при езде по асфальту. Хотя конечно сзади тянется шлейф, уж больно быстро они ехали. Ну и изрядный её слой осядет на машине, это факт.
От прежнего дома не осталось и следа. Его попросту снесли, поставив на прежнем месте двухэтажную каменную усадьбу с колоннадой и фронтоном в дореволюционном стиле. Всё большое семейство проживает вместе. Даже Павел, несмотря на то, что стал самостоятельным землевладельцем и работодателем для нескольких десятков человек.
Семейство встречало родных высыпав на широкое крыльцо. Батя скромно отошёл в сторону, по обыкновению попыхивая папиросой. Татьяна направилась было сразу к нему, но тот отрицательно покачал головой, и легонько так кивнул в сторону супруги, у которой глаза были на мокром месте.
— Ну как, сынок, отвоевался? — когда с приветствиями было покончено, и они уединились в беседке в молодом саду, поинтересовался отец.
— Демобилизовали вчистую, — хмыкнул Виктор.
— Закуришь? — протянул он Виктору пачку папирос.
К слову, марочный табак, духовитый, но Нестеров младший лишь отрицательно покачал головой. Когда-то, ещё в училище он решил для себя, что если и закурит, то только дорогие папиросы и никак иначе. Однако, денег у него сейчас более чем достаточно, но...
— Не, батя. Я так и не закурил.
— И как ты на службе без курева? — покачал головой Нестеров старший.
— Да как-то обошёлся.
— Японочки то как? Хороши? — сменил тему отец.
— Вообще-то, я там воевал, а не шашни крутил.
— Одно другому не помеха.
— Я от Тани не устал, чтобы кого не лень в постель тащить.
— Вот и молодец. Дурное дело не хитрое, а ты поди потом склей разбитые черепки. Дальше-то, что собираешься делать? Поди такие объёмы поставок мяса и пеммикана уже никому не нужны. Я ещё в прошлом году лишился госзакупок.
— Мне удалось сохранить производство. Спасибо Григорьеву.
— А он-то тут каким боком?
— Предложил создать свою небольшую частную военную компанию. Ну и поспособствовал по своей линии. Войны и конфликты никуда не денутся, а наше правительство уже поднаторело действовать опосредованно. Ну, это как бы со стороны, — видя, что незнакомое слово поставило батю в тупик, пояснил Виктор.
— Ага. Ну, это понятно. Знать не сидится тебе на месте.
— Закисну, я батя.
— А Таня что же, опять за тобой? Это не семья получается, а чёрт знает что.
Супруга, после его отбытия из Китая осталась при ЧВК «Витязь», где прослужила до конца войны, окончив её в звании капитана и должности начальника полевого госпиталя. За два года она наработала такую практику, каковой мало кто мог похвастать. В основном за счёт китайцев, у которых насыщенность «Аптечками» была на крайне низком уровне. Поэтому нескончаемый поток раненых приходилось обрабатывать медикам.
Взявшись за эту работу, она всё же вняла совету Виктора, и подняла свои умения на должный уровень, сумев получить доступ к ряду других, открывавших перед ней новые перспективы. Собственно именно благодаря быстрому росту по Сути и превосходству над старшими товарищами в росте и количестве умений, она и сумела обойти остальных, выйдя на первые роли. Что ни говори, а подобное по силам немногим.
Сейчас она, как и Виктор, готовилась к магистерскому экзамену. И причина тут вовсе не в возможности приобрести очередное возрождение. Это конечно важно, но не сама цель. В конце-концов получить его можно и позже, в запасе предостаточно времени. Всё же прав был Аршинов, когда говорил, что они живут в переломное время, и сейчас идёт закладка новой элиты общества. Оказаться ниже по социальной лестнице никогда не поздно, но отчего бы не попробовать подняться, коль скоро такая возможность имеется.
— Таня останется дома. Мы решили обзавестись детьми, — тепло улыбнувшись, произнёс Виктор.
— Кхм, — распрямился и повёл плечами Антип Васильевич. — Вот это я одобряю. А то уж думал скорее от Пашки дождёмся внуков, чем от тебя.
— А он собрался жениться?
— Если бы. Но по старшинству-то за тобой идёт он.
— И что, нет охотниц до такого приза?
— Как не быть. Почитай в очереди стоят. Да он охламон всё ещё не нагулялся. И когда только успевает, ведь работает с рассвета до заката.
— Ясно. Ну, тогда готовься, через восемь месяцев будешь дедом.
— От это молодец. Только… Охламон ты, сын. Мамке надо было сначала сказать, — зардевшись от радости, пожурил отец.
— А ты удивись больше всех.
— Ага. Ну, это я постараюсь. Так, а твоё это ЧВК… Потянешь ли? — решил сменить тему Нестеров старший.
— Конечно потяну. На лицензионных отчислениях за ТР-4 я стал миллионером. Да и сейчас они продаются как горячие пирожки, не смотри, что война с Германией закончена. Кроме СССР хватает и других покупателей.
— Поди у Григорьева-то свои планы на твой счёт.
— Очень может быть. Но, знаешь батя, ты был прав, он без гнили, квохтать и беречь от всех напастей не станет, но и своих не бросит.
— А свиноферма-то твоя тут при чём?
— ЧВК не армия, воюет не числом, а умением и за немалые деньги. Так что, там нужны настоящие профессионалы, а чтобы подготовить таких потребуется очень много опыта. Вот и решили в правительстве выказать мне поддержку. Если бы не моё намерение, то, как и в твоём случае, я уже лишился бы госзаказа.
— Понятно. А может всё же к Аршинову подашься. Мужик он надёжный и доверия к нему куда больше.
— Не скажу, что с ним надёжней, но что есть, то есть, оказаться разменной картой в его случае шансы гораздо ниже. Но мне всё же Александр Трифонович ближе по духу будет. А вот Ромку к себе перетяну. Он скоро должен будет вернуться из Австрии.
— Анна Фёдоровна тебе не простит, — покачав головой, возразил Антип Васильевич.
— А я по умному, так, чтобы и волки сыты, и овцы целы. Сначала пусть женится, подарит родителям внуков, а там и ко мне можно. Времени у него будет предостаточно. Думаю, эдак года два, пока я магистерский экзамен выдержу.
— Х-хе. Экий ты искуситель. Только ведь Ромка он не ты, танками да войной не бредит.
— У него к жизни сугубо практичный подход, батя. Он и в училище-то поступал дважды, потому что считает, что сейчас идёт безжалостный слом старого мира. Ему же хочется занять положение повыше, а не плестись где-то позади. Да он мне прямо так и сказал, что готов идти за мной, пока я буду его тянуть паровозом, и только если он сам сумеет меня обойти, пойдёт своей дорогой.
— Эк-кий он хитрован.
— Есть такое дело.
— Ты, береги такого друга, сын. Этот нипочём не предаст.
— Знаю батя.
— Вот и молодец, что знаешь. Ладно, пойдём, что ли. Там поди уж обед готов, только нас и ждут.
— Только батя…
— Удивлюсь так, что в театру позовут на сцену, — заверил глава семейства.
* * *