Ловушка для инквизитора(СИ)
Кайлан перестал изображать барахтающегося в гов… песках скарабея и пополз целовать струящийся по полу подол, причитая нечто невнятно-подобострастное. Красавица брезгливо переступила через беловолосого. Процокали по камням костяные шпильки, и она подошла к столбу. Долго и брезгливо разглядывала подвешенное женское тело. Изящный носик морщился, кривились пухлые губы, щурились черные глазки. В общем, на лице божества читалось полное разочарование.
— Кого вы мне опять подсунули? — Черная Богиня осмотрела пленницу со всех сторон и, по всей видимости, разочаровалась окончательно.
— Как заказывали, моя богиня, — пропищал обезьяныш. — За все время самая подходящая кандидатура. Я ощущаю в ней присутствие Тьмы!
— В этой-то? — приподняла идеальную бровь Многоликая и задумчиво коснулась пальчиком пухлых губ. — Возможно, ты и прав, раб, хотя ничего особенного я не вижу. Обычная девка, каких до нее были тысячи. Почему именно она?
Богиня вдруг наклонилась и лизнула ее в лицо раздвоенным, как у змеи, языком, оставив липкий ледяной след. Облизнулась, смакуя вкус.
— Да, что-то ощущается. Посмотрим, что она скажет, когда все соберутся. Ты уже пробовал активировать ошейник? — Ответа не последовало. Многоликая отвернулась. — Кайлан?! Я задала тебе вопрос.
Беловолосый старался ответить, как мог: размахивал руками и строил рожи, пока за спиной божества ему мило улыбалась она, разминая уже обе руки. Забавная такая миниатюра, но хорошего помаленьку.
— Что…
— Ошейник, — пролаял Кайлан, хватаясь за горло, — не подействовал!
Обезьяныш тоже запищал, дергая богиню за край разреза.
Поздно.
— Слышь, подруга, я не люблю, когда меня лижут без разрешения.
Вытянувшееся лицо Черной Богини доставило ей истинное удовольствие. Жаль только, что длилось оно недолго. Она вонзила когти в грудь Многоликой и сорвала с нее очеловеченную личину. Так-то лучше, и главное, намного правдивее.
Морщинистая рогатая старуха в роскошной золотой короне, с дюжиной костлявых рук, шестью обвисшими грудями под ожерельем из детских черепов и мордашкой злобной обезьянки яростно зашипела, выкатывая желтые змеиные глаза с вертикальными зрачками. Она ухмыльнулась и схватила бабушку за горло. Слегка придушила.
— Так-то лучше, а то вырядилась, сама на себя не похожа. Ты, что ли, та древняя кровожадная шлюха, что посмела обратиться к самой Тьме? Отвечай, когда тебя спрашивают!
Для пущего эффекта она потрясла старуху, словно мешок с горохом, и та еще сильнее выпучила желтые глаза.
— Я Черная Богиня-Матерь, — просипела Многоликая. — Повинуйся мне, Гончая Тьмы, или я прикажу покончить с тобой…
— Серьезно? Уж не с помощью ли этой шипастой цацки? Сказал же тебе человек, что эта штука не работает.
Ошейник полетел на пол. Старуха сглотнула сдавленным горлом, и ее желтые глаза осветились пониманием и ужасом. Она же освободилась окончательно и деликатно отпихнула ножкой обломки железных обручей. Оглянулась посмотреть, к чему была прикована. Камень. Цилиндрический. С набалдашником сверху. Неприличные ассоциации напросились сами собой. Она провела рядом с этим х… этой штукой столько времени?!
— И чего, я извиняюсь, вы хотели добиться с помощью этого? Думаете, я стану сговорчивее, узнав, что меня призвали какие-то извращенцы?! Да я вас самих сейчас по очереди этим камнем так…
Она не договорила. Истуканы один за другим окутались черным пламенем и исторгли из себя бесформенные сгустки материи, которые быстро обретали человекообразные формы со всевозможными отклонениями в сторону отдельных элементов животного мира: голов, хвостов, крыльев, рогов, копыт и прочей чешуи. Добавить к этому обезьянью старуху, и получился такой божественный зоопарк, что нечто внутри девушки ошалело. Никогда она так не смеялась, честное слово. До колик в животе и боли в ребрах. Переждав ее истерику, вперед выдвинулся двухметровый накаченный мужик с бронзовой кожей и ослиной головой.
— Обитающие во Тьме приветствуют тебя, Посланник!
Он сложил руки на груди и опустился на одно колено. Остальные зверушки последовали его примеру.
— Мы боги этого мира. Меня зовут Сет. Я буду говорить от имени остальных. Станешь ли ты внимать мне, Посланник?
— Ну, допустим, — пожала она чужими плечами. — Говори, зачем меня призвали?
Сет поднял голову.
— Отпусти нашу сестру. Она усвоила урок.
Многоликая закивала. Посланник ухмыльнулась. Зверушки начинали с того, что хотели лишить ее козыря в виде возможного трупика сестрички, если кто-то из них рыпнется в ее сторону. Глупые-е. Ни в каком щите она не нуждалась, но пусть лучше думают, что смогут ее подчинить.
Она разжала пальцы. Многорукая старуха, перхая кровью, быстро уползла за спины товарищей. Обезьяныш последовал за ней, а вот жрец и ведьмы незаметно слиняли. Умные.
— Может, кого-то за ушком почесать? Или сразу будем говорить?
Сет поклонился в знак согласия и скормил ей красочную сказку о смене эпох, извечной борьбе добра со злом и надеждах последнего обрести бесконечное могущество посредством победы над врагом. Хороший план, прямо-таки редкой гениальности, если бы не одна малюсенькая загвоздка — не хватало полководца. Почесали боги маковки, порылись в мудрости древних, сиречь манускриптах, книжечках, скрижалях и… нашли. За тридевять миров, в темнице хладной за вечной печатью, скрывался тот, кому под силу было возглавить Черное воинство. Страшный-престрашный, зело могущественный. Но и тут все вышло не во славу богам. Темница есть, и печать на ней есть, а Ключа — нет. Ковыряли, ковыряли замочек, только поцарапали. Сели тогда боги рядком, звериные головы повесили, стали думу думать, книжки умные древние читать, да выискивать. И ведь нашли, зверушки эдакие. Ее. Да, на ключ она не тянула, формой не вышла, а вот нюхом… Лучше нее не сыскать. Не зря бабуля ее Гончей Тьмы приласкала. Ей тот Ключ искать, землю носом рыть да разыскивать. Настал черед Посланника опечалиться. Предстояло ей пойти незнамо куда, искать то, незнамо что. Правда, тут же ее обрадовали. Так уж звезды сошлись, что всем несказанно повезло. Легендарная отмычка оказалась ближе, чем могло ожидаться. Можно сказать, за порогом. Ищи, не хочу. Знать бы еще что, где и как. Об этом их умные книжки промолчали. Ей же предстояло разбираться самой.
— Итак, подведем итог. — Посланник кокетливо накрутила на палец чужую темную прядь и обвела зверушек взглядом. — С причинами моего появления здесь разобрались. Чего хотите — понятно. Тут наши цели совпадают. Мой господин непрочь прогуляться по новому миру, коль уж так настойчиво приглашают. Вопрос в том, что будет предложено взамен.
— Взамен? — переспросил Сет, оглянувшись назад.
— Да, какова будет плата? Или вы думали, что отделаетесь простым спасибо?
— Мы склоняем голову перед силой твоего господина, о, Посланник, но этот мир слишком мал, чтобы принять его величие, — процедил Сет. — Проложив вместе с нами путь во Тьму, он получит свой прежний мир, а мы — свой.
— Вот как, — прищурилась она. — Даруете ему его же темницу? Неслыханная щедрость.
Посланник посмотрела на ослиноголового парламентера, обвела взглядом остальных богов. Ошейник, который пытались на нее одеть, был красноречивее слов. По окончании партии ферзя ждала участь пешки. Можно было и сразу догадаться.
Она рассмеялась. Перед ней стояли глупцы, возомнившие себе, что могут управлять самой Тьмой, заставить служить себе, а потом отправить обратно в Ничто. Эти идиоты, начитавшись древних книжек, так и не удосужились прочесть между строк и понять, на что замахнулись. Поверили, что смогут управлять тем, у кого сотни имен, кому принадлежат тысячи миров, а уничтоженных и не счесть вовсе, тем, чья сила безмерна, тем, кто есть Конец всего сущего. За ошибки приходится платить. Но этот момент еще впереди, а пока они ей, пожалуй, пригодятся.