Ловушка для инквизитора(СИ)

— Ведьмы, колдуны, ангелы, демоны, упыри, вурдалаки, вампиры, оборотни, боги, богини, бесы, валькирии, гномы, сатиры, русалки, эльфы, тролли, гоблины, великаны, кентавры, драконы, василиски, гарпии и жар-птицы. Можно перечислять до бесконечности, но суть в том, что всех нас люди просто выдумали, чтобы хоть как-то объяснить окружающую реальность. Сами выдумали, сами поверили, а силу веры, как известно, недооценивать нельзя. Мы веками сосуществовали вместе. И зачем, спрашивается? А затем, чтобы люди получили оправдание собственным порокам. Мор, чума, проказа, сифилис, прости меня боги, кто виноват? Ведьмы, колдуны, чародеи, почем зря сношающиеся со злом. А что мыться нужно чаще и не спать с кем попало, им в голову не приходило, — зло сплюнула я. — Ну, ладно, привыкли валить с больной головы на здоровую, так нет же, все им мало. Сначала воевали между собой. Все спорили, чьи догматы правильнее. В походики ходили, кровь за веру проливали, а потом и за нас принялись. Люди, знаешь ли, могут, кому угодно жизнь испоганить, если зададутся целью. Инквизицию там придумать, книжку умную написать, дровами запастись, это им на раз плюнуть. Началось безжалостное и повсеместное истребление всего богомерзкого — сиречь волшебного и чародейского.
Драконоборцев да охотников на ведьм расплодилось, что поганок в лесу, не говоря уже о деревенщине с факелами и вилами. Каждый норовил внести вклад в общее дело — не ударить, на что у многих духу не хватало, так донести. Достаточно было ткнуть пальцем в соперницу и сказать: “Ведьма!”, как сразу объявлялись десятки свидетелей богомерзких деяний несчастной. Никто ни в чем не разбирался. Загнав свою жертву, эти пустышки, не способные пробудить в себе хоть ничтожную искру волшебства, собирались на ближайшей площади и устраивали костерок до небес. Сжигали дотла, чтобы и духу не оставалось от порождения дьявола.
— Без суда и следствия?
— Уж поверь, лучше так, чем попасть к инквизиторскому палачу. Итог-то один, зато путь к нему куда длиннее и мучительнее. Впрочем, среди тех, кого сожгли, истинных ведьм было немного. Потому что распознать оную, или колдуна, коль он сам того не захочет, не так уж и просто. Бредовые идеи с родимыми пятнами, поросячьими хвостами и отсутствием некоторых деталей организма, не имеют ничего общего с реальностью. Поэтому скрыться не удавалось лишь законченным идиотам, а такие, как известно, есть в любом приличном обществе. — Я перехватила заинтригованный взгляд Ави, направленный на мой копчик. Она глупо улыбнулась и отвела глаза. — Гораздо хуже приходилось волшебной живности. Истребление драконов и единорогов длилось веками, о разумных видах нежити — оборотнях и вампирах, вообще молчу. А кентавры? От них еще со времен античности только и остались, что чучела в коллекциях отдельных любителей старины.
— Тархор, да неужели вы не могли с ними справиться?
— Я же сказала, люди могут быть крайне настойчивыми. Это было уничтожение под эгидой Святой Церкви. Многих это превращало в слепых и глухих фанатиков, не способных на сострадание к исчадиям ада. Мы пробовали объединяться, создавать армии, но нас всегда было меньше, да и тогда мы были гораздо слабее.
— Но однажды вам надоело терпеть? — угадала мою следующую мысль Ави. Я кивнула.
— На тайном совете магов было решено отыскать и открыть проход в Казрагур — затерянное гномье царство, где любое разумное существо, владеющее магией и порожденное ею, могло бы чувствовать себя в полной безопасности. Присутствующие на совете гномы перспективам делиться возможными национальными богатствами с остальными не обрадовались. Подняли бучу, однако быстро свернули митинг.
Эльфийский Владыка Маравиэль фаэль Селундиэль спалил контору их вождю Тамагу гхат Трору. Дескать, бородатый народ готов предать своих братьев, коими являлись все без исключения маги и волшебные существа, дабы единолично спастись от человеческого террора в недрах Казрагура. Шокированный вероломством бородатых коротышек Совет пригрозил Тамагу войной, а то и сдать Казрагур людям. Гном быстро смекнул, что к чему, почесал бороду и начал качать права, выбивая своему народу хозяйские привилегии и звание Вечных зодчих Казрагура. На том и порешили. Так начался Великий исход, и длился он до тех пор, пока не удалось собрать в недрах Казрагура всех, кому посчастливилось выжить в войне с людьми. Ворота в гномье царство навечно закрылись.
 
Я осторожно почесала повязку на ноге. Рана под ней зудела неимоверно.
— Подожди, я немного запуталась. Ты же говорила, что царство этих… как их…
— Гномов, — подсказала я.
— Если их царство называется Казрагур, тогда откуда взялось Убежище?
Я откинулась на спину, закрыла глаза и продолжила рассказывать:
— Когда появилась возможность убраться подальше от людей, мало кто задумывался об истинных размерах Казрагура. А между тем подземный город, пускай и многоуровневый, не смог вместить и двух третей первой волны переселенцев. Нужно было принимать меры, и немедленно. Снова созвали Совет из самых мудрых из магов. Всего их набралось тринадцать.
Спорили они три дня и три ночи, не пили, не ели, чуть не передрались, а придумали. Велели гномам рыть землю и долбить камень до возможного предела, а они народ трудолюбивый и настойчивый, им два раза повторять не пришлось. Проковыряли дыру в земле в рекордные сроки, да еще и лестницей мраморной облагородили. Колдуны посмотрели, вниз поплевали, кивнули и, повелев всем молиться, кто кому горазд, отправились на дно. И исчезли.
— Погибли?
— Тогда все так и подумали. Ибо внизу вспыхнуло да грохнуло, обвалив лестницу почти до самого верха. День их ждали, два ждали, неделю надеялись, а ни один так и не вернулся. Жалко, конечно, а обустраиваться как-то надо. Дыру заколотили, часового приставили — на случай благих вестей, и взялись за расширение Казрагура. Но как ни старались гномы, места все равно не хватало. И дня не проходило, чтобы не вспыхнула драка за квадратные метры и кусок хлеба, потому как народ не только жил, но и плодился. Особенно нежить, охочая до крови.
Вампиры и оборотни сбивались в стаи и плодили себе подобных в геометрической прогрессии. А потом затевали войны за охотничьи территории. Чтобы выжить, остальным приходилось поступать также: жить и защищаться вместе, что невольно сплачивало. Однако время шло, а кушать хотелось всем. Идея укрыться в Казрагуре уже не казалась такой замечательной. Появились желающие вернуться на поверхность и затеять с людишками войну, лишь бы не гнить в каменной могиле. С каждым днем их становилось все больше, и врата гномьего царства вот-вот могли распахнуться в обратную сторону.
И тогда случилось великое чудо.
Тринадцать магов вернулись, и не просто так. Они построили для нас новый мир. Только спускаясь за ними в Убежище, никто и представить себе не мог, насколько он окажется огромен и красив. Маги ждали каменных пещер, а увидели голубые небеса и зеленые равнины. И были они не хуже тех, что остались людям. И что самое главное, места теперь хватало всем. Каждый мог выбирать, где и с кем ему жить.
Сперва народ растащило по разные стороны.
Эльфы построили для себя Налиндил, гномы — Гулдагар, вампиры обосновались на летучих островах, оборотни предпочли леса, вроде того, откуда мы только что сбежали, ну а ведьмы и колдуны остались верны человеческим привычкам к роскошным муравейникам и отгрохали для себя Этерналь, или Хрустальный Град. Нынче он у нас за столицу. В общем, жили себе, торговали, а там, где торговали, там и города строили. А чтоб не скучно было — воевали. Вот так и живем. Иногда у людей с поверхности холодильники с телевизорами воруем, оборудование там всякое и оружие. Но это уже другая история.
Я замолчала, чувствуя неодолимую сонливость.
— В голове не укладывается. — Ави поднялась и встала у окна. — Тархор меня дери, да как это вообще возможно? Где вы берете энергию для поддержания целого… мира? Это же такие объемы!
— Ну-у-у, — протянула я, зевая. — Каждый житель Убежища обладает неким запасом магии. У всех он разный, а от чего зависит, слишком долго объяснять. Но в каждой пещере есть специальные энергохранилища, которые вытягивают из нас магию. Ну до некоторого разумного предела, конечно. После распределения оной между основными коммуникациями “Императорская энергетическая компания” продает населению остатки по сходной цене. Чтобы не померли от истощения и смогли выжить: пищу там приготовить, согреться. Что-то бонусом приходит с поверхности, но простому люду достается примерно… никогда. И расслоение в обществе, кстати, тоже происходит именно на почве распределения энергетических ресурсов. Большинство из нас практически живет за чертой бедности и не может позволить себе выкупить ману свыше установленного минимума, а кто-то сидит на энергожилах и досасывает из пролетариата последние соки. Вот так и живем.