Ледяное дыхание (СИ)

— А ты на какой дистанции зверя бьёшь?
— Ну…
— Неужели он не достанет на две сотни шагов?
— Тут ты прав.
— И не только тут. У него толстый ствол, значит при стрельбе он не будет плыть. Ещё момент, он самозарядный, значит стреляет в три раза чаще, что иногда может очень пригодиться.
— Но у него слабей патрон.
— Отец, ты в медведя каким патроном не попадал? Если б таким, то была бы экономия.
— Ну смотри, другой потом не проси.
— А то я сам зальдия не соберу!
— Соберёшь конечно, только когда это будет?
— Мне бы ещё пару ножей.
— Да куда тебе столько⁈
— Метать буду.
— Навык нужный, но куплю только один. Нам Варше приданое собирать надо.
— Патроны-то к карабину купишь или у Варши выпрашивать?
— Куплю полторы сотни. Десятка два на пристрелку, остальные для охоты.
— Спасибо, — с иронией ухмыльнулся Сергей. Папочка оказался весьма прижимистым мужичком, ну и ладно. Вечно он с ними жить не будет, а за самородками и сам слетает и с реализации докупит себе всё необходимое.
Больше в семейный бюджет он руку не засовывал, только газету купить выпросил.
Возвращались домой основательно гружёные и обратный путь осилили за два дня. Дом же был полон гостей, это если деревенских девчонок за них считать. Все нарядные, все с вязанием, и Сергей точно был уверен, по чью душу они тут собрались.
Поздоровавшись с девушками, он извинился, что никого из них не помнит, и погрузился в чтение газеты у себя в комнате. Колонки с международными новостями он оставил на потом, а вот объявления о сдаче и продаже недвижимости просмотрел детально. Средняя цена аренды жилья в Друзе была полтора норта в день. А вот квартиру в четыре комнаты можно было купить за полторы тысячи. На всякий случай он пробежался глазами по объявлениям о приёме на работу, но в его шестнадцать предлагали только низкооплачиваемую подсобную работу типа истопника или дворника. В общем, реальность сводилась к тому, что пока ему путь в старатели. Дело ему это знакомо, дорогу он невзначай узнал, да и встретить сейчас кого-то на побережье он не рассчитывал. Отложив газету, он погладил новый карабин. Теперь у него был легальный способ сбежать из дома на несколько дней. Местная философия жизни такое даже приветствовала, ведь чем раньше парень проявит свою самостоятельность, тем больше почёта семье.
Тихий стук в дверь, и на пороге комнаты стоит мать.
— Сынок, ты к гостям не выйдешь?
— Нет, мам. Завтра на охоту собираюсь, соберёшь мне припасу дня на три?
— Отец так и сказал, что ты теперь дома не усидишь. Соберу, конечно, только ты уверен, что тебе уже это по плечу?
— Уверен. Пока снег лежит, нужно мяса добыть, потом будет некогда.
— И когда вырасти успел⁈ Хорошо, дорожный мешок я тебе соберу. Отдыхай.
— Спасибо, мам.
Через минут двадцать в комнату заглянул отец, молча поставил заплечный мешок, посмотрел с улыбкой как сын обнимает новую игрушку и удалился.
* * *
Утром выскользнуть незамеченным не вышло. Мать уже не спала, и на столе стоял самовар, был нарезан хлеб и лежали куски копчёного мяса. Быстро перекусив, Сергей обнялся с матерью и ушёл в предрассветные сумерки.
Он летел над деревьями как Санта Клаус, правда, сам он и был в роли оленя, но сани за ним летели так же. Когда кончился лес, он снизил высоту буквально до метра и нёсся что было сил, желая как можно быстрей оказаться на побережье в двух милях от приметной скалы.
То, что он перестал ощущать холод, сейчас было только на руку. Глаза, конечно, от ветра слезились, но на этом все неудобства и заканчивались. Пару раз он останавливался на отдых, туалет и перекус, и снова продолжал свой полёт, повесив себе на шею карабин и водрузив на него руки.
Именно эта поза и спасла его. За целый день полёта внимание притупилось, вот и проворонил он прыжок приполярного кота. Мощный удар лапами в грудь, и Сергей слетел с полётника, но успел вставить в пасть атаковавшему хищнику карабин. Начались секунды противостояния. Кот не мог отпустить прижатую к земле жертву, да и порвать ему горло они не мог. Сергей же приходил в себя после неожиданной атаки, руками сдерживая давление зверя. Он уже хотел воспользоваться кинетикой, но первое, что у него получилось, это выдыхнуть через зубы в морду животному. Дальше последовал кинетический удар, но последствия этих действий потрясли уже охотника. Голова кота раскололась как ледяная скульптура. Небольшая агония заставила зверя дернуться несколько раз, а потом он затих.
 
Отдышавшись, Сергей решил понять, что произошло. Он подобрал осколок головы, и она была насквозь проморожена и хрупка как стекло. Остальная туша была мягкая и тёплая. Восстановив посекундно свои действия, он попробовал подуть на хвост зверя, после чего просто сломал его.
— Охренеть, оружие ближнего боя. И откуда у меня такая плюшка?- Задал себе он вопрос и вспомнил, что пар изо рта у него пропал совсем недавно. Может, конечно, и прежний владелец тела обладал таким даром, но Нерт об этом не рассказывал, значит он проявился недавно. Не заморозить бы родных людей…
На ночь он остановился прямо на этом месте.
Пока туша была тёплой, он снял с неё прекрасную белую шкуру, выпотрошил содержимое брюшной полости и заморозил мясо дыханием. Тут он сумел разобраться,что заморозка включалась именно когда дуешь целенаправленно. Обычное дыхание хоть и не несло в себе пара и тепла, но и не промораживало от слова совсем. Теперь с этим предстояло как-то жить и как -то дальше изучать этот дар, а пока он развёл костёр, вскипятил растопленную из снега воду и неспешно сгрыз очередную вяленую рыбину.
* * *
Проснулся он накануне рассвета. Вылазить из тёплого мехового спальника ему не хотелось, сказывались последствия падения, но продолжать путь было надо. Как оказалось чуть позже, вчера до побережья ему не хватило буквально десяти минут полёта, да и вышел он крайне удачно, как раз приметная скала с двумя вершинами была по правую руку. Оставалось теперь искать, не взирая на приливы и отливы.
* * *
Расколов прибрежную наледь кинетическими ударами, Сергей начал черпать из воды грунт кинетическими щитами и промывать его в морской воде. Первые пару часов результата не принесли, но потом он нашёл цепочку следов, оставленную ими в прошлый раз, и с этого момента ему улыбнулся успех. Охотники всегда собирали вымытые из песка самородки, но наверное никогда им не приходило в голову промыть этот песок. Именно этим сейчас Сергей и занялся. Кинетические щиты прекрасно поднимали песчаный грунт и давали ему возможность выбрать из него самородки, дальше песок выкидывался подальше в море, а Сергей брал следующую партию.
К вечеру самородков набралось уже килограмм на пять, и на этот раз он решил завершить добычу. В планах у него было ещё хотя бы раз наведаться сюда в ближайшее время, ну а пока можно было попробовать пристрелять карабин. Соорудив пирамидку из камней, он отошёл от неё на сотню шагов и начал снаряжать карабин. Из-за случайной неловкости последний патрон он уронил на мокрый песок. Выругавшись, он протёр его о штаны и рефлекторно сдул песчинки с пули, даже не акцентировав на этом действии внимание. Вставив магазин в гнездо, он передёрнул затвор и, прицелившись, выстрелил в верхний камень пирамиды.
Первый выстрел был мимо, и пуля ушла левее. Правда, дальше она попала в скалистый берег, и эффект попадания был ошеломительным. Довольно приличный кусок скалы рассыпался так же, как голова полярного кота, заставив Сергея замереть в недоумении.
— Охренеть! — спустя несколько секунд наваждения проговорил он, и специальным инструментом немного сместил мушку.
Следующий выстрел был тоже мимо, но эффекта разбитого стекла не было. Решив проверить свою догадку, он вытащил верхний патрон, подул на кончик пули и вставил его обратно в магазин. В этот раз он специально стрелял в скалу. Брызги ледяного крошева приличного объёма снова разлетелись по песку.