Эркюль пуаро (сборник) (СИ)

– Не слишком приятные здесь ароматы, – заметил он. – Что вы думаете? Я один должен пуститься в авантюру или кто-то все же поедет со мной?
– Я поеду, – сказал Джимми. – Будем надеяться, что этот лифт выдержит меня, – с сомнением добавил он.
– Ты не можешь весить намного больше, чем тонна угля, – успокоила его Пэт, которая никогда не была особенно сильна в определении мер и весов.
– Во всяком случае, мы скоро все выясним, – насмешливо заметил Донован, начиная тянуть веревку.
Под скрежет они исчезли в шахте лифта.
– Какой противный звук издает это сооружение, – заметил Джимми, когда они поднимались по темному стволу шахты. – Что могут подумать обитатели других квартир?
– Наверное, они думают о привидениях или грабителях, – заметил его приятель. – Надо же, как тяжело тянуть эту веревку. Я и не предполагал, что у привратника многоквартирных домов так много работы. Джимми, старина, надеюсь, ты считаешь этажи?
– О боже! Нет. Я совсем забыл об этом.
– Ладно, я считал. Сейчас мы проехали третий. Следующий будет наш.
– И сейчас... я думаю, – проворчал Джимми, – мы обнаружим, что Пэт все-таки заперла дверцы.
Но их страх оказался безосновательным. Деревянная дверь легко подалась, и они вступили в чернильную темноту кухни.
– Нам следовало бы запастись фонарем для этой безумной затеи, – воскликнул Донован. – Насколько я знаю, у Пэт вечно все раскидано по полу, и мы можем передавить кучу посуды, прежде чем я доберусь до выключателя. Постой пока на месте, Джимми, я сейчас включу свет.
Он осторожно продвигался вперед и лишь раз яростно помянул черта, ударившись об угол стола. Когда он добрался до выключателя, из темноты комнаты вновь донеслись его проклятия.
– Что случилось? – спросил Джимми.
– Свет не включается. Наверное, лампочка перегорела. Я попробую зажечь свет в гостиной.
Дверь в гостиную была напротив кухни, на другой стороне коридора. Джимми услышал, как Донован вошел туда, и сразу же до него донеслось приглушенное чертыханье. Он решил, что ему тоже надо пробраться в гостиную, и начал осторожно продвигаться по кухне.
– Что там у тебя?
– Я не знаю. Мне кажется, что по ночам комнаты точно заколдованы. Похоже, тут все стоит не на своих местах. Стулья и столы попадаются там, где ты меньше всего рассчитываешь наткнуться на них. О дьявол! Вот опять!
Но в этот момент Джимми, к счастью, добрался до выключателя и включил свет. В следующее мгновение двое молодых людей уже смотрели друг на друга в безмолвном ужасе.
Эта гостиная была совсем не похожа на комнату Пэт. Они ошиблись этажом.
В этой комнате было раз в десять больше вещей, чем в квартире Пэт, что и объясняло смущение Донована, без конца натыкавшегося на столы и стулья. Посередине стоял круглый стол, покрытый сукном, а на подоконнике зеленела герань. Молодые люди сразу поняли, что с владелицей такой гостиной они вряд ли найдут общий язык. В молчаливом ужасе они уставились на стол, где лежала небольшая стопка писем.
– Миссис Эрнестина Грант, – прошептал Донован, поднимая конверт, – о боже! Как ты думаешь, она услышала нас?
– Просто чудо, что она не услышала тебя, – сказал Джимми. – Учитывая, как ты чертыхался, натыкаясь на всю эту мебель. Ради бога, давай поживее уберемся отсюда.
Они поспешно выключили свет и на цыпочках вернулись к лифту. Джимми с облегчением вздохнул, когда они без приключений оказались на платформе лифта.
– Мне нравится, когда у женщин такой здоровый и крепкий сон, – одобрительно заметил он. – Миссис Эрнестина Грант все же не лишена достоинств.
– Я все понял, – сказал Донован. – Я имею в виду, понятно, почему мы просчитались с этажами. Мы не учли подвальный этаж.
II
Он вновь взялся за веревку, и лифт пополз вверх.
– Я всей душой надеюсь, что на сей раз все правильно, – сказал Джимми, выходя в очередное темное помещение.
Без труда найдя выключатель, они зажгли свет и обнаружили, что стоят на кухне Пэт. Быстро открыв входную дверь, они впустили девушек.
– Ну вы и копуши, – проворчала Пэт. – Мы с Милдред ждем вас тут целую вечность.
 
– У нас было одно приключение, – оправдывался Донован. – Нас могли бы уже сдать в полицию как опасных преступников.
Пройдя в гостиную, Пэт включила свет и бросила на диван свою кофту. Она с интересом слушала рассказ Донована об их приключении.
– Слава богу, что она не застукала вас, – заметила Пэт. – Я уверена, что она – старая ворчунья. Сегодня утром я получила от нее записку... ей зачем-то понадобилось поговорить со мной... наверное, хотела выразить недовольство моей игрой на пианино. Людям, которых раздражает, когда у них над головой играют на пианино, не стоит жить в многоквартирных домах... По-моему, Донован, ты порезал руку. Смотри, она вся в крови. Иди и промой рану под краном.
Донован удивленно посмотрел на руку. Он вышел из комнаты и вскоре позвал к себе Джимми.
– Эй, что там у тебя? – откликнулся тот. – Неужели ты серьезно поранил руку?
– Ничего я не поранил.
Голос Донована звучал так странно, что Джимми с удивлением взглянул на него. Тот протянул ему вымытую руку, и Джимми увидел, что на ней нет ни малейшей царапины.
– Странно, – нахмурясь, сказал он. – Она была вся в крови. Откуда же тогда кровь? – И тут он вдруг понял то, о чем уже догадался его более сообразительный приятель. – Клянусь Юпитером, – воскликнул он, – видимо, ты испачкался в той квартире. – Он помедлил, обдумывая, что бы это могло значить. – Ты уверен, что это была... э-э... кровь, а не краска?
Донован мотнул головой.
– Это точно была кровь, – сказал он и вздрогнул.
Они обменялись взглядами. Очевидно, мысли их работали в одном направлении.
– Мне кажется... – сказал Джимми, – ты считаешь, что мы должны... в общем... опять спуститься туда... и разузнать, в чем дело. Убедиться, все ли там в порядке, да?
– Только как быть с девушками?
– Мы ничего им не скажем. Пэт решила похозяйничать и соорудить нам омлет. Я полагаю, что все не так страшно, как нам кажется.
Однако в его голосе не было уверенности. Они вошли в лифт и спустились на один этаж. Без приключений они миновали кухню и включили свет в гостиной.
– Должно быть, я испачкался где-то здесь, – сказал Донован. – На кухне я ни до чего не дотрагивался.
Он огляделся. Джимми сделал то же самое, и оба они озадаченно нахмурились. Аккуратно прибранная комната выглядела такой обычной, что трудно было даже подумать о каком-то преступлении, да еще с кровопролитием.
Вдруг Джимми вздрогнул и схватил за руку своего приятеля.
– Гляди!
Посмотрев, куда указывает Джимми, Донован испуганно вскрикнул. Из-под тяжелых репсовых штор высовывалась... женская нога в блестящей кожаной туфельке.
Джимми подошел к шторам и резко раздвинул их. В оконной нише на полу лежало скорчившееся женское тело, рядом с которым поблескивала темная липкая лужица. Не было ни малейших сомнений в том, что женщина мертва. Джимми попытался поднять ее, но Донован остановил его:
– Лучше не делать этого. Ее нельзя трогать до прихода полиции.
– Полиции? О да, конечно. Мне кажется, Донован, что все это какой-то страшный сон. Кто же она такая, как ты думаешь? Она и есть миссис Эрнестина Грант?
– Похоже на то. В любом случае если в этой квартире и есть кто-то еще, то они ведут себя на редкость тихо.
– Что мы будем теперь делать? – спросил Джимми. – Побежим в участок или позвоним в полицию из квартиры Пэт?
– Думаю, нам лучше позвонить туда. Пойдем, сейчас мы уже можем выйти через входную дверь. Не будем же мы всю ночь кататься туда-сюда в этом вонючем лифте.
Джимми согласился с ним. Когда они выходили из двери, он нерешительно остановился.
– Послушай, тебе не кажется, что одному из нас надо остаться здесь... просто чтобы присмотреть за ситуацией... пока не приедет полиция?
– Да, я думаю, ты прав. Если хочешь, оставайся, а я сбегаю наверх и позвоню.