Эркюль пуаро (сборник) (СИ)

– А что это вообще была за лодка?
Бланд бросил на сыщика подозрительный взгляд.
– К контрабанде она совершенно не была пригодна, если вас именно это интересует. Никаких там двойных стенок или скрытых каморок.
– Я совсем не это имел в виду. Я просто спросил, что за лодка – большая или маленькая?
– Она была просто огромна – должно быть, стоила целое состояние. Вся вылизанная, свежевыкрашенная и с люксовым такелажем.
– Вот именно. – Это замечание бельгиец произнес очень довольным голосом.
– К чему вы ведете, мосье Пуаро?
– Поль Лопес очень богатый человек, а это весьма важно.
– Возможно, хотя не понимаю почему. Как вы думаете, мосье Пуаро, что в действительности случилось с леди Стаббс?
– У меня нет ни малейшего сомнения в том, что она мертва.
Бланд медленно кивнул головой.
– Я тоже так считаю. Мы выловили ее шляпу из реки – она была соломенной, поэтому держалась на воде. Что же касается тела, в тот день был очень сильный отлив. Скорее всего, его унесло в море. Рано или поздно оно где-нибудь всплывет, но узнать его будет трудновато. С этим мне все ясно, но остается один вопрос: убийство это было или же самоубийство?
– Опять-таки никаких сомнений – убийство, – ответил Эркюль Пуаро.
– А кто ее убил?
– А сами вы как думаете?
– У меня есть одна мысль, но никаких доказательств. Думаю, что леди Стаббс убил Поль Лопес. Ведь он приехал в Гриншор один, на небольшом катере, помните? Думаю, что он вышел на берег возле лодочного сарая, а она улизнула туда, чтобы с ним встретиться. Правда, совершенно невероятно, что ему удалось ударить женщину по голове или задушить ее, а потом спихнуть тело в воду так, что этого никто не видел. Вы же сами знаете, сколько лодок плавает в летнее время по реке. Но с другой стороны, если ты не ожидаешь, что увидишь убийство, то ты его и не видишь! Все эти выталкивания друг друга с лодок, крики, смех и жеребячья возня называется у них летним отдыхом! Увидел это только один человек – Марлен Такер. Она видела убийство из окна лодочного сарая и поэтому тоже должна была умереть.
Инспектор остановился и вопросительно посмотрел на Пуаро.
– Но никаких доказательств у нас нет, – продолжил он. – А Лопес давно уплыл домой, потому что у нас не было никаких причин задерживать его. Ведь мы даже не знаем, почему он убил Хэтти Стаббс. Деньги здесь ни при чем. Она не владела никакой недвижимостью, и у нее не было собственных денег – только акт учреждения семейного имущества, который сэр Джордж сделал через шесть месяцев после женитьбы. Мы внимательно изучили все финансовые документы, связанные с этой семьей – сэр Джордж очень богатый человек, а вот жена его была практически нищая.
Бланд раздраженно вздохнул.
– Так вот, мосье Пуаро, я и спрашиваю, где же мотив? Что получал от убийства Лопес?
Пуаро откинулся в своем кресле, соединил перед собой кончики пальцев обеих рук и негромко, монотонно заговорил:
– Давайте рассмотрим некоторые факты в хронологическом порядке. Гриншор-хаус собираются продавать. И его покупает сэр Джордж Стаббс, недавно женившийся на девушке из Вест-Индии – сироте, которая получила образование в Париже и которую после гибели ее родителей вывозила в свет миссис Фоллиат, вдова бывшего владельца поместья. Скорее всего, сэр Джордж решает купить Гриншор под влиянием бывшей хозяйки, которой он позволяет жить в сторожке. Если верить глубокому старику, который раньше служил у Фоллиатов, «в Гриншоре всегда жили Фоллиаты».
– Вы имеете в виду старика Мердла? Того, который жил в доме рядом с пристанью?
– Жил? Он что, умер?
– Говорят, что в один прекрасный вечер выпил больше, чем положено, а возвращался он с противоположного берега Дарта – вот и оступился, вылезая из лодки, и утонул.
– Несчастный случай? Интересно... – сказал сыщик.
– Вы что, считаете, что это не несчастный случай? А может быть, он знал что-то о смерти своей внучки?
– Внучки? – Пуаро резко выпрямился в кресле. Его глаза позеленели от возбуждения. – Марлен Такер была его внучкой?
 
– Ну да. Единственным ребенком его дочери.
– Ну конечно, – сказал бельгиец, – конечно же. Я должен был сам догадаться...
Бланд заерзал на своем месте.
– Послушайте, мосье Пуаро, я не понимаю...
Сыщик жестом заставил его замолчать.
– Позвольте, я продолжу. И вот сэр Джордж привозит молодую жену в Гриншор. Накануне их приезда случается очень сильный ураган и ломает множество деревьев. И вот через пару месяцев сэр Джордж строит то, что иногда называют его капризом, и именно на том месте, где упал большой дуб и своими вывернутыми корнями разворотил большой пласт земли. Место, по мнению архитектора, совершенно не подходящее для этого строения.
– Ну, сам-то Джордж Стаббс в этом ничего не понимает.
– И при этом кто-то мне сказал, что он обладает на удивление хорошим вкусом...
– И о чем нам все это говорит?
– Я просто пытаюсь восстановить историю – реальную историю.
– Но послушайте, мосье Пуаро, разве мы с вами не уходим все дальше и дальше от убийства?
– Это и есть история про убийство. Но начать-то мы должны с самого начала...
  
 
 
ГЛАВА 9
 
Эркюль Пуаро на секунду замер перед большими коваными железными воротами. Он смотрел вперед, на подъездную аллею. С деревьев слетали коричнево-золотые листья. Совсем рядом, на поросшей травой обочине, виднелись розовато-лиловые цикламены.
Бельгиец тяжело вздохнул. Красота поместья всегда находила отклик в его сердце. Наконец он повернулся и негромко постучал в дверь небольшой белой оштукатуренной сторожки.
Через несколько минут сыщик услышал внутри шаги, медленные и неуверенные. Дверь открыла миссис Фоллиат. Пуаро был потрясен тем, какой старой и немощной она выглядела.
– Мосье Пуаро? Это вы? – удивилась женщина и отступила внутрь.
– Вы позволите мне войти?
– Ну конечно.
Женщина пошла вперед, и Пуаро вслед за ней попал в небольшую гостиную. На камине стояли какие-то тонкие фарфоровые фигурки, пара кресел была покрыта тканью с изысканной вышивкой крестом, а на маленьком столике разместился чайный сервиз дербского фарфора. Несколько осколков прошлого были собраны здесь, вместе со своей хозяйкой, которая пережила всех своих родственников.
Пожилая женщина предложила сыщику чай, от которого он отказался. Тогда женщина тихим голосом спросила:
– Зачем вы приехали?
– Думаю, что вы сами догадываетесь, сударыня.
– Я очень устала, – уклончиво проговорила женщина.
– Я знаю. Ведь речь идет уже о трех убийствах: Хэтти Стаббс, Марлен Такер и старого Мердла.
– Мердл? – резко переспросила Фоллиат. – Это был просто несчастный случай. Он упал с пристани, потому что был старым, полуслепым и сильно выпил в пабе.
– Не думаю, что это был простой несчастный случай. Мердл слишком много знал.
– Да что уж такого он знал?
– Он узнал лицо, или походку, или манеры... Когда я был здесь раньше, то однажды говорил с ним. Он кое-что рассказал мне о семье Фоллиат: о ваших тесте и муже и о ваших сыновьях, которые погибли во время войны. Но только они погибли не оба, правда? Ваш сын Генри действительно утонул вместе со своим кораблем, а вот ваш второй сын, Джеймс, убит не был. Он дезертировал. Сначала, по-видимому, о нем писали как о «пропавшем без вести», а потом вы убедили всех, что он действительно был убит. Никто не посмел подвергнуть это сомнению. Да и кто бы на такое решился?
Пуаро помолчал, а потом продолжил:
– Не думайте, что я вам не сочувствую, сударыня. Я знаю, что вы прожили очень тяжелую жизнь. Вы не питали никаких иллюзий относительно вашего младшего сына, но тем ни менее он был вашим сыном, и вы его любили. Вы сделали все от вас зависящее, чтобы сочинить ему новую жизнь. Ведь вы опекунствовали над молодой девушкой, не совсем нормальной, но очень богатой. Да, она была очень богата. Но вы убедили всех, что она бедна и что вы якобы посоветовали ей выйти замуж за богатого мужчину, который был на много лет старше ее. И опять никто не посмел усомниться в ваших словах. Потому что это никого не касалось. Ее родители и ближайшие родственники погибли в то время, когда она получала образование в парижском монастыре, а французские адвокаты действовали так, как им говорили адвокаты из Сан-Мигеля. В момент вступления в брак она получила контроль над всем своим состоянием. Девушка, как вы сами сказали мне, была влюбчивой, послушной и убеждаемой – она подписывала все, что ни подсовывал ей ее муж. Скорее всего, ценные бумаги менялись и перепродавались несколько раз, но в конце концов был достигнут желаемый финансовый результат. Сэр Джордж Стаббс – а именно это имя носил теперь ваш сын – стал богатым человеком, а его жена превратилась в нищенку. В том, что он называл себя «сэр», не было никакого нарушения закона, но такая приставка резко повышает доверие к ее носителю – всем становится ясно, что ее владелец, если и не рожден дворянином, то по крайней мере богат. И вот богатый сэр Джордж Стаббс, постаревший и отрастивший бороду, чтобы его никто не узнал, покупает Гриншор и возвращается в свое родовое гнездо. Казалось, что после тягот войны не осталось никого, кто мог бы его узнать, но старый Мердл узнал. Он никому ничего не рассказал, но в разговоре со мной с хитрецой намекнул мне, что Фоллиаты всегда будут жить в Гриншоре – это была его такая личная шутка.