Непокорная

Разговаривая, они подошли к концу пирса. Вблизи яхта казалась огромной. На пристань спускался трап, колышущийся от ударов волн. Мэри Маргарет немного испугалась, но Рейвенсфорд повел ее вперед. Ноги у нее тряслись, и, если бы он не поддерживал ее под локоть, она упала бы с трапа в воду.
— Капитан, пожалуйста, проводите мисс О’Брайен в каюту для гостей и проследите, чтобы у нее было все необходимое.
  
— Слушаюсь, милорд.
Мэри Маргарет повернулась к Рейвенсфорду.
— Благодарю вас.
Он улыбнулся. Глаза на загорелом лице весело сверкали, а волосы под лучами солнца блестели словно медь.
— Я рассчитываю увидеть вас за вторым завтраком. Его подадут на палубе под навесом. — Он указал на яркий красно-белый балдахин над столиком и мягкими стульями.
Самое страшное — быть с ним рядом. У нее колени подгибаются каждый раз, когда он на нее смотрит. Но отказаться невежливо.
— Как пожелаете, — тихо ответила девушка.
Спустя два часа она, обессиленная, лежала на двуспальной кровати в своей каюте. На лбу и на верхней губе выступили капельки пота, а при каждом наклоне яхты тошнота подступала к горлу. Так плохо ей никогда не было.
— Мисс. — Из-за закрытой двери донесся голос юнги. — Его светлость спрашивает о вас.
Она что-то пробормотала.
— Простите?
— Я… я не могу, — еле выговорила Мэри Маргарет. — Я… плохо… себя чувствую.
Время тянулось мучительно долго. Вдруг дверь распахнулась, и она с трудом открыла глаза. Рейвенсфорд вошел, не постучав. Едва взглянув на нее, он направился к умывальнику и намочил в прохладной воде полотенце.
— Почему вы никому ничего не сказали? — недовольным тоном спросил он и, присев на корточки, принялся вытирать ей лоб.
— Я… сказала. — (Он удивленно поднял бровь.) — Я сказала… мальчику, который… постучал в дверь. Спросите у него.
Возмущение оттого, что он ей не верит, придало сил. Мэри Маргарет выхватила у графа полотенце и, скомкав, приложила ко рту.
Он нахмурился.
— Почему вы не предупредили меня, что страдаете морской болезнью?
Она прижала полотенце к губам, подавляя рвоту.
— Если бы я об этом знала… Кроме того, другого пути в Англию нет.
— Справедливо. — Он встал. — Я сейчас вернусь.
Мэри Маргарет сдавленно застонала. Вот уж что ей совсем не нужно, так это его присутствие. Она знала, что далеко не красавица, а в болезненном состоянии — тем более. И ее может стошнить, а если граф окажется рядом, то больший позор трудно себе представить. Она со стоном повернулась лицом к стене и прижала ноги к животу. Только бы продержаться до того, как они причалят.
Корабль качнуло, и она плотнее обхватила себя руками. В этот момент открылась дверь.
— Я принес лекарство от тошноты.
В другое время густой голос графа не оставил бы ее равнодушной, но сейчас Мэри Маргарет едва повернула голову и сердито взглянула на него. Каюта поехала куда-то в сторону, и она снова закрыла глаза.
— Если только это не яд, — пробормотала она. — Вы ничем не можете мне помочь.
— Откройте глаза и сосредоточьте взгляд на чем-нибудь.
Она не ответила и сжалась в комок. Хоть бы он ушел! А он потрогал ее за плечо.
— Ради бога, уйдите. Мне лучше страдать в одиночестве. — Девушка услышала, как граф засмеялся, и рассердилась еще больше. — Вам бы понравилась суета вокруг вас, когда единственное, чего вы хотите, так это умереть?
— Я попытался бы убить своего благодетеля, — неожиданно серьезно произнес он.
— Что? — Она легла на спину и посмотрела на него.
Он криво усмехнулся.
— Это было после битвы при Саламанке. — Взгляд Рейвенсфорда на мгновение сделался задумчивым. — А теперь выпейте это снадобье. Его приготовил Стивенc из имбирного корня. Он клянется, что оно творит чудеса.
Она протянула к кружке трясущиеся руки.
— Моя мама давала нам отвар имбирного корня, когда болел живот, и это всегда помогало.
— Вот и хорошо.
Он держал кружку, и она чувствовала, какие у него теплые руки. Ее била дрожь, и без помощи Рейвенсфорда она пролила бы жидкость. И все же несколько капель скатились по ее подбородку.
— Вам лучше сесть.
Граф забрал у нее кружку и поставил на стол с бортиками, предохраняющими посуду от падения, затем повернулся к ней, но она уже полусидела на кровати.
— Я помог бы.
Этого Мэри Маргарет как раз и не хотела, так как знала, что даже в таком плачевном состоянии прикосновения Рейвенсфорда взбудоражат ее.
— Спасибо, но я сама могу справиться. Имбирь скоро поможет.
Он спокойно смотрел на нее, а она, представляя, какой у нее растрепанный и неопрятный вид, стала приглаживать спутанные волосы.
— Допивайте снадобье. Потом я расчешу вам волосы.
Она сильно покраснела и представила себе, как он будет это делать. Искушение согласиться было велико. Конечно, с расчесанными волосами она почувствует себя лучше, и, разумеется, только по этой причине ей так хочется позволить графу ее причесать. Только поэтому. Но она все же решила отказаться.
— Когда я все выпью, то буду в состоянии причесаться сама.
— Да вы слабая, как котенок.
Он поднес кружку к ее губам и наклонил, так что девушке пришлось проглотить жидкость, но часть опять пролилась на подбородок. Рейвенсфорд подождал, пока она выпьет все до конца. После этого забрал из руки Мэри Маргарет полотенце и осторожно вытер ее мокрое лицо.
— Раз вы не хотите, чтобы я вас причесал, то я доставлю вас на палубу. На свежем воздухе вы почувствуете себя намного лучше.
— Мне не стоит двигаться, — пробормотала она.
— Вы уже лучше выглядите, — сказал граф н нагнулся.
Прежде чем Мэри Маргарет успела сообразить, что к чему, он поднял ее на руки.
— Что вы делаете? — выдохнула она.
Он с улыбкой посмотрел на нее.
— Собираюсь отнести вас на палубу, мисс О’Брайен, — объяснил он таким тоном, словно говорил с глупым ребенком. — Море успокоилось, а на воздухе имбирное снадобье скорее подействует.
— Но… но…
Слова застряли у нее в горле. Руки у Рейвенсфорда такие сильные и надежные. Она слышала, как бьется его сердце. Но все это ужасно!
А Рейвенсфорд понес ее к двери каюты.
ГЛАВА ПЯТАЯ
За дверью стоял юнга. У него отвисла челюсть, когда он их увидел. Мэри Маргарет смущенно улыбнулась ему, в душе мечтая провалиться сквозь землю.
— Отпустите меня, — сквозь зубы прошипела она. От ужаса у нее даже прошла тошнота. — Это неприлично.
Рейвенсфорд пожал плечами.
— Это моя яхта, и я буду делать то, что пожелаю. А сейчас я желаю отнести вас на палубу.
— А если я не удержусь и… и…
— И вас вырвет на меня? Вы будете не первой.
Он просто невыносим!
Вниз спускался капитан. Он замер на трапе, увидев их.
— Милорд? Могу ли я вам помочь?
Рейвенсфорд ухмыльнулся.
— Проследите, чтобы никто не спускался, пока я поднимаюсь.
— Хорошо, сэр. — Капитан вернулся назад. — Никого нет, милорд.
— Спасибо. — И Рейвенсфорд стал подниматься на палубу.
Мэри Маргарет была в ужасе. Ни под каким видом не следовало отправляться в это путешествие, как бы Томас ей ни угрожал. Да она не сможет взглянуть на кого-либо из команды, зная, что матросы стали свидетелями этого спектакля. Они подумают, что между ней и графом существует любовная связь, а не просто отношения хозяина и служанки.
Она со стоном спрятала лицо на груди Рейвенсфорда. Как ни странно, но биение его сердца подействовало на нее успокаивающе. Он с легкостью нес девушку, а ей было очень уютно у него на руках.
— Вот и пришли, — сказал граф, опуская ее.
Она встала и покачнулась. Он мгновенно обхватил ее за талию и прижал к себе. Мэри Маргарет чуть не задохнулась, ощутив сквозь одежду его тепло.
— Я могу стоять без вашей помощи, — наконец вымолвила она, отстраняя его.
Он посмотрел на нее сверху вниз.