Ревизор: возвращение в СССР 44 (СИ)

Время от времени проезжали деревушки, несколько раз городки. Ну так, видно, что провинция в чистом виде: все очень скромненько. Большинство домов, что проезжали, уже давно требовали ремонта. Правда, люди перед ними ходили вполне себе довольные жизнью, много раз, когда проезжали мимо, слышал, как песни распевают. Не совсем, правда, понял, для чего мигалка на крыше нашей машины, которую мои сопровождающие обещали использовать, и видимо, и использовали. Пробок не было от слова совсем. Машины попадались редко, а наибольшие трудности вызывали конные повозки, которые встречались достаточно часто. Некоторые из них ехали практически посередине дороги, так что волей-неволей приходилось замедляться, давая им возможность уйти влево или вправо, пропуская нас.
  
Чем ближе к столице, тем больше стало попадаться машин. Увидел грузовичок «Форд», которых раньше никогда в жизни, даже на картинках в интернете, ни разу не видел. Попалось и несколько кабриолетов. Ретро-машин всех марок становилось все больше и больше, я получил большое удовольствие, рассматривая старые американские раритеты. Правда, некоторые из них были в отвратительном состоянии — ржавчина пробивалась сквозь старую краску без малейшей попытки её зачистить и закрасить. Бесхозяйственность какая-то…
Наконец, спустя почти два часа, въехали в Гавану. На большинстве улиц доминировал стиль колониальной архитектуры. Здесь уже дома были более ухоженными, как и дороги.
Налицо была особая любовь к плоским крышам, также было много самых разных наружных балкончиков. У домов побогаче были и колонны.
Увидел много новых домов, многоэтажных, некоторые этажей по пятнадцать, так точно, но эти уже были очень похожи на московские многоэтажки и серьёзно портили местный стиль.
Увидел, наконец, много относительно новых советских машин. Не старее, чем в Москве. Не так и давно их сюда и поставили, а условия эксплуатации намного лучше. Ни соли на дорогах, ни морозов… Держи подальше от океана под навесом, чтобы ливни не задевали, и нормально все будет…
Наконец, мы подъехали к величественному зданию с куполом посередине плоской крыши. Чем-то он мне напомнил здание английского парламента. Вполне может быть, архитектор именно его и брал за образец…
— Сеньор, это президентский дворец, нам туда, — впервые за всю дорогу ожил старший из моих сопровождающих.
— Красивое здание, — сказал я, чтобы поддержать разговор.
— Да, но уже в следующем году все наши правительственные органы отсюда переедут. Здесь будет музей революции. Как вы правильно заметили, красивое здание, поэтому и музей из него получится тоже великолепный.
Прозвучало сказанное с большой гордостью за свою страну. Впрочем, другого от тех, кто ездит по поручениям первой леди страны, я и не ожидал.
Припарковались почти у входа. На стоянке стояло множество разноцветных машин, некоторые из цветов на улицах Москвы никогда и не увидишь. Видимо, то ли так выцветает краска у некоторых машин после многолетнего использования под жарким кубинским солнцем, то ли они изначально были такого необычного для СССР цвета.
Время уже приближалось к одиннадцати — начиналась самая жара. Вспомнил о Галие с детьми и очень понадеялся, что они уже ушли с пляжа.
Выйдя из машины, мы стремительно двинулись внутрь дворца. Охраны внутри оказалось на входе очень много — человек пятнадцать в защитной униформе. Но моих сопровождающих, видимо, все знали, им даже никакое удостоверение показывать не пришлось, чтобы провести меня внутрь.
Дальше мы поднялись по красивой широкой мраморной лестнице на третий этаж. И вскоре меня завели в приёмную — большая такая приёмная, солидная, метров на шестьдесят квадратных. Секретарша за печатной машинкой сидела очень фигуристая, и личико было ангельское.
— Товарищ Ивлев к товарищу Вильме Эспин, — доложил ей один из моих сопровождающих на русском языке. Мне понравилось, что не на испанском, это знак уважения к гостю… Хочет, чтобы я понимал, что вокруг меня происходит, и чувствовал себя комфортно.
— Да, она ждёт, — кивнула она, ответив тоже на русском языке.
Забавно, конечно: порученцы Эспин говорят на русском языке, секретарша ее говорит на русском языке. А сама она им не владеет. А ведь английский у неё очень хороший. Могла бы, честно говоря, и русский тоже выучить. В особенности, учитывая роль Москвы в преуспевании Кубы.
Никакого кондиционера я не обнаружил, поэтому галстук одевать не стал — было достаточно душно и без него. Секретарша пошла впереди меня, открыла дверь и пригласила войти, а мои сопровождающие тут же уселись на диванчик около выхода из приёмной.
Ну же, Вильма, ради чего ты мой покой потревожила?
  
Глава 19
 
Куба, Гавана
Кабинет, как и положено в случае высокопоставленных чиновников, оказался в два раза больше, чем приёмная.
Вильма сидела во главе огромного дубового стола, за которым вполне могли бы уместиться два десятка человек. Стол был явно очень старый — как бы за ним ещё в своё время один из испанских губернаторов Кубы не сиживал в XIX веке…
Кабинет был отделан панелями из какого-то красного дерева. Очень солидный кабинет. В таком ожидаешь по привычке увидеть пожилого седого чиновника-мужчину. Так что Вильма в голубой юбке и жёлтенькой блузке, выглядела в нём совсем неуместно.
Хозяйка кабинета, выйдя ко мне навстречу, протянула мне руку для рукопожатия и сразу заговорила со мной на английском языке:
— Павел, здравствуйте. Рада вас видеть у нас в гостях. Как прошёл ваш перелёт?
— Спасибо, очень хорошо. Я летел с моими знакомыми из Министерства обороны. В салоне было очень просторно.
— Мне сказали, вы прибыли с семьёй?
— Да, всё верно. Я приехал с женой и двумя маленькими сыновьями. Мы рассчитываем как следует насладиться великолепной природой Кубы во время этой поездки.
— Да, природа, как и люди, у нас чудесная, — расцвела Вильма. — Кстати, я ознакомилась с той статьёй, что вы опубликовали по итогам нашей беседы в Кремлёвском дворце, и она мне очень понравилась. Я не читаю по-русски, но для меня перевели эту статью на испанский язык. Как вы отнесётесь к тому, что я познакомлю вас с моим мужем и его братом Фиделем Кастро? Возможно, вы сможете сделать ещё одну или даже две публикации на эту тему в вашей газете.
Ну что же, после этих слов поездка в Гавану стала выглядеть не такой и бессмысленной. Личное знакомство с Фиделем Кастро мне отнюдь не помешает.
Хотя в любом случае отказываться от такого предложения просто-напросто невозможно — это выглядело бы очень оскорбительно для приглашающей стороны.
Так что я ответил:
— Да, конечно, для меня было бы большой честью переговорить с вашим мужем и самим Фиделем Кастро. Они оба, как, впрочем, и вы, являются героями кубинской революции, и, конечно же, советским людям очень интересно как можно больше знать о вас.
Да, интересное предложение я получил…
Фидель Кастро — это всё же очень серьезная историческая персона. К примеру, мало кто сейчас во всём мире знает Андропова. И за тот небольшой срок, что будет ему отмерен на посту генерального секретаря, не так уж и много народу успеет запомнить, какова фамилия нового генсека Советского Союза. Так что неплохо, конечно, что я с Андроповым лично пообщался, но Кастро явно покруче будет. Про Фиделя Кастро, конечно же, каждый грамотный человек в мире знает. Ну и как-то он гораздо симпатичнее мне, к примеру, чем тот же самый Андропов или Брежнев. Потому что, чтобы он ни делал в своей стране, но он точно не делает то, что приведет к краху его страну. Раз уж и после его смерти Куба остаётся по-прежнему социалистической… Это заслуживает уважения, учитывая, что ресурсов у него по сравнению с СССР кот наплакал… Так что да, с Фиделем я готов встретиться.
  
А Рауль тоже в этом плане неплох. Он же после Фиделя возьмёт на себя бразды власти… Так что сразу пообщаюсь с двумя лидерами — и нынешним, и будущим Кубы.
Да, жену Рауля можно простить за то, что она меня выдернула с пляжа.