Ревизор: возвращение в СССР 44 (СИ)

Ну что же, мы только что выяснили, что в дипломатию мне соваться нельзя… К счастью, иллюзий у меня никогда и не было.
Но в любом случае, даже если бы я был в Москве, а не уезжал на Кубу, на такой прием по поводу Леопольда II я бы точно не пошёл. Мне бы там кусок в горло на фуршете не полез бы. Это же всё равно, как если бы немцы учредили государственный праздник в честь Гитлера. Надеюсь, никогда такого не случится…
  
Но как же странно складывается история: и тот, и другой — виновники гибели десятков миллионов человек. Но одного лидера на родине чествуют, и в честь него существует государственный праздник, а второго заслуженно презирают все нормальные люди, в том числе и в его стране, и в Австрии, откуда он в Германию прикатил. Этот мир явно сумасшедший.
Интересно, когда европейцы свой Евросоюз создавали, ну, не будущий, а в той форме, что сейчас уже есть, и выбрали именно Бельгию для того, чтобы в нём столицу основать, они вообще хоть на минутку задумались, какой глубокий символизм заложен в этом выборе? Сколько немногочисленная бельгийская нация крови пролила совершенно мирных людей… Может, это не совсем то же самое, как говорится, как корабль назовёшь, так он и поплывёт, но что-то в этом есть достаточно зловещее…
— Кто там звонил? Не Маша? — спросила меня Галия, видимо, удивившись тому, что разговор давно закончен, а я всё ещё неподвижно стою около телефонного аппарата.
— Нет, это из бельгийского посольства приглашали на приём 15 ноября.
— Ой, как жаль, — расстроилась Галия, — мы же на Кубе будем, не сможем пойти. А было бы интересно посмотреть, чем там угощать будут.
— Не, мы бы в любом случае не пошли, — сказал я. — Давай я тебе расскажу, почему именно.
Толкнул на пару минут короткую историческую справку по поводу Леопольда II. Галия, которая, как выяснилась, эту мою передачу по радио не слушала, конечно, впечатлилась, с такими круглыми глазами меня слушала, а потом покачала головой и сказала:
— Ну как в честь такого вот человека можно было основать серьёзный государственный праздник? Это же натуральный мерзавец.
— Какой народ, такие и герои, — пожал плечами я. — Бельгийцы очень богаты по сравнению с жителями Конго, из которого они вытащили за время колонизации в пересчёте на современные деньги десятки миллиардов долларов, если не сотни миллиардов. Но что-то ни крошкой из этих средств с жителями этой территории делиться не собираются, только на словах сочувствовать мастера.
— Гады они короче, эти бельгийцы, — жёстко сказала Галия. — Как здорово, что не пойдём мы к ним на этот приём по любому.
Всё ещё качая головой, Галия отправилась на кухню явно чайку попить, пока дети такой шанс дают спокойно. Я уже более расслабленно отправился вслед за ней. Выговорился, полегчало немножко.
И тут очередной звонок. Подумал, конечно, неужто снова в какое-нибудь посольство заманивают? Надеюсь, не в честь какого-нибудь кровожадного европейца в этот раз… Хотя в любом случае это наверняка приглашение на прием в ближайшие несколько недель, а значит, я автоматически его буду отклонять.
Ну нет, лучше бы из какого-нибудь посольства звонили… Взяв трубку, тут же узнал голос Регины.
— Здравствуй, Павел, как твои дела? Спасибо, что ничего никому не рассказал. Я, в свою очередь, тоже нашу договорённость чту, и готова поделиться информацией. Давай как-нибудь встретимся, обсудим всё, что мне удалось узнать. Ну, по тому вопросу, что мы с тобой обсуждали…
— Извини, но у меня скоро уже самолёт. Несколько недель нас не будет. Давай созвонимся уже в декабре, — ответил я.
— Ну ладно, — разочарованно сказала Регина, — хорошего тебе полёта.
— Спасибо, всего доброго, — ответил я сухо и положил трубку.
Галия снова вышла из кухни.
— А теперь кто звонил?
— Да так, один старый знакомый, который хотел со мной встретиться. Достаточно неприятный человек. Опять же, как и с бельгийцами, очень обрадовался, что мы с тобой вот-вот уезжаем.
— Да, — просветлела лицом Галия, — есть в этом что-то здоровское, когда такие приятные совпадения происходят. Кто-то неприятный жаждет тебя увидеть, а ты юркнул на самолёт — и три недели недоступен ни для кого. Вот я так же радуюсь, что не нужно будет смотреть на гримасы Белоусовой…
— Согласен, милая, — сказал я, и мы отправились на кухню попить чайку с печеньками.
* * *
  
Глава 15
 
Больцано, Италия
Селектор щёлкнул, и Тарек услышал голос своей секретарши:
— Господин Эль-Хажж, вам звонок из Сицилии. Некто синьор Джино Моретти, вас соединить с ним?
Ого! — опешил Тарек. Имя мафиози с Сицилии, у которого племянником является молодой человек, обучающийся в Москве, тут же всплыло в его голове. Фамилии он не знал, но вряд ли это простое совпадение. Джино из Сицилии? Да, всё верно, это должен быть он.
Такого поворота Тарек, конечно, абсолютно не ожидал. Он ещё и обдумать как следует всю ситуацию не успел, и уж точно не принял финальное решение по этому вопросу. А тут уже звонок от того самого мафиози.
«А с другой стороны, — подумал он, — это же прекрасный сигнал. Если он сам звонит, значит, он больше, чем я, заинтересован в решении этой проблемы. Пожалуй, раз так всё пошло, то, похоже, моё решение будет по этому вопросу сугубо положительным».
— Добрый день, — взяв трубку, сказал он, когда кнопка селектора снова щёлкнула.
— Добрый день, господин Эль-Хажж. Это Джино Моретти из Сицилии. Мне тут мой племянник Альфредо рассказал, что у вас есть некий определённый интерес к одному предприятию на нашем острове. Вы подтверждаете это?
— Добрый день. Да, пожалуй, я это подтверждаю, — согласился Тарек.
— Но вряд ли нам стоит обсуждать этот вопрос по телефону…
— Полностью согласен, — сказал Тарек.
— Как насчёт того, чтобы встретиться на нейтральной территории? К примеру, в Риме?
— Очень положительно к этому отношусь, — сказал Тарек. — Вы знаете ресторан «Империя»?
— Не знаю, но найду. Завтра в 19:00. Вас устроит там встреча?
— Да, я буду там, — согласился Тарек, попрощался и положил трубку на рычаг. После чего задумчиво хмыкнул.
— Ну почему мне это нужно, я, конечно, понимаю… — произнёс он вполголоса, постукивая пальцами по столу. — А вот почему у этого мафиози вдруг так загорелось решать этот вопрос с моей помощью? Что же там у него, интересно, произошло такое? Настолько ненавидит этого Косту, что решил воспользоваться чужой поддержкой, чтобы с ним разобраться? Обзавидовался тому, какие тот деньги делает на этом заводе? Гадать можно долго…
Но очень хорошо, что Фирдаус сейчас уже в отъезде. В принципе, Тарек и так не собирался вовлекать его в решение этого вопроса. Фирдаус с Дианой должны поехать в Японию — тихое и спокойное место, хотя и странно это представить, если вспомнить ярость самураев во время Второй мировой войны. Но теперь уже вот так всё сложилось. А после рассказа Фирдауса о японской якудза и её тесном сотрудничестве с полицией в Японии, Тарек теперь ещё и понимал, почему это тихое и спокойное место — по крайней мере, для местных и для приезжих. Потому что, судя по рассказу Фирдауса, местным бизнесменам особо не позавидуешь — они вынуждены постоянно платить дань мафии.
Но главное, что моего сына это никак не будет касаться. А может быть, если принять к разработке ту часть плана по поводу якудзы, что предложена Павлом Ивлевым, то с этой самой японской мафией могут ещё сложиться и дружеские отношения. Да ещё и взаимовыгодные.
Тарек уже сходил в библиотеку и взял журналы, в которых были статьи про японскую мафию. Очень уж его заинтересовал рассказ Фирдауса про некие картинки на спинах мафиози. Библиотекарь быстро нашла ему статью, в которой эти мафиози фотографировались в одних трусах. Да, раскрашены они были что надо, прямо тебе ходячие картины: всякие там змеи, драконы, мечи…
  
По идее, если привезти таких на Сицилию, они смогут произвести там должное впечатление на сицилийскую мафию…