Ревизор: возвращение в СССР 44 (СИ)

Фирдаус подъезжал к офису «Роза Россы» в немалом волнении. Ему очень понравился весь тот план по Сицилии, что они вместе приготовили с Павлом Ивлевым, и он очень хотел приступить к его реализации. Покончить с тем бандитом, что начал подрывать их бизнес своими фальшивками, при помощи другого бандита, на которого у них появился выход через Альфредо. Заполучить завод в свои руки, и организовать его охрану посредством той самой мафии, что ранее доставляла им столько проблем. Все это очень и очень интересно… И главное, он был уверен, что план полностью реалистичен. Но что скажет его отец?
  
Мало ли, тому покажется, что они с Ивлевым чрезмерно увлеклись… Или что у них фантазия бурлит через край. Тарек был опытнейшим бизнесменом и прагматиком до мозга костей. Достаточно сказать, что он сумел спасти свой бизнес в годы гражданской войны в Ливане, когда многие богатые люди разорились… И торговал, и воевал в ополчении. О прибыли, конечно, в те годы речь не шла, но зато после войны выяснилось, как мало конкурентов смогло уцелеть, и за следующие несколько лет он резко увеличил свою долю рынка… Фирдаус боготворил отца, и старался учиться у нему всему. Так что у него был большой вопрос — как отец отнесется ко всему их плану по Сицилии?
* * *
Москва
7 ноября мы отмечали в деревне. Благо погода уже три дня была не слишком дождливая, тучи больше пугали, чем проливались реальным дождем, и дорога должна быть вполне проходимой. Так что решили устроить сюрприз бабушкам, и свалиться им как снег на голову. Помня о том, что с утра в деревне проводят праздничные мероприятия по случаю Великого Октября, приехали к двенадцати, когда все уже должно было закончиться.
Сюрприз удался, нас никто не ждал.
— Так вы разве сейчас не должны быть на острове своем в тропиках? — ахнула Эльвира, когда мы с малыми на руках зашли в дом.
— В пятницу вечером летим, бабушка, — улыбнулся я, спустил Андрея на пол и обнял ее.
— Хорошо, что праздник, еды полно. — обрадовалась она. — Только малышам надо что-то приготовить будет, для них ничего нет.
— Не надо, мы сырники им с собой привезли, они их очень любят, — сказала Галия, — ну и еще кое-что наготовили с собой, сейчас Павел из машины все принесет…
Привезли мы с собой тазик оливье, картошки вареной кастрюлю со шкварками, да колбас разных копчёных три палки неразрезанных. Из напитков — водку, кофе и вино. Эти припасы должны были помочь нас прокормить в деревне на тот маловероятный случай, если Эльвира и Никифоровна ничего не приготовили на праздник.
Пока все это таскал, заметил спешащего к нам Трофима. Увидел, похоже, машину нашу издалека и понял, что за гости приехали… Пошел ему навстречу.
Деревня, все же, когда дождей долго нет, прекрасное место для того, чтобы отмечать праздник. Воздух чистейший, тишина после города, деревья еще не всю листву красно-желтую сбросили, осень мягкая, стоят нарядные… Дороги по-прежнему паршивые, но сухие, и по засохшей грязи вообще не проблема перемещаться. Зато такой другой дороги именно с такими узорами шин и следов ног точно нигде в мире нет. Индпошив, так сказать, не то что все эти однотипные ровненькие асфальтовые или бетонные дороги. Можно заодно навыки следопыта развивать, пока идешь, гадать, кто тут прошел или проехал. А когда еще и следы лошадиных или коровьих копыт попадаются, то и вообще праздник…
Встретились на середине пути, поздоровались. Трофим, женившись на Эльвире, дедом мне стал с технической точки зрения, но мы были сдержаны в отношениях, обниматься при встречах не спешили. Так что ограничивались рукопожатием. Мужик он обстоятельный, наблюдательный, как бывший разведчик, и много чего интересного может рассказать. Занятно вышло, что и Эльвира, и Никифоровна нашли себе мужей именно из военных разведчиков… Сколько их полегло за годы войны, не так и много осталось…
Вспомнил, пока молча к дому шли, про то, что Гриша продолжил династию, пойдя в ГРУ. Вдруг мне любопытно стало, пойдет ли Родька, когда подрастет, по пути деда и отца, тоже в военные разведчики? Будут ли Егорыч и Гриша настаивать на этом, или позволят ему самому выбрать свой дальнейший путь?
Вот что означает деревенский воздух, и голова, в кои-то веки свободная от всяких обязательств… Какие только мысли не лезут в голову…
* * *
Окрестности деревни Коростово
Наружное наблюдение, когда в машину Ивлевых загружали тазик и кастрюлю явно с едой, сразу сообразило, что семья куда-то выезжает праздновать. Но офицеры надеялись, что это будет не за пределами Москвы…
Регулярно меняясь с напарниками, они были в курсе о предшествующих маршрутах Павла Ивлева. Он всегда ездил только по городу. За исключением вторника, следить за ним было весьма комфортно. Он ездил по одним и тем же местам, в которых подолгу задерживался, в особенности в библиотеке. Вот во вторник сменщики жаловались, что он их по городу замотал, столько мест посетил в достаточно сжатые сроки… А на прошлой неделе вообще был комфортный день, когда им начальство велело идти присматривать за объектом только во второй половине дня. Из чего они тут же сами сделали нужные выводы — явно объект тесно связан с комитетом, и кто-то из других офицеров позаботится о нем до обеда…
А тут вдруг выезд за город. А за городом следить сложно. Въехать в дачный кооператив или деревню, куда он именно там направится, еще неизвестно, можно, конечно. Но вот задерживаться там никак нельзя, поскольку все друг друга знают, и чужаки там будут как бельмо на глазу. Так что они заехали в Коростово, держась в сотне метров от «Варшавы» Ивлевых, и когда машина объекта остановилась, просто проехали деревню насквозь, выехав за окраину. Постояли за холмом, и затем снова проехали деревню насквозь на своих желтых жигулях — мол, горожане заблудились, и обратно возвращаются… Остановились на обочине у местной речушки, отсюда хорошо просматривалась половина деревни, а самое главное, была видна изба, к которой подъехала машина Ивлева. Сама машина, к сожалению, в поле зрения не попадала. Но дежурить надо было именно тут. Ясно, что объект с двумя маленькими детьми не поедет колесить потом еще куда-нибудь, а будет возвращаться в Москву этой же дорогой.
— Ну все, — сказал старший лейтенант Сурков, — влипли. Теперь он там будут салаты тазиками поедать, а мы тут торчать. И скорее всего с ночевкой…
— Так праздник же, и два выходных, выпьют, как не выпить? За руль нельзя, а объект у нас осторожный и аккуратный. Машину водит как профессионал, правила дорожного движения соблюдает на зависть всем. Как есть с ночевкой встряли… — ответил младший лейтенант Дегтярев.
Чтобы не вызывать вопросы у местных, что они тут торчат как два тополя на Плющихе, достали из багажника припасенные на такой случай удочки, нарыли червей, и закинули удочки в воду. Несмотря на неурочное для рыбалки время, неожиданно начался поклев. Офицеры с азартом принялись таскать одну рыбу за другой. Самую мелкую отпускали, ту, что побольше, выкладывали на траву. Откуда не возьмись появился здоровенный деревенский кот бандитского виду. Сел неподалеку, не сводя глаз с рыбы.
— Долю свою с нас требует, как местный житель, — усмехнулся Сурков и метнул коту рыбешку. Тот ловко поймал ее прямо в воздухе и тут же утащил в кусты. Но судя по звукам, которые оттуда раздавались, далеко не ушел, прямо там и жрал. Скорее всего, рассчитывая потом вернуться за добавкой.
— Рыба прет, как сумасшедшая… Давно уже я на рыбалку не ездил, — заметил Дегтярев.
  
— Место, скорее всего, прикормленное. Удачно мы тут остановились. Да и погода неплохая… Потом еще сбегаешь в деревню, молочка у какой-нибудь бабули купишь, да хлеба с луком. Да отдашь ей рыбу, чтобы не пропала у нас. Эх, уху бы сварить, да котелка нет…
— Мало ли повезет, может и котелок удастся одолжить на время. Деревенские люди добрые, могут и пойти навстречу… Картошку и морковку тоже куплю, тут ее полно должно быть у местных. И лаврушку найду с солью… А может и с перцем повезет.