H.i.d.a. (СИ)
Насильник подходит ко мне и уже замахивается для удара, как сзади за шею его обхватывают чьи-то руки. Короткий хруст ломаемой шеи и все, он словно мешок с картошкой падает на землю выронив железный прут, который откатился к ногам человека, спасшего меня.
— Девочка ты как?! — раздался взволнованный голос
Перед мной стояла невысокого рост женщина, одетая в потертую одежду не первой свежести: порванные протертые джинсы, клетчатая заштопанная рубаха с какими-то пятнами и парой дырок на животе, демонстрирующих бледную кожу, сверху красовалась толстовка с капюшоном, на которую накинули армейскую американскую старую куртку. Такие обычно носят ветераны Вьетнама и других войн, которым не повезло оказаться на улице…
Опять память подкидывает детали, которых не было в моей голове. При этом не желая возвращать все знания полностью.
Лицо женщины, скрытое под капюшоном, было смуглым и чумазым. Белые сальные короткие волосы выбивались из-под ткани. Голубые глаза с настороженностью смотрели в мою сторону.
Я не знаю, могу ли ей доверять, но она только что спасла мою жизнь. Да и нет у меня выбора. В этой странной ситуации, в которой мне даже собственный пол толком не известен, а собственная память не желает давать ответов, сгодится любая помощь. Даже от какой-то грязной бродяжки с улицы… Хотя, если подумать. Я сидящий в луже крови, весьма измазанный и в порванной одежде, смотрюсь еще хуже.
Стоп! Я упускаю из виду очевидную деталь — она убила парня одни движением. Мастерски схватила его за шею сзади и все, он труп. Такому на улице точно не научат…
Да откуда я это знаю?! Что со мной вообще?!
Мне стало тяжело дышать, и я начал чаще хватать ртом воздух, чувствуя, как собственный мозг забил панику. Слезы сами собой брызнули из глаз, а тело расслабилось. Меня начало трясти так сильно, как, наверное, никогда не трясло, если бы я, конечно, помнил.
Женщина перед мной что-то сказала, но я не расслышал. Она откинула с моих ног труп первого насильника в маске, а затем села на одно колено возле меня. Ее рука коснулась моего колена, от чего я дернулся как ужаленный насекомыми.
Моя рука сама собой вытянулась в ее сторону, но ничего не произошло.
— Тише, девочка, все хорошо, — сказала она спокойным голосом показывая мне пустые ладони, — Позволь, тете Виолетте глянуть, что у тебя там.
Я решил довериться ей, в тем более мне самому интересно, что она там увидит.
Ее пальцы прошлись по моему колену, схватили рваный подол платья и медленно приподняли. У меня аж дыхание замерло от напряжения, стоило только увидеть, как ее добродушный взгляд вмиг становится разгневанным.
Может она злится на меня? Что-то не так?!
Но она злилась не на меня. Опустив кусок ткани, она с раздражением пнула труп лежащий рядом, а затем сорвала с него маску.
— Чертовы уроды! — прокричала она, — Знала бы, что вы с ней сделали, не дала бы так легко умереть!
Все настолько плохо там? Что же они сделали?
Почему-то на эти вопросы, моя память упорно молчала не желая отвечать. Видимо, знаний не было. Я же не компьютер с базой данных Википедии.
Повернувшись обратно ко мне и поймав мой испуганно-озадаченный взгляд, женщина одарила меня ободряющей улыбкой, хоть она и была жутко натянутой.
— Не бойся, все хорошо будет, — сказала она вставая.
Я уже было хотел протянуть руку, чтобы она мне помогла встать наконец-то из этой лужи моей собственной крови, но она лишь отвернулась со словами:
— Ты пока полежи, мне нужно тут слегка прибраться, мы же не хотим, чтобы мою девочку копы повязали.
Мою девочку? С каких пор я стал ее девочкой? Может мне и правда начать говорить о себе в женском лице? Так хоть путаться меньше буду.
Пока я лежал в луже собственной крови, женщина схватила мертвое тело первого насильника и оттащила куда-то дальше в другое помещение. Раздался грохот, а затем облако белой бетонной крошки заполонило воздух вылетая из дверного проема. Громкий кашель разрезал нависшую после такого шума тишину, и женщина по имени Виолетта вышла оттуда. Ее старая куртка стала белой, от чего она начала смотреть еще ужасней чем было до этого.
Присмотревшись к походке женщины, я только сейчас понял, что она хромает. Правая нога у нее почти не сгибалась, от чего создавалось впечатление, что она искусственная. Но нет. Сквозь прорехи в штанах, можно было увидеть грязную кожу. И это все. Вся одежда была такого большого размера, что скрывала ее фигуру, не позволяла увидеть настоящее очертание тела. Почему-то этот факт, стал заметен мне только сейчас при детальном рассмотрении. И я удивлен, что вообще смог подметить эту деталь… Хотя, мне кажется, что я устаю удивляться уже. Мозг перестал эмоционально реагировать на все странное происходящее в этот ужасный для меня день. Стало так все равно, что со мной будет происходить дальше…
Наверняка, я просто потерял слишком много крови. От того и вялость такая нахлынула на меня.
Опять ответ появился в голове сам собой, но вместе с ним до моего сознания словно, дотянулось нечто странное. Я ощутил некую силу. Как в тот момент, когда она начала прорастать внутри меня подобно ветвям дерева, или даже больше напоминая виноградную лозу, а затем сплелась с чем-то еще. Вот тут как раз и настал момент прозрения. Память подкинула мне, что использованные мной силы были моей врожденной способность. Умение призывать предметы — моя способность. Вот только призываю я их не на долго, и не большого размера. Обычно это были бесполезные вещи: коробок спичек, ручка или карандаш, пачка сухариков или сигарет, презервативы. Все. Ничего сложного или навороченного в плане создания. Призвать пистолет способный сделать больше одного выстрела для меня нечто поразительно, память подсказывает, что раньше никогда такого не было. Моя сила не была такой мощной…
Хотя она и остается не такой мощной. Я до сих пор не могу призывать нужные мне вещи, всегда это сопровождается диким рандомом, как бы не старался фокусироваться. Нет, в прошлом я именно фокусировалась. Почему-то эти воспоминания четко отдают женскими эмоциями и впечатлениями. Как в этом все вообще разобраться?
Вторая способность, самая основная которая появилась первой — усиление. Усиливает все способности, которые я пожелаю. В моем собственном теле, она же и усилила “призыв предметов”, сделав его мощнее. Теперь можно призывать сложные устройства и оружие, а также если сфокусироваться и направить эмоции в нужное русло, как в тот момент, когда я призвал пистолет, то можно получить конкретный предмет. Вот только тогда, способность быстро перестает работать. Словно от призыва чего-то конкретного сильно перегружается мое тело и мозг.
Опять же. Воспоминания о способности “усиление” несли на себе отпечаток мужской личности. Я чувствовал, эту личность. Прямо сейчас она же и была моей, а вот тело нет. Именно так. Моя личность была чужеродна этому женскому телу, но благодаря способности связь между ними усилилась и стала крепче. Радует.
Но кем я был в прошлом? Как оказался в этом теле? И кому оно принадлежит?
Опять вопросы без ответов, на которые моя память никак не желает реагировать.
Тем временем пока я пребывал в собственных раздумьях, Виолетта оттащила тело второго парня в комнату, вновь раздался грохот, а затем она вышла наружу, отряхивая одежду с некой довольной улыбкой.
— Ну вот с самым сложным покончили, — подошла она ко мне.
Она протянула мне руку, давая понять, что надо подниматься.
Встав на свои трясущиеся ноги, по которым струилась кровь, заставляя ткань порванных колготок прилипать к ногам, я прислушался к ощущения женского тела. Живот и все, что ниже болело, но уже не так сильно. Наверное, я пока не двигался, а может мои чувства притупились из-за кровопотери. Голова кружилась, перед глазами двоилось.
— С-па-си-бо, — язык слушался меня с трудом.
Во рту все пересохло, губы болели. Наверняка, насильники били это тело по лицу, а может и того хуже. Даже думать не хочется, сразу тошнота подступает…