Карнавал Хилл (ЛП)

— Я никуда не уйду, — пообещала я, закрывая конверт убедившись, что все мои наличные на месте. — Тебе не нужно беспокоиться об этом.
Лютер кивнул, принимая мои слова, и я соскользнула с капота машины, направляясь к выходу.
— Тебе там небезопасно, когда Шон все еще прячется в тени, — крикнул Лютер, шагая в ногу со мной и указывая на свой грузовик, который был припаркован снаружи. — Давай я подвезу тебя домой. Фокс все равно сходит с ума из-за того, что ты ускользнула от его парней снова.
  
— Ты знаешь об этом? — Спросила я.
— Да. И не волнуйся, я сказал ему, что ты выполняешь для меня работу, так что он не громил Коув в поисках тебя. Но я должен доставить тебя домой целой и невредимой.
Я кивнула, забираясь в его грузовик. На мгновение я подумала, не попросить ли его отвезти меня в «Парк Отбросов» вместо «Дома-Арлекинов», но придержала язык. Сегодня мне нужно было еще кое-что сделать, и у гнева, пылающего внутри меня, не было никаких шансов утихнуть, пока я с этим не разберусь.
Лютер подвез меня ко входной двери, и я воспользовалась своим ключом, чтобы войти внутрь. Тьма во мне нарастала с каждым шагом, по мере того как я уходила в себя.
Фокс и Джей-Джей сидели за кухонным островком, когда я вошла, и они оглянулись на меня с облегчением во взгляде Фокса и едва скрываемой яростью в глазах Джей-Джея, которого, как я догадалась, вызвали домой после моего исчезновения.
Впрочем, мне было плевать, злится ли он на меня за то, что я сбежала. На самом деле мне было абсолютно насрать на него. Если для него я была не более чем клиенткой с неоплаченным счетом, то для меня он был лишь воспоминанием о давно потерянном мальчике.
Фокс заключил меня в свои объятия, и маленькая частичка моего сердца дрогнула, когда его знакомый запах окутал меня, и мое сердце заныло от желания найти в нем утешение. Но это была ошибка, которую я совершила с Джей-Джеем. Я впустила его, и теперь он снова бросил меня. Я больше не могла быть игрушкой для этих мальчиков и их непостоянных эмоций. Я не могла продолжать впускать их, когда все, что они когда-либо делали, — это причиняли мне боль.
Просто будь хорошей маленькой шлюшкой, и у нас не будет никаких проблем, правда, сладенькая? Голос Шона эхом отдавался у меня в ушах, и я знала, что он что-то видел во мне, когда говорил со мной подобным образом. Он видел мою ценность, и она сводилось к тому, что находилось между моих бедер, и к тому, насколько он мог контролировать это. И похоже сейчас эти мужчины видели во мне тоже самое.
Я высвободилась из объятий Фокса, опустив взгляд к своим ногам и пытаясь не прислушиваться к нахлынувшим воспоминаниям. Ко всем худшим мыслям и чувствам, которые я когда-либо испытывала к себе, и все способам, которыми Шон давал мне понять, что он думает обо мне.
Это было больно. Это было чертовски больно, потому что теперь я видела в них его. Джей-Джей не думал, что я стою больше, чем те деньги, которые были у меня в заднем кармане, и я все еще пыталась понять, зачем я понадобилась Фоксу.
— Ты в порядке, колибри? — Спросил Фокс, похоже, уловив мое настроение без моих слов. — Хочешь, я приготовлю тебе ванну или что-нибудь в этом роде?
— Да, — согласилась я, подавляя свой гнев на Джей-Джея, потому что, конечно, я не могла просто сказать Фоксу, почему я была так зла на него, из-за всех этих дерьмовых секретов, которые мы хранили. — Это было бы здорово.
— Я займусь этим. — Фокс поцеловал меня в макушку, и я была так рада, что он обуздал свою безумную реакцию на мое исчезновение, что на секунду поймала его руку в свою, коротко сжав его пальцы, прежде чем заставить себя отпустить его.
Фокс поколебался, взглянув на Джей-Джея, как будто на каком-то уровне мог почувствовать напряжение, накаляющееся между нами, но затем просто повернулся и направился наверх.
Дворняга быстро лизнул мою лодыжку, а затем повернулся и уставился на Джей-Джея, его верхняя губа приподнялась в оскале, как будто он тоже чувствовал эту неприязнь.
— Тебе не следовало так убегать из клуба, — прошипел Джей-Джей, как только убедился, что Фокс находится вне пределов слышимости.
— Ну, ты не оставил мне особого выбора, — ледяным тоном ответила я, подходя к нему и вытаскивая конверт из заднего кармана. — Мне нужно было убедиться, что ты получишь деньги за всю свою тяжелую работу. — Я шлепнула конвертом ему по груди, и он автоматически поймал его, уставившись на наличные, когда несколько стодолларовых купюр упали на пол от удара. — Теперь мы в расчете, да?
— Роуг… — начал он, хватая меня за запястье, когда я попыталась отвернуться от него, но я прервала его, развернувшись, чтобы свирепо взглянуть на него.
— В чем дело? Ты надеялся на чаевые? — Спросила я насмешливым тоном. — Потому что должна сказать, Джонни Джеймс, мне кажется, ты завышаешь цену. Так что не волнуйся, я не вернусь за повторным обслуживанием в будущем. Но я уверена, что теперь ты доволен, что получил от меня то, что хотел.
Его губы приоткрылись, и что-то в его взгляде пронзило мое сердце, но мне было все равно, и я не хотела этого слышать. Он сделал этот выбор, когда свел все наши отношения к детализированному счету.
— Пошел ты, Джонни Джеймс, — прошипела я. — Все, что ты сделал сегодня, это доказал мне, что я была права, когда сказала, что никогда не хотела сюда возвращаться. Я надеюсь, что эти деньги помогут тебе компенсировать то, что ты потерял, когда начал отказывать клиентам из-за меня, но не волнуйся — теперь ты можешь вернуться к своей обычной работе.
Я отвернулась от него, выдергивая свое запястье из его хватки, и бросилась за Фоксом, игнорируя Джей-Джея, когда он позвал меня обратно, и молча поблагодарив Дворнягу, когда он нырнул между нами, чтобы помешать ему снова схватить меня.
Слезы жгли мне глаза, и я знала, что сегодня ночью мне не удастся избавиться от кошмаров. Потому что все, ради чего я работала, пошло прахом. Чейза больше нет, Джей-Джей покончил со мной, и я никогда не смогу стать такой, какой хотел меня видеть Фокс. А Рик… Господи, Рик, возможно, был даже более испорчен, чем я, и я знала, что меня никогда не хватит, чтобы исправить его.
Фокс уже собирался выйти из моей комнаты, когда я ворвалась в дверь, и когда он подхватил меня на руки, мой самоконтроль рухнул. Мои губы нашли его, и из меня вырвался всхлип, когда слезы покатились по моим щекам и тоже встретились с его кожей.
Фокс застонал, уступая тому, что я от него требовала, его сильные руки обвились вокруг меня и притянули ближе, когда он поцеловал меня в ответ.
Я обвила руками его шею и углубила поцелуй между нами, когда вскочила и обвила ногами его талию. Он поднес меня к стене и прижал к ней, а его бедра двигались между моими бедрами, заставляя меня стонать.
Мне нужно было остановиться. Это было эгоистично и глупо, и от этого стало бы только хуже, потому что я все еще не могла быть такой, какой он хотел меня видеть. Но когда его язык прошелся по моему, я поймала себя на том, что хочу быть такой. Это было все, чего я когда-либо хотела. Быть для него и для всех них всем, чем они были для меня. Но это была не та реальность, которой я когда-либо смогла бы овладеть, и я не могла дать Фоксу обещание, в котором он нуждался.
— Я не могу, — всхлипнула я, заставляя себя прервать наш поцелуй, даже когда мои ногти впились в его шею сзади, и я начала сжимать в кулаке его футболку. — Если я не остановлюсь сейчас, то не остановлюсь вообще. Пожалуйста, не позволяй мне причинить тебе такую боль, Фокс, — прошептала я, когда он начал целовать мою шею, и от ощущения его рта на моей коже все мое тело загорелось.
Он замер, услышав мои слова, вздохнул, впитывая их, и медленно отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза.
— Я больше беспокоюсь о том, чтобы не причинить тебе боль, пока ты в таком состоянии, — пробормотал он. — Но я обещаю, что это не зайдет дальше, если ты позволишь мне остаться с тобой сегодня вечером. Я не знаю, что случилось, но эта боль в твоих глазах причиняет боль и мне, колибри. Позволь мне позаботиться о тебе.