Карнавал Хилл (ЛП)

Она была права. Я чувствовал отсутствие своих братьев так, словно из моего сердца вырезали кровавые куски, но я был готов вынести эту боль, в своем стремлении отомстить им. Я был сломлен давным-давно, мальчишкой, ставшим изломанной иллюзией мужчины. Но раньше это никогда не имело значения, потому что я знал, что уничтожение их, в свою очередь, уничтожит меня. Я был готов пойти ко дну вместе с кораблем, но теперь в дело вмешалась Роуг, и она тоже была на этом корабле, и вода уже прибывала.
  
— Скажи мне, что я могу сделать, — умолял я. — Скажи мне, что есть способ залечить эту рану в тебе, и я это сделаю. Что бы это ни было, малышка.
Я отпустил ее горло, проведя большим пальцем по ключице и взяв в руку ее ожерелье, прежде чем дотронуться до ключа. — Это оно? Тебе нужны остальные ключи, ты хочешь отомстить?
— Я больше не знаю, — выдохнула она, ее слезы высохли, и вместо этого ужасное оцепенение наполнило ее взгляд, когда она прислонилась к двери. Она выглядела так, словно ей было все равно, и это было худшим, с чем я когда-либо сталкивался. Потому что Роуг Истон была полна жизни до краев, ее волновало все и вся, и она несла с собой солнечный свет, куда бы ни шла. Но свет этой девушки гас, а во мне не осталось достаточно огня, чтобы разжечь ее пламя.
Я собрался отойти, ненавидя себя за то, что подвожу ее, но она схватила меня за воротник и притянула к себе. Ее губы встретились с моими, и она заговорила между поцелуями, пока мое сердце билось от желания обладать этой девушкой. — Если завтра взойдет солнце, мы будем смотреть на него вместе, — сказала она с придыханием. — А если этого не произойдет, мы падем во тьму рука об руку, Маверик Стоун. Так что не смей убегать от меня.
Я просунул свой язык ей в рот, прижимая ее к склепу и поднимая предплечье над ее головой, пока целовал ее медленно и глубоко, пытаясь сказать ей все слова, одним лишь этим поцелуем.
Я буду рядом, пока она будет нуждаться во мне, и сломаюсь вместе с ней, если это её судьба. Но я вдруг испугался того пути, по которому мы шли, потому что, как только мы вскроем этот склеп и выпустим наши секреты на свет, ее слова станут явью.
Но если Фокс и Джонни Джеймс падут с небес, мы с Роуг тоже упадём вместе с ними. И ничто уже не сможет спасти ее.
Мне не очень-то нравился Кайзер Роузвуд, но мне нравился его летний домик, и его подвал, и его виски, и то, как легко он проглотил мою ложь. Он думал, что мы лучшие друзья, думал, что он имеет на меня влияние, так что, когда я возглавлю Сансет-Коув, я буду очень мил с ним, позволю ему продолжать строить маленькую империю, которой он собирался править.
Но на самом деле я не был ничьим другом. Мне просто нравился этот дом, очень нравился. Настолько, что я решил сделать его своим собственным домом, когда придет время. Пока же я позволял ему думать, что я у него в кармане, брал его деньги, трахал шлюх, которых он привозил сюда по выходным, и спал в его летнем домике, когда мне вздумается. Он сказал, что я могу остаться в поместье, но мне не нравилась вонь его лосьона после бритья, которая сохранялась в доме, и скучные рассказы его жены о работе в кабаре в Вегасе. Может быть, я нагнул бы ее над чем-нибудь перед тем, как снести ее мужу голову, чтобы насладиться ужасом в его глазах, когда я буду трахать его жену, но я полагал, что единственное удовольствие, которое я получу от этого, будет садистским.
В любом случае, я решил прогуляться по территории Кайзера после того, как он прямо сказал мне, чтобы я не показывался сегодня вечером в поместье. Это вызвало у меня несколько тревожных звоночков, и любопытный малыш во мне не мог удержаться, чтобы не взглянуть. Так что представьте мое удивление, когда я обнаружил Фокса Арлекина, входящего в парадную дверь с моей девушкой под руку, а некоторое время спустя появился и его бывший брат Маверик Стоун. Интересно, это было чертовски интересно.
Оказалось, что я был не единственным с кем Кайзер поддерживал отношения. Наверное, я не был удивлен, что он разделил свои ставки между нами, чтобы быть уверенным, что в любом случае выйдет победителем, когда война закончится. Проблема была в том, что Кайзер не пускал моих людей на свою территорию, и каким бы гостеприимным он ни был по отношению ко мне большую часть времени, я знал, что он без колебаний натравит на меня своих приспешников, если мой палец дрогнет на спусковом крючке дробовика и я случайно снесу Фоксу голову с плеч во время его вечеринки сегодня вечером. Поэтому я решил залечь на дно и вместо этого собрать немного информации.
Я последовал за Роуг и Мавериком на кладбище на краю участка и теперь прятался в тени за высокой статуей ангела, не сводя с них глаз.
Пока я там стоял, я понял три вещи:
В этом склепе было что-то чертовски важное, и теперь я был крайне заинтересован в этом.
Маверик был грязным ублюдком, и мне было приятно воочию увидеть, насколько он сломлен.
Роуг, как и ожидалось, оказалась маленькой шлюшкой, и Фоксу вряд ли понравилось бы узнать, что его девушка трахается с врагом.
Я обдумал эти факты и медленно проглотил каждый из них. Я никогда не действовал опрометчиво или эмоционально в ситуациях — эмоции были для более слабых личностей. Нет, я выжидал, пока все встанет на свои места, чтобы нанести максимальный ущерб и создать драму. Так что пока я поразмышляю над тем, что узнал.
Роуг сняла подвеску со своей шеи, стянув ее через голову, и мои брови изогнулись, когда она взялась за ключ на ней. Она сказала мне, что это ключ от винного шкафа ее бабушки, но, если только этот шкаф не находился внутри того большого склепа, я должен был заподозрить, что она солгала, потому что пока я наблюдал, она вставила этот ключ в один из замков, и он подошел как влитой. Они немного поговорили, а затем Маверик засунул свой язык в рот Роуг, пока она плакала, и я наполовину надеялся, что он начнет трахать ее, чтобы я мог снять видео, которое разобьет сердце бедному Фоксу. К сожалению, они оторвались друг от друга и пошли обратно к дому, а я смотрел вслед своей маленькой шлюшке с пульсирующим членом и ухмылкой на губах.
Возможно, сегодня вечером я поеду в город с несколькими своими людьми, соберу несколько шлюх и отвезу их в лес, где буду трахать их до рассвета. Да, мне нужна была разрядка, и у меня была подаренная Кайзером бутылка виски, которое я с удовольствием слизал бы с чьих-нибудь упругих сисек.
Когда я убедился, что они ушли, я направился к склепу, осмотрел дверь и провел пальцами по пяти отверстиям для ключей. У Роуг был один ключ, так, где же остальные четыре?
Я начал смеяться, когда понял, у кого может быть ответ на этот вопрос. Мой маленький мальчик с прекрасными глазками в подвале Кайзера. Когда вечеринка закончится, я нанесу ему визит и посмотрю, смогу ли я расколоть его раз и навсегда. Хотя, я не буду спрашивать его о ключах, пока он не начнет петь о своем любимом Фоксе. Я должен разыграть все правильно, потому что Чейз закроется плотнее, чем задница моллюска, если я раскрою слишком многое. Конечно, он уже был на пределе, так что мне действительно пора бы уже вскрыть его ножом.
Я был терпеливым человеком, но мы не могли играть в эту игру вечно. Мне нужна была информация, иначе придется от него избавиться. Наверное, я пока медлил, потому что мне действительно нравилось быть центром его жалкого мира, нравилось чувство власти, которое я испытывал, вонзая нож в его плоть, и, боже, как я обожал этот вызов. Красивые глазки, как оказалось, совсем не дорожил собой, что делало его либо печальным глупцом, либо более храбрым, чем любой мужчина, которого я уничтожал прежде. Размышляя о нем, я крутил кожаные браслеты на своем запястье, которые украл у Чейза — мои «Чейслеты», если угодно.
Я постепенно увеличивал уровень пыток, которым подвергал его, достигая прекрасного крещендо, которое запланировал. Когда я закончу ломать его и оставлю шрамы как на внешней, так и на внутренней стороне его плоти, я попрошу одного из своих людей записать, как я засовываю бомбу ему в рот, а затем отвезу его в лес.