Карнавал Хилл (ЛП)

Я был так сыт по горло этой игрой, необходимостью наблюдать, как Роуг выглядит так, словно вот-вот развалится на части. Я лопнул их маленький пузырь, и теперь я был плохим парнем, наказанным за то, что слишком сильно любил ее и не видел ослепительно очевидной правды прямо перед собой. Что я не был ее конечной целью.
Она сама сказала мне, что не хочет быть моей. И все это время я просто думал, что она имела в виду «пока нет», хотя на самом деле она говорила «потому что я принадлежу кое-кому другому» двум другим, как оказалось.
  
Маверик подошел, забирая текилу у Роуг и делая большой глоток, прежде чем передать ее обратно, нахмурив брови. Похоже, его игра больше не доставляла ему удовольствия, и я перестал бороться со своими оковами, потому что просто чувствовал боль своего разбитого сердца и жаждал разрядки в крови, которая ничего не исправит.
— Ладно, ладно, тогда игра окончена, — сказал Маверик. — Если вы оба собираетесь быть такими угрюмыми по этому поводу, тогда пойдемте со мной. У меня есть кое-что, что поднимет вам настроение. — Он мотнул головой, и они снова надели кроссовки, а затем он вывел их из комнаты, и они ушли за пределы видимости камеры.
Я опустил голову, когда тьма просочилась в мой мозг и поглотила весь свет. Это был нескончаемый туман боли, обиды и предательства, окутавший мое тело и оставивший меня потерянным.
Мой пульс забился неровно, когда я внезапно услышал приближающиеся шаги, а минуту спустя дверь открылась и в комнату вошел Маверик.
— Эй, Фокси, тебе понравилось шоу? — он усмехнулся, и рычание сорвалось с моих губ.
— Что? — Роуг ахнула, протискиваясь мимо него и резко останавливаясь, когда заметила меня, привязанного к креслу.
Ее взгляд метнулся к экрану, который был передо мной, она увидела, что на нее смотрит бар, в котором они только что были, и на ее лице отразился ужас осознания. Я почувствовал ее боль в тот момент, и, несмотря на ее ложь, мне все еще больно из-за этого. Она, очевидно, думала, что в Маверике еще можно было найти что-то хорошее, но теперь она могла точно видеть, каким человеком он был. Тем, кто использует ее, пожирает все, что она может предложить, и выплевывает это обратно, как будто это ничего не стоит.
— Какого хрена, Маверик?! — Рявкнул Джей-Джей, протискиваясь мимо него и в тревоге направляясь ко мне.
Маверик громко рассмеялся. — Ему это было нужно. Это экспозиционная терапия. Именно ее я ему и устроил.
Джей-Джей попытался развязать меня, а я продолжал смотреть на Роуг, кровь стыла в жилах, и в ушах звенело имя Маверика, словно песнь убийства.
Роуг покачала головой, не веря в эту ситуацию, ее глаза блестели от непролитых слез, которым она отказывалась дать выход. Она набросилась на Маверика, отвесив ему сильную пощечину, но он только рассмеялся громче.
— Да ладно тебе, красавица, — попытался он, но его смех оборвался от вулканического выражения ее лица.
— Как давно ты здесь? — Джей-Джей отчаянно спросил меня, но я не ответил, я даже не смотрел на него, мой взгляд был прикован к Маверику, пока я ждал, когда меня освободят. Потому что я собирался убить этого ублюдка раз и навсегда. От меня не осталось ничего, кроме кровожадности, и ей нужен был выход.
— Фокси выбросило на берег моего острова, и он нуждался в спасении. Возможно, я воспользовался его телефоном, а возможно, и нет, чтобы вы все не волновались, — признался Маверик. — И чтобы донести до старого доброго папочки несколько банальных истин.
— Ты сумасшедший, — рявкнул Джей-Джей Маверику, который только пожал плечами.
Роуг толкнула его в грудь с рычанием на губах. — Ты использовал меня! Ты гребаный мудак. Как ты мог?
Взгляд Маверика снова переместился на нее, и вспышка беспокойства скользнула в его взгляде, когда он заметил обиженное выражение ее лица. — Все было не так.
— А как же тогда было? — Джей-Джей набросился на него, отказываясь от попыток освободить меня и шагая обратно к Маверику с расправленными плечами. — Потому что мне чертовски ясно, что ты сделал, ублюдок. — Он замахнулся на Маверика, и тот получил удар в лицо, отшатнувшись на шаг назад и вытирая разбитую губу.
Его глаза превратились в две темные могилы, и он с ревом бросился на Джей-Джея, навалившись на него всем своим весом, так что они рухнули на пол.
— Пошел ты, кусок дерьма, — прорычал Маверик, когда они покатились, нанося удары кулаками и сражаясь с яростью диких собак.
Роуг достала складной нож, который я ей подарил, и шагнула вперед, на нем сверкнуло имя Маверика, и почему-то я возненавидел то, что этот клинок, вероятно, значил для нее сейчас. Когда-то он тоже значил и для меня, но, черт возьми, если это меня еще волнует.
— Как долго ты здесь? — Она пыталась перерезать веревку, удерживающую меня, и в ее глазах расцвела боль. И на секунду сокрушительная ярость в моей груди уступила место боли во мне, которая была зеркальным отражением ее.
Она раскалывалась изнутри, эта ситуация сокрушала ее так же, как и меня. Но когда ее взгляд встретился с моим, я отвел глаза, отворачивая голову, а моя челюсть сжалась. Все хорошее, что было между нами, было разрушено, и не было больше будущего, в котором мы могли бы быть вместе.
— Какая разница? — Пробормотал я, и у нее вырвался сдавленный звук, но она не ответила.
Это было хуже всего — терять ее снова, и на этот раз зная, что это навсегда. Не было пути назад от того, что они все сделали, от того выбора, который они все сделали. Она выбрала мальчиков, которых хотела, и это был не я. Так что мне пришлось попытаться собрать то, что осталось от моей гордости, и откланяться, но сначала мне нужно было свести счеты. Маверик причинил мне зло, играл со мной в этой комнате, и за это нужно было заплатить определенную цену.
Веревка наконец лопнула, и я вскочил на ноги. Рука Роуг схватила меня за запястье, и складной нож упал на пол, когда я посмотрел на нее твердым взглядом.
— Я никогда не хотела, чтобы это произошло. Мы можем это исправить, — умоляла она, и семя тоски внутри меня дало ростки, умоляя меня выслушать, каким-то образом найти способ простить ее. Но внутри меня было и более темное семя, которое выросло в мстительного зверя, и оно пропитало другое семя ядом, уничтожив его корни и все остальное.
— Нас больше нет. — Я выдернул свое запястье из ее хватки и повернулся к ней спиной, шагая туда, где Маверик душил Джей-Джея на полу, и обхватил его горло предплечьем.
Я оттащил его от Джей-Джея, крепко прижимая его спиной к своему телу, а другой рукой зафиксировал его удушающим захватом и сжал так сильно, как только мог. Маверик яростно отбивался от моей хватки, а Роуг начала кричать, наваливаясь на меня всем весом, и внезапно Джей-Джей тоже оказался на мне, повалив меня на пол, так что я потерял контроль над Мавериком.
— Остановить! — рявкнул Джей-Джей. — Давай просто поговорим об этом.
Он навалился на меня всем весом, позволяя Маверику встать и расхаживать передо мной, как волку, жаждущему добычи.
— Отвали от меня, — прорычал я Джей-Джею, отталкивая его, но он боролся сильнее, чтобы удержать меня. Я потерял Роуг из виду, когда Маверик впился в меня взглядом, и яд проник в мою кровь.
— Что ты собираешься делать, Фокси? Убьешь меня? — Язвительно заметил Маверик. — Это не заставит ее хотеть тебя, брат. Это только заставит ее возненавидеть тебя еще больше.
— Я все равно ее потерял! — Рявкнул я. — Так какая разница?
— Ты разобьешь ей сердце, — прошипел Джей-Джей, глядя на меня сверху вниз и прижимая ладонь к моей груди. — Опять. И тебе не кажется, что мы все уже достаточно сделали этой девушке? Тебе не кажется, что она заслуживает большего?
Я тяжело дышал сквозь зубы, когда его слова проникли в мою голову, и перестал так усердно бороться, чтобы встать. Он был прав, я не хотел причинять ей боль, но я действительно хотел убить Маверика и покалечить Джонни Джеймса. Я смотрел в темно-карие глаза своего брата, чувствуя, как предательство и боль расползаются у меня под кожей.