Не последний Маг Воздуха (СИ)

— Ну, говоришь ты красиво, тут не поспоришь, но в деле я тебя еще почти не видела, — хмыкнула Суюки, — и твою справедливость и мораль, о которой ты любишь иногда поговорить — тоже.
  
Часть 3
 
Что я могу сказать спустя буквально сутки пути? Суюки знает, как выживать в лесу, грубо говоря, пусть мы идем и по дороге, но только в теории.
Хотя, что уж там говорить — у меня у самого практики почти нет. Но в пути я был не раз и не два. Так что всё, что нужно, собрал, на себя и на девушку нагрузить не забыл — джентельменство работает, только когда надо, поэтому пусть тащит. Я и так весь паёк себе засунул.
Идти было довольно легко, под пикировку, в которой всегда проигрывала Суюки, ввиду недостатка опыта. Как ни крути, но ей до этого не приходилось мироточить сарказмом. А тут на тебе, надо же как-то показать, что ты «фи» и вообще «фу», а, блять, сложно.
Хотя и нормальные диалоги у нас тоже были, как без них. Нормально так говорили, обсуждали разные темы, а чем ещё заниматься в пути?
— Скажи, почему ты повсюду таскаешь с собой зажигалку? Ты же маг Огня, — подняла вопрос девушка, когда мы сидели на привале, вокруг костра, который я и разводил этой самой зажигалкой.
Я же сидел в типичной позе «культиватора» и культивировал синий корень поднебесного уровня красного тигра… Просто гонял ветерок, конечно. Тренировался, так сказать, учился, потому что мой магический уровень меня не устраивает совершенно. В последнее время пришла какая-то странная мысль в голову: а что, если острый ветер, который уже вполне прилично режет деревья… обернуть вокруг рапиры? Чтобы вполне себе махать ей, как джедайской палкой, и прорубать вообще любой предмет.
Почему-то мне кажется, именно по этой причине маги воздуха раньше и использовали рапиру. Хотя в этом ещё предстоит разобраться, что там происходило. С какой-то стороны понятно — маги воздуха, которым отрубает кукуху и все чувства, становятся теми еще берсерками без боли, страха, сострадания, и учитывая очень неприятные элементы, то становились они ещё теми потрошителями. И решили, а возможно заставили их, уйти в горы в буквальном смысле. И вести кочевой образ жизни, почти не спускаясь к обычному люду. И потихоньку боевую часть стали забывать — а хуле им там, никто всё равно не дотянется.
А вот как, дотянулись-таки. Интересный вопрос только, как…? Ох, чую без магов земли там не обошлось никак. Вот только смысл магам земли вырезать воздушников? Они не мешают от слова совсем, в плане территорий.
А вот если начинать военные действия, то такой в теории боевой народец можно было бы и вырезать… Но маги земли вроде как тут потерпевшая сторона, правда же? М?
Даже наша пропаганда утверждает, что напал именно народ Огня, правда там сразу куча оправданий, ну в плане, они полностью правдивые, но всё ещё оправдания.
По идее, если бы был хоть намек на то, что, мол, Земляки первые напали, мы вообще защищаемся и так далее, то это должны были во всех учебниках писать и везде кричать? Хотя надо учитывать, наверное, менталитет Народа Огня, где сила — всё. Может быть в этом и дело? Не хотят показывать хоть какую-то слабость Созина и Народа Огня. Сами мол напали, ради жизни нашей нации и так далее.
Сколько вопросов и каждый открывает только ещё большее количество…
— Кира? — еще раз позвала меня Суюки, потому что я, всё ещё медитируя, опять упал в свои мысли, — ты уснул?
— Нет-нет, — открыл я глаза, — что говоришь? Зажигалку зачем я ношу… ответ прост — я не могу создавать пламя. Я же по всем проверкам не маг огня, на самом деле. Поэтому и мечником стал, чтобы потом в процессе обнаружить, что кастрированным методом я таки могу покорять огонь.
— Угу, а чё все тогда на твой огонь смотрели как на саму… самого Агни, вроде? — хмыкнула Суюки, но так, без огонька. Устала девочка за день, не до яду в голосе.
Выглядела она не важно, видимо действительно устала — сидела перед огнем, прижав ноги к туловищу и втыкала в пламя. Я даже мой плащ, несмотря на протесты, ей отдал. Мне то че — у меня ветерок температуру держит, а она, не дай Агни, простудится во время нашей вылазки и всё, накрылись планы.
 
— Потому что мой огонёк синий. А это редкость, вот и смотрели, опасаясь немного, — ответил я, слегка улыбнувшись, — да и слухи, я уверен, добавили мне пафоса и брутальности. Пиратов мы, конечно, здорово покосили, но сказки про меня слишком преувеличены. Хотя мне нравится, как звучит «Кира», и весь этот флёр вокруг этого образа, если говорить честно.
— Ещё бы, — опять хмыкнула Суюки.
На этом диалог и завершился в принципе — я пошел опять медитировать, а воительница завернулась в спальник и пошла спать.
А мне неожиданно стрельнула в голову мысль, проверить предел моей магии Воздуха. Насколько меня хватит? Что я могу сделать? Довольно детское желание, но когда ещё, если не сейчас? Отойти подальше в лесок и пыхнуть стихией.
Это я и решил сделать, отойдя на приличное расстояние, оставив всё, даже рапиру, в лагере.
Была уже в принципе глубокая ночь, единственным источником света была полная луна, лёгкий ветерок переодически трепетал листья, а где-то в далеке были слышны волчьи завывания. И я стоял посреди всей этой красоты и сосредотачивался.
Вдох.
Выдох.
Моё внутреннее торнадо вырвалось наружу, не имея перед собой никаких искусственных ограничителей, которыми я дозировал силу, ветер начал закручиваться вокруг меня, не теряя своих бритвенно острых свойств, сначала на метр вокруг меня, на два, на три.
Несколько секунд, и я стою посреди огромного торнадо, задрав руки вверх для более лучшего контроля и каким-то пустым взглядом разглядываю, как моё творение перемалывает абсолютно всё в десятках метров вокруг.
Деревья, камни, земля и даже мелкая живность — всё это переминалось в огромной мясорубке в мелкие-мелкие частицы, почти пыль, песок, который и помогал же перетирать другие объекты.
Это было одновременно завораживающе красиво и страшно. Один маг, если отключить тормоза, может вызвать такой вот локальный апокалипсис, а ведь будь это посреди города — ничего бы не изменилось, только объекты, которые бы переминались.
По идее надо было бы остановиться, сказать себе хватит и уйти спать, но я захотел выжать себя до конца, чтобы каждая капелька силы или магии, или чего там, вышла окончательно. Я закрыл глаза и полностью сосредоточился на буре в голове, стараясь её усилить. Подключил всю свою фантазию, отрекся от мира вокруг, и торнадо в моей голове начало крутиться быстрее, расширяться и яростнее биться об какие-то невидимые рамки, а я начал чувствовать, как усталость резко упала на мои плечи тяжелым грузом, который увеличивался с каждой секундой.
И тут я открыл глаза.
Буря вокруг меня была столь сильна, что подняла меня в воздух на приличную высоту, столь высока, что тучи на небе стали распадаться и всасываться в торнадо, столь быстра, что новые ошмётки окружающей среды я уже не мог разглядеть — так быстро они крутились вокруг.
И тут вес усталости на моих плечах меня пересилил, и я отпустил контроль. Я думал, что всё исчезнет, просто затихнет, но, к сожалению, это так не сработало.
Абсолютно ничего не изменилось: я задал старт и запустил лавину, которую сам же не в состоянии остановить. Я находился в центре этой бури и понимал, что я сам же сейчас могу умереть по такой глупой причине, так ещё и убить кучу людей, ведь это торнадо не будет стоять на месте, оно уже начало двигаться в какую-то сторону.
Это понимание прошибло меня холодным потом и, несмотря на огромную усталость, я начал пытаться взять окружение под свой контроль. По ощущениям это как человеку поднять несколько тонн, но я точно знал, что смогу. Все факты вели к тому, что физическая усталость — это именно, что усталость, не истощение магии или что-то такое, а значит, если преодолеть ограничение своего организма, то вполне легко можно использовать магию, сколько угодно.
План был хорош на бумаге, но на деле у меня едва ли получалось. Остановить торнадо — это не создать, поэтому я прямо ощущал, как моя магия, мой ветер, старался противодействовать тому ужасу, который я создал, но ничего не получалось. Почти.