Не последний Маг Воздуха (СИ)

Узнал, кто тут местная якобы шалава, кто с кем спит, как местный владелец чего-то там левачит и прочее огромное количество слухов, до которых мне нет дела.
А вот то, что надо, не узнал. И что с этим делать? Бандиты по-любому привязаны к городу, если его не крышуют, то тут у них должно быть логово. Всё-таки несмотря на то, что я называю местность деревней, такой она бы называлась по меркам моего старого мира. Тут это вполне себе приличный городок.
И несколько тысяч жителей, может быть даже несколько десятков тысяч, поэтому затеряться для бандитсвующего элемента тут есть где, как ни крути.
Почему я уверен, что у них есть связи в городе? А потому, что кушать им что-то надо, как и продавать товар, который награбили. Хм, кстати, а куда бы я продавал товар?
Наверное, от этого и будем танцевать, почему бы и нет. Поэтому я встал, подошел к бармену и просто в наглую спросил:
— Мне бы вот этот меч куда сплавить, не подскажешь место?
Бармен хмыкнул, посмотрел внимательно в мои честные невинные глаза и соизволил таки сказать:
— Выходишь из бара и идешь направо до магазинчика с одеждой, там за ним переулок и там есть скупщик, — произнес он, растянув губы в неестественной улыбке и протягивая руку, чтобы я мол за информацию что-то дал.
— Спасибо вам большое! — пожимаю я протянутую руку, искренне улыбаясь, на что бармен скривился и пошел к другому клиенту.
Ничего-ничего, я местность от бандитов почищу, уверен, это поднимет его прибыль.
Скупщик и правда там и был. Небольшой такой сарайчик, изнутри которого раздавались очень нехорошие восклицания. Что же, побудем местным героем?
  
Часть 6
 
Зашел я в этот магазинчик с видом реально героя, который вот сейчас всё порешает. Медленно, печатая шаги, и положив одну руку на рапиру, я прошел мимо небольших стеллажей, забитых всякой всячиной, и встал как будто в очередь, сзади бандита.
—… я не смогу продать никому товар со знаком. Ко мне возникнут вопросы, я вам говорил, — старался усатый мужичок за прилавков что-то вталдычить бандиту.
Почему я решил, что бандиту? Потому что, блять, нормальные люди не одеваются так. Чисто экземпляр «Бандит фентезийный в вакууме». Топор свисает с пояса, рожа со шрамом, рот без нескольких зубов, недельная щетина и прочие неизменные атрибуты.
— Да забарыжишь кому-то, не лей мочу мне в уши, я тебя знаю! — не обратил внимание на меня бандит, всё еще споря с продавцом.
— Опа, вот ты то мне и нужен, — произнес я, переводя на себя внимание.
— Иди отсюда, пока цел, — сплюнул бандит, — железяку только свою оставь, а то еще порежешься.
— Еще более клишированные фразочки? — поднял бровь я, подходя к этому отбросу, — я тут в общем-то как раз местную шпану погонять. А ты, я вижу, как раз подходишь под это определение.
На это бандит лишь поднял брови и нагло ухмыльнулся. Чем вызывал у меня недоумение, ровно до тех пор, пока я не понял, что в своей попытке пафосно выглядеть, я не посмотрел, что там за стеллажами разными.
Так что один шаг, которым бандит вышел из-за стеллажа, я услышать успел, а вот что-то сделать уже нет. Причем я мог бы увернуться, просто если бы был собран, а к делу я отнесся несерьезно и вплоть до того, как услышал что-то сзади, был расслаблен. Самым сильным и самым умным себя почувствовал, сука. За что и получил чем-то тяжелым.
* * *
Пришел в себя я рывком, дернувшись на месте и первым делом услышал крики и плач.
Потом я осознал, как у меня болит голова в затылке, и что мне очень хочется пить. Во рту как будто пустыня с континента земли, так хотелось. Состояние вообще ужасное — это только в сказках после удара по голове, главный герой в обычный сон падает. А у меня вот похмелье, возведенное во вторую степень.
В башке как будто вообще свинец, который от каждого движения перекатывается и больно бьет о череп.
То, что у меня связанны руки, осознал я уже, когда попытался пошевелиться. А так же, что мою рапиру забрали. Ну, очевидные действия, потому что меня взяли в плен, вестимо.
 
Но больше всего, конечно, болело сердце. А если точнее, я, блять, был готов биться лбом об стену, а потом удавиться от стыда. Почувствовал, что круче меня только яйца. Пошел пафосными фразами крыть.
Идио-от.
Но потом мои мысли вернулись к окружающим звукам и потихоньку до меня начало доходить, что это. Женские голоса, звуки определенного характера в бандитском лагере.
Едва собравшись с силами, я смог сесть. Находились мы в лагере бандитов. Большой костер, вокруг которого понатаскано разных палаток и прочих спальных мест, валялся какой-то мусор, кто-то пьяный спал, кто-то ещё пил.
Я же был около какого-то деревца, видимо кинули из разряда лишь бы куда. Глазами нашел мою рапиру, валялась она в куче оружия рядом с костром.
И да, всё это время я старательно отводил взгляд от того, как бандит, спустив штаны, явно кого-то насиловал. Как и еще парочку по соседству — они буквально отвели специально место под такое дело. Вот один из них с громким стоном закончил и встал, начав надевать штаны. Под ним я увидел заплаканную, ещё можно сказать девочку лет четырнадцати-пятнадцати.
От этого зрелища ярость в груди заклокотала, вот только я не огненный маг. И эмоции — враг мой, поэтому я усердно стал наполнять голову ветерком.
— О, очнулся, — обратил на меня внимание тот самый бандит из лавки, — ещё раз, что ты там говорил? Зачем ты тут?
— Я-я… думал вас мен-ньше, — заикаясь произнес я. Ну да, актер из меня так себе, Станиславский бы сказал не верю и так далее, но этот идиот повелся. Я хотел узнать у него все тут или не все. Хотя бы чтобы со стороны это выглядело как хитроумный план по проникновению в стан врага.
Ага, получить дубинкой по голове и очнуться связанным.
— Ха, ты думал нас пару человек? — жутко улыбнулся этот тип, — не-е-ет, ха-ха-ха…
— О, — всё, что сказал я, — а тут вас, я вижу, добрых три десяточка, да?
Магии ветра мне хватило, чтобы уже перерезать веревки, тоненькой струйкой воздуха. К сожалению, только на это меня и хватает пока что. В остальном получаются всё удары воздушной волной, чем резка воздуха. Но то лирика.
Ярость вернулась на место, а вместе с тем ударил адреналин. Ветерок в голове мне уже был не нужен, справлюсь и так, а унимать свою считай праведную ярость я в этот момент не захотел.
На бандита, который со мной общался, я буквально прыгнул, сильно ударив его в область живота. От чего он согнулся, а я, перепрыгнув его, подбежал к куче оружия, выхватывая свою рапиру.
Пока остальные бандиты начали просекать, что к чему, кто штаны пытался надеть, кто к оружию потянуться, я уже начал аккуратно, самым кончиком, вспарывать некоторым брюхо или шею.
Тут же в голову ударили не самые приятные запахи внутренностей, крови и прочей вот этой требухи, но я внимания не обращал. Я методично, сжав челюсть до такого состояния, что болели зубы, перемещался по полю боя, во всю используя свою ловкость, и резал бандюков.
Даже когда добрый десяток успели за время, пока я шинковал их товарищей, схватить оружие, это им не особо помогло. Они банально любым оружием пользовались как полные нули, с криками бежали на меня замахнувшись, мне стоило только увернуться от удара, и во время этого уворота порезать бандита.
— Прошу, пощади, — один из бандитов, который не успел даже полностью застегнуть штаны, отбросил оружие и упал на колени, — Я больше никогда не вернусь к этому занятию, я… я вообще планировал уйти.
Честно? Я бы ему поверил. Я бы его даже отпустил, будь это не один из трех, которые в момент моего пробуждения мерзко ёрзали на девушках, по меркам этого мира.
Можно сказать, ему банально не повезло.
— Хорошая попытка, — отчеканил я, — может быть не увидь я, что ты насиловал тех девочек, и сработала бы.
Суть моих слов дошла до него ровно за мгновение до того, как моя рапира отделила его голову от тела.