Тайны затерянных звезд. Том 1 (СИ)

— Я из рода Винтерс. Кетрин Винтерс. Я первая с момента подписания того договора, у кого подтвердился мужской пол ребёнка. Как только моя семья об этом узнала, вообще узнала о том, что я беременна, они сразу же решили меня спрятать. Макоди могли узнать, что у меня будет мальчик, а значит, они могли что-то сделать, чтобы этого не произошло.
— Убить? — осторожно спросил Кайто.
— Убить вряд ли, — Кетрин снова покачала головой. — Это было бы слишком громкое дело, в котором сразу бы обвинили именно Макоди, как тех, кто имеет самые явные мотивы. Хотя, если они станут править… Хотя нет, всё равно убить вряд ли. Но вот тем или иным способом прервать мою беременность…
— Запросто! — Пиявка откинулась в своём кресле и задрала ноги на подлокотник. — Для этого даже приближаться не нужно. Препаратов полно.
Кетрин кивнула, и продолжила:
— Поэтому моя семья приняла решение спрятать меня до тех пор, пока не настанет срок рожать, и тогда я бы вернулась обратно на Даллаксию. Но никто не предполагал, что всё затянется настолько… Насколько затянулось. Мне уже скоро рожать, а мы… Тут.
— Так я всё ещё не понял, а чем не устраивает родить на корабле? — Магнус взмахнул руками.
— Я вспомнила ещё кое-что про Даллаксию. — снова подала голос Кори. — Так как это монархическая… В прошлом монархическая планета, монарх там принимал решения, какие ему в голову взбредёт. И давным-давно один из таких монархов принял закон, по которому гражданами Даллаксии могут считаться только те, кто родился на территории, принадлежащей этой самой Даллаксии. Все остальные получить её гражданство никаким образом не могут. И, насколько я знаю, с тех пор этот указ никто не отменял.
— Так и есть, — Кетрин кивнула. — Поэтому Макоди даже не нужно меня убивать или прерывать мою беременность каким-то способом. Им достаточно просто сделать так, чтобы я родила не на Даллаксии, и тогда мой сын не будет являться её гражданином. А не являясь гражданином, нельзя стать и королём.
Всё, паззл сложился. Теперь стало понятно, что же в этом задании было не так. И ведь, по сути, братья, что выдали это задание нам, даже ни слова не соврали про него. Девушка и правда «чистая», без сюрпризов, задание и правда — всего лишь доставить её из одного конца галактики в другой.
А то, что мы не знали про нюансы правительственного строя её родной планеты — так это наши проблемы, по сути дела. А я так вообще последние годы был полностью отрезан от информации о внешнем мире и о Даллаксии вообще ничего не знал. Даже то, что она существует. Как-то не входила эта планета раньше ни в круг моих интересов, ни даже в круг профессиональных обязанностей.
— Короче говоря, проблема, — медленно произнёс капитан. — Мы не можем покинуть ледовое поле из-за администратов, и не можем его не покинуть, потому что… Сколько тебе до родов?
Кетрин не успела ответить — её опередила Пиявка.
— Я бы сказала, что не больше недели. По закону подлости — меньше, раза в два. Рекомендую рассматривать срок в три дня, не больше. А вообще, в любой момент.
— Да уж! — высказал капитан и так очевидную мысль и задумался.
И все остальные задумались тоже. Ситуация действительно складывалась хуже некуда. Если мы вылезем из ледового поля, крейсер нас моментально срисует и испепелит. В этот раз они даже не станут пытаться вести переговоры или посылать досмотровую команду, они это уже делали. Теперь только огонь на поражение.
Но, если мы быстро не выйдем из ледового поля, задержимся тут на неопределённый срок, мы гарантированно завалим задание. Не получим денег, основательно подпортим свою репутацию, да ещё и обзаведёмся на борту младенцем, для которого, прямо скажем, тут нет никаких условий.
Тупик. Словно при штурме очередной космической структуры, о которой не было никакой толковой информации, не говоря уже о точных картах, атакующий отряд упёрся в глухую стену в том месте, где ожидал увидеть спуск на уровень ниже. Бывало с «Мёртвым эхо» и такое…
Но тупик — это не приговор. Тупик только кажется концом пути, из которого нет выхода. На самом же деле, из любого тупика как минимум три выхода. Первый — там же, где вход, и, пусть он сейчас неприменим для нас, есть ещё два. Это выходы условно говоря вверх и вниз. Выходы, лежащие в таких плоскостях, в которых никто просто не ожидает их увидеть, а потому и не смотрит.
  
Но я — не «никто».
Убедившись, что других вариантов решения проблемы никто не предложит, я пощёлкал пальцами, привлекая к себе внимание, и заговорил:
— У меня есть решение нашей проблемы… Но оно вам не понравится, сразу говорю.
— Мне не нравится перспектива висеть в этом ледовом поле неделю, если не больше, — фыркнула Пиявка. — Сомневаюсь, что ты сможешь предложить что-то хуже!
— А речь и не о тебе, — я улыбнулся. — Кетрин, будь добра, оставь нас минут на пять. Нам необходимо посовещаться и выработать план дальнейших действий. Кайто, покажешь гостье её каюту?
Кайто бросил вопросительный взгляд на капитана, и тот немедленно кивнул, не сводя с меня взгляда. Если ему и не нравилось, что я в очередной раз перехватываю инициативу на его корабле, он очень умело это скрывал.
В полной тишине Кайто и беременная поднялись и покинули кают-компанию.
Вернулся Кайто один минуты через две. Всё это время тишина не прерывалась.
Я специально не начинал без него, потому что решения на корабле должны приниматься совместно. Тем более, такие, какое я собирался предложить.
Пока Кайто не было, я сел за его технический пост, и быстро вывел на лобовое стекло внутреннюю схему «Барракуды». Она, конечно, заметно отличалась от реального облика корабля, который за годы странствий оброс кучей дополнительных модулей, но основа-то у него осталась всё та же. А мне сейчас именно основа и была нужна.
Пока я изучал медленно вращающуюся трёхмерную схему «Барракуды» остальные члены команды молча сверлили меня взглядами.
Когда Кайто вернулся, я подошёл к лобовому стеклу, встал рядом со схемой, и заговорил:
— Я думаю, ни для кого не секрет, как работают администратские системы свой-чужой. Те самые регистрационные знаки, на которых мы совсем недавно чуть не обожглись, зашитые в операционной системе каждого корабля, позволяют гибридным радарным системам отличать корабли от прочих космических объектов. Именно поэтому каждый корабль, находящийся в зоне влияния Администрации, должен обладать этими знаками — потому что в противном случае его просто могут уничтожить, как потенциально опасный объект, и не понести за это никакой ответственности. Это все знают?
Я обвёл экипаж взглядом, но никто из них ничего не сказал, лишь Кори молча кивнула.
Ну да, я сейчас говорил прописные истины, и команда пыталась понять, куда я веду.
— Отлично! — я ткнул пальцем под кокпит «Барракуды», почти что нам под ноги. — Главный компьютер нашего корабля находится здесь. Именно он отвечает за работу системы «свой-чужой» и за регистрацию сканирующего излучения и возврат информации о регистрационных знаках. Говоря проще — для Администрации именно этот узел и есть наш корабль. — Прежде чем продолжить, я выдержал небольшую паузу. Потому что дальше следовала именно моя идея: — Если мы отделим бортовой компьютер, снабдим отдельным источником питания, и приделаем, например, к одному из ледовых астероидов, который направим навстречу крейсеру, для него этот астероид и будет нашим кораблём! Это будет объект примерно соответствующий размерами и массой нашему кораблю, да к тому же он будет регистрироваться в системе как наш корабль! Причём именно как наш, а не «Анис», который администраты уже наверняка раскололи и поняли, что это всё липа. Исходя из всего вышеперечисленного, логично предположить, что они сожгут этот астероид сразу же, как только засекут его ответное излучение, и радостные полетят отчитываться об успешном перехвате корабля-мимика.
Я замолчал, давая команде возможность осознать моё предложение.
— Это всё, конечно, звучит отлично… — медленно начал капитан. — Но ты, по-моему, упускаешь один простой момент. Мы-то что будем делать без главного компьютера? Без него корабль превращается в медленно замерзающий гроб.