Потерянные Наследники (СИ)

— Детка, ну давай же, — пробормотал он, на несколько секунд забыв о нас. На экране появился радар, но полоска поиска безрезультатно наматывала круги под его гневным взором.
— Зачем им понадобились девчонки? Это не по плану! — Артур подпер спиной стену и уставился на меня. Но я мог только развести дрожащими от нервов руками.
— Это очевидно! Алина дорога вам обоим, а Агата важна еще и для меня. Они ждут нас троих, потому что я убил Сашу. Моника хочет сровнять счет. Она не собиралась меня прощать. Так что, — Томас невозмутимо зарядил пистолет, — думаю, меня тоже могут убить.
— По бабской логике она должна хотеть прикончить Агату, чтобы тебе было так же больно, как и ей, — Артур саркастично закатил глаза.
— Она не посмеет! — Рявкнул Томас. Наверно, он мысленно просверлил во лбу Артура дырку, прежде чем снова уставиться на экран компьютера.
— Есть! — Выкрикнул он, увидев на радаре мерцающую красную точку. Выудил из кармана часы, нажал какую-то кнопку и убедился, что в другом углу экрана загорелась синяя.
— Надевайте! — Велел он, не глядя бросив в нас с Артуром такие же пары часов. Мы, я уверен, оба, в какой-то прострации фиксировали в мозгах происходящее вокруг. Томас проверил, что на экране рядом с его точкой появились еще две и засунул в кобуру на поясе пистолет.
— Дал бы вам оружие, но вы оба пьяные в стельку! — Ругнулся он. — Ладно, протрезвеете по дороге.
— Как она смогла провести девчонок мимо камер?! — Спросил Артур.
— А у Себастиана много денег?
Меньше чем у нас, — хмыкнул тот.
— Но достаточно чтобы купить парочку охранников? — Развел руками Том.
Артур выругался так смачно, что удивился даже я. В комнату Томаса влетел заспанный Руслан, на ходу натягивая тренировочные штаны.
— Сиди здесь, если пропадет одна из точек, высылай по этому адресу подкрепление и полицию, понял? — На одном дыхании выпалил Томас, пихая под нос Руслану записку. Тот мог только смачно зевнуть, от чего тут же словил увесистый хук справа.
— Да проснись же! Некому доверять больше, кроме тебя!
Рывком усадив Руслана за компьютер, Томас сгреб со стола еще два пистолета, три обоймы и изогнутый боевой нож, затолкал все это в рюкзак и сорвал с крючка ключи от машины.
— Ходу, ходу!
Телохранитель командовал нами, мы беспрекословно ему подчинялись. Но не успел я усесться в салон машины, как Артур сорвался с места и бросился в дом, махнув рукой, что вернется через минуту. Томас нервно стучал пальцами по рулю, я со злостью на брата и мольбой таращился на входную дверь.
— Он же не мог сбежать, правда? — Спросил Том, как бы невзначай поправляя пистолет.
— Хрен знает. Обычно он первым лез во все разборки.
Артур вернулся. Когда вольво с истошным ревом сорвался с места, я обернулся, пытаясь понять, зачем Артуру понадобилось возвращаться в гнездо.
Он только молча ткнул пальцем себе в грудь. Я всмотрелся, и свет фонаря, мелькнувшего за окном, выхватил золотой крестик на крепкой цепочке. У нас с Агатой таких не было. В младенчестве мама покрестила только его.
Я не нашелся, что сказать. Но я и не должен был. Каким бы спорным ни было наше родство, в те минуты мы были родными братьями. И молчаливой поддержки было вполне достаточно. Ведь когда вольво ворвется в предпортовую зону, каждый снова будет сам за себя.
Я даже не старался скрыть свое волнение, пока мы преследовали по навигатору маленькую красную точку, в которой теперь сосредоточилась вся моя жизнь. Каждый раз, когда она мигала, я боялся, что вновь она уже не загорится. Мой сестра, мой близнец! Что с ней делали?! А Алина? Моя девочка, какая же ты смелая и отчаянная, если раз за разом позволяешь мне подвергать себя опасности. И что же я за идиот такой!
Я с силой стукнул кулаком по центральной панели, но ни один миллиграмм гнева не покинул при этом мое тело.
— Друс, успокойся. Мы успеем. Он ничего ей не сделает. — Артур старался втиснуть в свой голос все убеждение, на которое был способен. Но по тому, с какой силой его пальцы стиснули спинку сидения Томаса, я понял, что он сам не сильно верил в свои слова.
 
Маячок на навигаторе привел нас в зону разгрузки, где огромные металлические кубы с логотипами транспортных компаний на железных стенках образовывали собой многометровые стены, царапавшие ночное небо, словно небоскребы.
— Дальше не проеду, — выдохнул Томас, глуша мотор, — придется пешком. Адриан, я несу за тебя ответственность, тебе придется слушать меня. Когда я скажу, уходи, прячься или беги, ты должен выполнять, если не хочешь снова загреметь в больницу или прокатиться в морг нашинкованным свинцом.
Я хмыкнул:
— Не могу обещать.
— Я знаю. Но по инструкции я должен был это сказать. Держите.
С этими словами он всучил нам оружие и махнул рукой, призывая следовать за ним. Я набрал в грудь побольше воздуха и шагнул в темный коридор, образованный металлическими блоками. Мы прошли не так уж много, когда Томас остановился.
— Пришли.
Я глянул ему через плечо, красная точка мигала прямо под нашими ногами, но Алины, ни Агаты не было и в помине.
Но потом мы услышали его: дикий, захлебывающийся испугом и отчаянием вопль, от которого в моих жилах заледенела кровь.
— Алина! — Заорал я. Артур сорвался с места одновременно со мной. Моя девочка кричала так, будто с нее живьем сдирали кожу. Ее голос вывел нас на свободное от грузов пространство прямо у воды. Судя по всему, именно здесь осуществлялась разгрузка судов, но в ту ночь подъемные краны замерли без движения, шлагбаум был опущен, сигнальные огни потушены. Только черная, как нефть, вонючая вода плескалась о гранитный камень. Дул промозглый ветер, с противным свистом уносившийся вдаль по импровизированным металлическим переходам. Для антуража я мог еще как-то описать место, выбранное Себастианом для расправы над нами, но я больше ничего не видел и не слышал вокруг себя, кроме Алины, на которой уже разорвали рубашку, что я надел на нее уходя! Она рыдала и отчаянно пыталась вырваться, но верзила, что избил меня еще в Петербурге, одной рукой лапал ее за грудь, а другой тянул за волосы назад, запрокидывая девушке голову.
Я ослеп от гнева. Совершенно обезумел от этого чудовищного зрелища. И, когда я, забыв об осторожности, бросился на помощь, из-за блоков выскочил Себастиан. Он был один, вот только дуло его пистолета недвусмысленно направлялось прямо в Алинину голову. У него было окровавлено лицо, будто кто-то остервенело пытался расцарапать его на лоскуты. Щелчок, и пистолет снят с предохранителя. Я замер в одном шаге от задыхавшейся от слез Алины.
— Отпусти ее! — Зарычал я, взводя свой пистолет но Себастиан ловко перехватил Алину из жирных лап проклятого недонасильника и, сжав ей горло, затолкал в распахнувшийся рот ствол пистолета.
— Что ты творишь?! Вроде вы за принцип брали не трогать невиновных! — Я судорожно таращился на его костлявый палец, давивший на спусковую скобу.
— Так и было, пока твой охранник не укокошил лучшего друга Теона!
— Вообще-то, его лучшим другом был я, — усмехнулся Артур. Судя по голосу, он буквально дышал мне в затылок.
— Неужели хэдлайнер сегодняшней вечеринки прибыл! Слышал, эта малявка вызывает стояк и у тебя? Ненадолго! — Себастиан захохотал и еще сильнее сдавил Алину. Она даже не могла закричать. Я видел лишь ее обезумевшие от страха глаза.
— Вам нужны мы! Не она и никто-либо другой! — Рявкнул я.
— Вот именно! Но эта девчонка пока наш единственный способ управлять вами. Смотри, как здорово получается, я почти по рукоять засунул ей в глотку пистолет, а вы стоите смирно и ничего не можете с этим поделать.
 
— Чего ты хочешь?! — Выкрикнул Том. — Где Агата?!
— С ней все хорошо, дорогой, даже очень хорошо. — Донесся голос из-за наших спин. Моника вышагивала, воображая себя моделью на подиуме, и накручивала на палец змееподобную длинную прядь волос. — Как здорово я все провернула, не так ли?
— Недостаточно, ведь Сашу я убил, — съязвил Томас, повернувшись к нам боком, чтобы взять Монику на прицел. Я понял, чего он добивался: хотел вывести ее из себя, чтобы та, ослепнув от гнева, потеряла бдительность.