Потерянные Наследники (СИ)

Она плакала, а я смеялся. Как умалишенный хохотал и смотрел на ее зареванное личико.
Она любила меня!
Это единственное, что имело значение.
— Я клянусь всем, что у меня есть, что больше никогда тебя не обижу и не предам! Только скажи, что прощаешь меня, и мы найдем способ, как быть дальше! — Я протянул к ней руку, она замахнулась, чтобы побольнее стукнуть, но вспомнила, что у меня был вывих и остановила рук на лету. Я снова улыбнулся: каждое ее действие выдавало всю степень ее неравнодушия ко мне.
— Я люблю тебя, малышка, ты же это чувствуешь! — Я сделал еще один шаг ей навстречу. — Не проси забыть тебя, теперь я точно от тебя не отстану. Я хочу забрать тебя с собой!
Алина от удивления приоткрыла рот.
— Наш шанс начать все с начала. Новая страна, новый город, — с каждым словом я все сокращал расстояние между нами, и она больше этому не сопротивлялась, — новые впечатления, новые возможности, — голос сел, стоило ощутить, как головокружительно пахла ее кожа, — только мы.
Мои руки обвились вокруг Алиной талии, через фланелевую рубашку ощутив жар ее тела. Девушка прикрыла глаза, и я подтолкнул ее к себе на грудь. Мои пальцы нащупали край рубашки, скользнули под нее и побежали вверх по мягкой коже наперегонки с мурашками. Все было, как тогда. Ее тело все так же отзывалось на малейшее мое прикосновение. Я достиг кружевной линии бюстгальтера, и у меня захватило дух. Легко оторвав Алину от земли, я с силой вжал ее в самую дальнюю стену между кадкой с пальмой и раскидистой драценой. С ее губ сорвался полувсхлип, полустон, от соблазнительности которого, я чуть не слетел с катушек, а она глянула на меня помутневшими от предвкушения глазами, и сама припала к моим губам. Ее ноги обхватили меня за талию, я стиснул ее бедра, вплотную прижимая к своим и из последних сил сдерживаясь от желания содрать с нее всю одежду до последнего клочка. Не отрываясь от моих губ, Алина начала расстегивать мою рубашку и спустя несколько секунд, ее мягкие ладони скользнули по моим напрягшимся плечам. Она провела языком по моим губам, и я спустил ее в своих руках чуть ниже, чтобы она могла ощутить, как же сильно я ее хотел. Алина нетерпеливо заерзала в моих руках и тихонько застонала рядом с моим ухом, пока я покрывал поцелуями каждый миллиметр ее шеи.
— Ты моя. Только ты имеешь значение. Больше никто. — Выдохнул я в ее разгоряченные поцелуями губы.
— Пообещай! — Алина легко, но властно потянула меня за волосы на затылке.
— Я тебе клянусь, любовь моя.
Алина вдруг отстранилась и, все еще тяжело дыша, внимательно на меня посмотрела. А потом вдруг затрясла головой и потребовала спустить себя на землю. Я неохотно послушался, начав застегивать рубашку и мысленно стараясь совладать с собой.
— Адриан, ты сбиваешь меня с мысли! Если начать вдаваться в детали, все это совершенно невозможно! Мне нужно учебу закончить! И вспомни, кто ты и кто я! У нас нет будущего! — Снова всхлипнула Алина.
— Почему нет будущего? — Неожиданно прозвучал голос за моей спиной. Я вздрогнул и обернулся, с ужасом прикидывая, как долго мой дед грел в кустах папоротника уши.
— Дело в наследственности? Урсула, моя жена, подрабатывала стриптизершей, когда мы познакомились в одной из приватных комнат. А в те времена это было равносильно ведьмам из средневековья. Алина, прекрати выдумывать отговорки и посмотри на меня! — Решительно потребовал он. Девушка вздрогнула и густо покраснела, не привыкшая к подобному тону. А дед уже продолжил:
— Если тебя это утешит, ты не виновата в том, какую профессию избрали твои родители. Тень предков всегда падает на потомков, что же, теперь и не жить вовсе? Я знаю о тебе больше, чем вы оба можете себе представить. И ни один факт меня не разочаровал. У меня шикарное здоровье, но однажды и мое сердце откажет, и тогда Адриан станет главой моей компании и всех ее фондов, тут ты права. Первое время он будет едва соображать от усталости. Поэтому его женщина должна быть ему домом, пристанью, где он мог бы набраться сил, а не профурсеткой, которая нагуляла бы себе ребенка от нищего и вышла бы за моего внука замуж из-за денег.
 
— Твою мать… — вырвалось у меня. — Дед, кто тебе рассказал?!
— Адриан, я что же, похож на слепого старого маразматика без личного детектива? Я что не могу сложить в своей седой башке два и два? Я просто ждал, что вы станете с этим делать. О вашем желании поквитаться с Артуром только глухой в нашем окружении не знает. И честно скажу, я не надеялся, что вы пройдете эту проверку с такой честью. И тут я даже не берусь представить, как вам было трудно. В качестве награды, могу со спокойной душой заверить тебя, Адриан, если Алина для тебя та самая, забирай ее с собой. С моей стороны никаких препятствий не будет. Я позабочусь о ее переводе в любой университет Гамбурга, к тому же, тебе самому не мешало бы доучиться. Даже если вы разойдетесь, ни тебя, ни ее мой гнев не коснется. Даю слово.
Я открыл было рот, все еще с трудом понимая услышанное. Момент был идеален, я должен был успеть позаботиться об Агате, но дед меня опередил:
— Не вздумай только злоупотребить моей щедростью! Ситуация с Агатой — это отдельная история, с ней мы разберемся без тебя.
А потом этот великий старый добродетель снова обратился к оцепеневшей от волнения Поле:
— Что скажешь?
— Уильям, ответьте, почему вы выбрали меня?
— Ну, последние 5 дней я имел удовольствие лицезреть такую физиономию своего внука, будто он лишился разом всех денег мира. А он просто думал, что ты его разлюбила.
Алина виновато улыбнулась и уткнулась в меня носом, чтобы мы с дедом не увидели, как заливалось краской ее лицо.
Эта девочка, моя маленькая ведьмочка, заслужила сказку. И я охотно подарю ей ее. И сделаю все, чтобы больше не быть в этой сказке чудовищем.
***
Всю дорогу до аэропорта я не выпускал Алину из своих рук. Я так боялся, что она снова исчезнет, чем здорово веселил Томаса, изредка поглядывавшего нас со своего сиденья. Я хотел намекнуть ему, что дед еще мог передумать насчет них с Агатой, но решил не рисковать, пока мы не покинем воздушное пространство России.
Когда мы подъехали к вип-входу, в голову тут же полезли воспоминания о моей погоне за Артуром. Сколько же случилось с того дня! Я потерял друга, но по уши влюбился, чуть не умер и снова стал Эркертом. Что изменилось у Артура? Ни-че-го. Только судебное постановление о запрете приближаться к нам с Агатой. Сдается мне, там, наверху, кто-то все таки сидел и контролировал происходящее среди смертных. Пропорциональное распределение боли и страдания на душу, например.
— Не верю, что это происходит со мной, — тихонько шепнула Алина, коснувшись пальчиками моей шеи, когда я склонился, чтобы поцеловать ее. Она гордо сжимала поводок Тайлера и уже светилась изнутри, хотя я еще ничего для нее не сделал. Дедушка одобряюще нам подмигнул и важно зашагал к дверям. Мы обернулись в сторону Петербурга на прощание, когда боковым зрением я выхватил бегущего в нашу сторону человека. Уго, Томас и телохранитель деда были уже наготове, перегородив своими внушительными фигурами любой подход к нам. Но Тайлер приветливо замахал хвостом, почуяв знакомый запах. К нам приближался Руслан. Оценив хмурые лица охраны, он перешел на шаг и примирительно задрал руки.
— Парни, я чист. Мне нужно поговорить с Адрианом. Меня послал Артур.
— Мне не о чем с ним говорить, — ответил я на вопросительный взгляд Томаса. Я развернулся, готовый уйти, но Руслан продолжал кричать мне в спину.
 
— Адриан, ты должен мне поверить! Кто-то хочет подобраться к вам!
— Удивительно! — Не сдержался я. — Кто бы это мог быть?! Дай подумать, твой хозяин?
— Это не Артур! Он пытался сказать тебе об этом еще в больнице, но не сумел. У него есть алиби!
— Иди на хрен, Руслан. — Бросил я.
— Ладно! Ладно! Просто будьте осторожны! Кто-то может снова попытаться вас убить.
— Руслан, твои слова в суде могут быть расценены, как угроза, то есть отягчающее вину обстоятельство. Лучше следи за своим языком и хозяином. Вдруг и ему что-то угрожает. — Я подмигнул ему, обнял Алину и решительно зашагал в сторону входа.