Потерянные Наследники (СИ)

Вся эта светская рать с любопытством уставилась на Агату, мы с ней должны были в ступать в танец последними. И дольше я не собирался оставлять ее рядом этими наглыми заплывшими жиром и деньгами лицами.
Моя рука лежала на ее спине, ее рука крепко сжимала мою. Спасибо маме, что в своё время вальсировала со мной по квартире под звуки простеньких мелодий. Это и не позволило мне ударить в грязь лицом, заодно уронив туда и Агату, едва ли не трясущуюся от напряжения в моих руках.
— Переведи дух, — посоветовал я, — ближайшие пару минут ничего с тобой не случится.
— Что-то не так, — прошептала Агата, — здесь Нина, Артур что-то задумал.
— Что бы он не сказал тебе, не слушай его! — Успел предостеречь я прежде, чем мне пришлось передать девушку в руки ее потенциального убийцы.
Алина
Как только руки Адриана с силой рванули меня себе на грудь, из головы разом вышибло все дурные предчувствия.
— Это было самое долгое ожидание в моей жизни, — страстно прошептал он, кусая мое ухо. Ноги подкашивались, когда грянули первые звуки "Маскарада", я обожала танцевать, но сейчас мне хотелось лишь быть прижатой к твёрдой груди Адриана, и чтобы мир оставил нас в покое.
Но его руки уже увлекали меня за собой. На наших глазах Артур обхватил Нину и властно закружил ее под раскатистые торжественные хитросплетения нот. Я опомниться не успела, как Адриан вывел меня вперёд и, обняв за талию, ласково подмигнул:
— Доверься мне.
Он повёл меня в танце так легко и умело, словно делал это уже тысячи и тысячи раз. Я забыла обо всем, чувствуя себя Наташей Ростовой, бесповоротно влюбившейся в князя Андрея. Его взгляд гипнотизировал меня, сердце трепетало от необъятного чувства восхищения и восторга. Тонкая ткань моего подола летела за нами по воздуху, Адриан почти оторвал меня от пола, кружа под набирающий обороты вальс.
— Я люблю тебя, — одними губами произнёс он, — они не посмеют тебя отнять у меня.
Это был самый счастливый момент в моей жизни, но меня лишили возможности насладиться им сполна. Под моими руками тело Адриана вновь напряглось, быстрым взглядом он оценивал обстановку.
— Кто бы сомневался. Смена партнёров. — Процедил он сквозь зубы, отпуская меня. Когда наши пальцы перестали касаться друг друга, по моей коже пробежал озноб. Родители близнецов вышли из танца, и осталось лишь три пары. Меня уже подхватил Томас, а Агатой, ставшей вдруг белее льда, завладел Артур, который только что с улыбкой отправил Нину к Адриану.
Когда его рука в такой привычной манере легла ей на талию, а она с уверенностью опустила ладонь ему на плечо, я готова была провалиться сквозь землю. Между ними завязался разговор, но музыка лишала меня возможности разобрать хотя бы слово. Томас нервно наблюдал за Артуром с Агатой. Тот говорил ей что-то, но девушка изо всех сил делала вид, будто не слышит его, демонстративно глядя в бок. Артур склонился к ее уху, и в тот же момент Томас так сильно сжал меня, что я едва не вскрикнула.
— Полегче, — шепнула я.
— Извини, не могу видеть этого ублюдка так близко к ней, — прорычал Томас, ослабляя хватку.
— Мне тоже неприятно… — прошептала я, снова переводя глаза на Адриана. Он сказал что-то, от чего Нина теперь смеялась, запрокинув голову и обнажив оба ряда своих белоснежных зубов. Когда снова настал черёд меняться партнерами, девушка поймала Адриана за лацкан смокинга и коснулась губами его щеки на непростительно близком до губ расстоянии. Меня сотрясали разряды гнева и желания расцарапать этой стерве прекрасное личико, и именно в таком состоянии мной завладел Артур.
Он танцевал так же превосходно, как и его младший брат, только держал меня очень осторожно, словно боялся ненароком раздавить. От него передавались волны спокойствия, погружая меня в странный омут оцепенения. Его выразительные зеленые глаза заинтересованно изучали мое лицо. Я не выдержала его взгляда и смущённо отвела глаза, пытаясь унять в теле дрожь.
 
— Никогда прежде не видел таких милых и хрупких девушек, — тихонько сказал Артур рядом с моим ухом, от чего кожа покрылась мурашками. Я нерешительно улыбнулась, тронутая таким комплиментом, но мужчина ещё его не закончил, — сразу видно, что станешь его следующей жертвой.
Полностью завладев моим вниманием, Артур продолжал:
— Уверен, близнецы хорошенько обработали тебя своими рассказами о том, какое я чудовище. Не смотри на меня так. Прежде чем составить своё суждение, нужно выслушать обе стороны. Ты ранимая, очаровательная девочка, я прежде таких не встречал, и я искренне хочу тебя уберечь. Адриан не такой побитый судьбой принц, каким ты видишь его. Он жестокий человек, который потерял свою невесту не по ее вине, а по своей. Он начал изменять ей первым. Задолго до того, как это начала делать в отместку она. Секс для него никогда не являлся актом любви, это лишь биологическая потребность, которую он удовлетворяет, когда вздумается.
— Замолчи, ты мерзавец! — Гневно зашипела я, пытаясь вырваться из его рук, которые, несмотря на мягкость, крепко сомкнулись вокруг меня, подобно железным оковам. — Адриан меня любит! А ты такой же испорченный деньгами ублюдок, как и вся твоя семья!
— Вот как запищал маленький лисенок?! — Артур вспыхнул. — Значит, по-хорошему говорить мы не хотим?! Да ты с ними только потому, что они тебе это позволяют. Ты любишь самого завидного парня в городе только потому, что они подпустили тебя к себе. Они создали иллюзию твоей значимости для них. Ты не знаешь их настоящих, не знаешь, какими монстрами они являются на самом деле! Ты имеешь о них только то представление, которое они дали о себе составить. Скоро они уедут домой, и вот увидишь, тебя с собой даже не пригласят. Сколько бы не стоила тряпка, в которую они тебя обрядили, тебе никогда не стать одной из них. И в глубине души ты сама это понимаешь. Так зачем тебе это?
— Я вижу здесь только одно чудовище, — прорычала я, чувствуя подступающие к горлу злые слезы, — и это ты! И не смей давать мне прозвища!
— Лисенок, — Артур будто испугался моих заблестевших глаз, — я не хотел обидеть тебя. Просто понаблюдай за ними. И ты сама убедишься, что все человеческое для них чуждо. И еще, не всегда самый очевидный враг является для тебя таковым. Попробуй поверить, что я действительно хочу тебя спасти. Тебя и твою матушку, — прошептал Артур, отпуская меня.
Холодный пот прошиб меня вдоль позвоночника от его последних слов. Я хотела выкрикнуть, что он имел в виду, но первый танец прошёл, и пары одна за другой начинали кружиться под вальс Чайковского. Меня же теснили к самому выходу из зала, и в череде юбок и смокингов Артура я потеряла. Мне стало вдруг так душно, что единственным своим спасением я видела лишь возможность вырваться из этого водоворота людей. Едва за мной закрылись двери, я почувствовала такое облегчение, что сложно было описать. Встречая редкие пары или небольшие группы людей, я брела по светлому коридору в поисках места, где можно было бы отдохнуть в тишине.
Свернув за угол, я наткнулась на приоткрытую дверь. Внутри было прохладно и тихо, комната тонула в таинственном полумраке, озаряемом лишь уличными фонарями. Это был чей-то кабинет, разделённый огромным книжным шкафом на две зоны: открытое пространство с массой кресел и кушеток, видимо, служившее переговорной, и уединенный уголок, невидимый от двери, с массивным письменным столом у широкого окна. «Раз не заперто, значит, можно», решила я и проскользнула внутрь. Пристроившись на широком подоконнике у стола, я сбросила жавшие туфли и подобрала под себя ноги, прижавшись лбом к холодному стеклу.
 
За окном город жил своей ночной жизнью, по набережной, залитой тёплым светом фонарей, скользили машины. Дворцовый мост вдалеке загадочно мерцал яркими синими огоньками, Нева в темноте превратилась в непроглядную бездну, лениво отражавшую размытые огни в окнах особняков с противоположного берега.
Глядя на все это, я начала успокаиваться, сомнения, брошенные в меня Артуром, все ещё пытались дать свои корни, но я стойко выкорчевывала их из своего сознания, мысленно опровергая каждое его слово. Чувствуя, что Адриан, должно быть, уже с ума сходит от волнения в поисках меня, я сползла с подоконника и нагнулась за туфлями, когда кабинет озарил яркий свет. Я готова была распрямиться и заявить о своём присутствии, но свет так же неожиданно потух, а дверь закрылась. Спустя секунду до меня донестись голоса.