Стрессор (СИ)

Ещё немного и проход станет слишком узким… Давай, Рюу!
— Назад! — успеваю выкрикнуть я, прежде чем понимаю, что всё. Поздно.
Руку мою проход ещё не охватывает, но голова взрослого мужчины уже не пролезет.
А значит и весь Рюу, каким бы акробатом он не оказался…
Гранату внутрь закидывать так и не решился, ограничился парой очередей.
Затем смотрел как "окошко" совсем закрывается. Видел спину японца упёршегося в стену, пока она срасталась. Так, как будто никакой дыры никогда и не было.
Ни стыка, ни дырочки, ни царапинки.
И звук стих полностью, мгновенно.
Деокс замер с посохом, занесённым для удара…
— В лучшем случае пустишь сюда тварь, — прокоментировал я.
Француз тяжело выдохнул, сгорбился и опустил "ударный" конец своего посоха:
— Знаю… Просто…
Что можно было сказать сейчас пожилому доктору, который потерял друга? Возможно единственного за всю свою жизнь? Всё это было как-то чертовски глупо, неправильно, пусто.
Гулко, топорно, картонно! Я могу подобрать ещё с десяток определений, но все они не передадут моих ощущений от смертей обоих.
Да и вообще от этого жуткого зловещего места.
— Кадир! Есть предположения, по каким правилам могут открываться и закрываться стены?
Качает головой. Вот тебе и физик-ядерщик.
Я, конечно, тоже не имею ни малейшего представления, но я и не Кадир. Степенью учёной похвастаться не могу… Понятно было одно — отсюда стоит уйти как можно раньше.
*****
Траурные настроения ребят сменились на нечто первобытное — стремление выжить. Удивительна всё же человеческая природа.
Все живы? Радуемся.
Кто-то погиб? Горюем.
Много кто погиб? Снова не горюем, возможно даже радуемся!
Следующие полчаса плутаний привели нас в большой сферический зал, никак не меньше десяти метров в поперечнике. Из огромного пузырька торчали как минимум четыре прохода, подобных нашему, один из них уходил куда-то вверх под небольшим углом.
Кажется, нам нужно прямо туда.
Неужели и вправду то, что нам нужно?
Сфера, кстати, светилась всё так же бледно, но уже каким-то более тёплым, желтоватым оттенком света. Что это вообще за помещения? Почему здесь так пусто?
Ухватившись руками за довольно нижний острый край трубы-коридора, аккуратно спрыгиваю вниз. По горке проскальзываю до дна и наконец могу заглянуть вглубь нужного нам коридора.
Стены в нём не светятся, но получается разглядеть, что никакого резкого поворота около сферы нет.
Кадир, Ким, Деокс… все в сборе. Немногое же осталось от нашего воинства.
В остальных "трубах" всё как обычно. Вполне вероятно, что дальше они снова изгибаются и ветвятся, ветвятся и изгибаются… Такие же бесконечные и глухие-гулкие-пустые.
Мне показалось или свет сферы только что стал ярче?
Нет, точно стал. Что-то я не думаю, что это к добру.
— Бежим! — выкрикнул я и первым припустил к нужному круглому проёму.
А не так то просто бежать вверх по внутренней поверхности сферы и пытаться зацепиться за край на высоте в два с лишним моих роста. Даже с моим нечеловеческим показателем ловкости.
Первый раз просто поскользнулся и сполз вниз.
Свет стал ещё ярче, в этот раз значительно.
Разбег… разбег…
Три шага по стене, не допрыгнул!
Остальные тоже поняли, что нужно делать и теперь пытались забежать на противоположную "стенку", чтобы взять какой-то разгон.
Ещё ярче! В этот раз аж до боли в глазах.
Я сощурился, но разбежался во весь опор… допрыгнул, но рука соскользнула! Коснулся только кончиками пальцев.
Всерьёз задумался, не вернуться ли нам обратно? Оба коридора: и тот, по которому мы пришли, и тот в который хотелось бы попасть — оба были почти на одинаковой высоте. Метров пять.
Обратный чуточку ниже, но вряд ли такая разница сделает погоду.
Может попробовать пробежать сбоку? Разогнаться и бегать по широкой спирали, пока не поднимусь достаточно? Нет, сфера слишком велика для такого манёвра.
Моей скорости банально не хватит, чтобы прижимать тело к поверхности центробежным ускорением.
 
Придётся бегать по прямой.
Щёлк! Реального звука не было, но в этот раз свет стал настолько ярче, что в моей голове, вероятно, сработала какая-то ассоциация с щелчком выключателя. Держать глаза открытыми совсем невыносимо, придётся бегать по памяти…
Кадир скатывается на пол боком, кувыркаясь. Больше слышу его, чем вижу.
Деоксу совсем тяжёло!
Разбег… Есть!
Зацепился!
Поверхность камня уже горячая, а глазам больно, даже когда они закрыты.
Ещё ярче! Жар на открытых участках рук напоминает хорошо разогретую сауну…
Это что за пыточная камера такая у слаймов?
Рывок, подтянулся до пояса. Закинул одну ногу, встал!
Глазам стало немного легче, но поворачиваться лицом назад я точно не хочу. Не глядя вытащил из сумки какую-то тряпку и, набросив её поверх головы, упал на пол протянув руку вниз.
Ярче! Горячее!
Слышу шум, какой бывает от масла на раскалённой сковородке, а затем и крик Деокса.
Какие-то пальцы бьют меня по руке, но не успевают зацепиться…
Руке очень горячо и больно, но я стиснув зубы продолжаю лежать и ждать кого-то из товарищей.
Есть сцепка!
Не глядя выдёргиваю человека наверх и всей своей недюжинной силой забрасываю куда-то себе за спину.
Поменял руку, теперь попробую вытаскивать левой!
Да, зацепиться так шансов меньше, но правая уже не в состоянии!
Плечи горят огнём, возможно даже в прямом смысле. Макушку здорово спасает шлем и наброшенная поверх… кажется куртка.
Слух… Я весь слух… Не обращать внимания на боль в глазах, ориентироваться только на шаги…
Вот он топот!
Три, два…
Есть!
Выдёргиваю ещё одного.
Истошные крики заживую поджаривающихся людей… Кажется маски они сняли, не иначе как в приступе паники.
Снова сменил руку, но правая совсем не успела отдохнуть от этой печки. Больно.
Давайте, ребята! Может кто-то ещё сможет? Жду… Жду…
Ярче! Шипеть начинает уже и моя кожа, в том числе сзади шеи.
Слышу как на правом рукаве вспыхивает ткань.
Крики становятся уже совсем не похожими на человеческие. Быть может так голоса искажает пламя, откуда мне знать.
Простите.
Вскакиваю и бегу дальше от прохода. Обе кисти рук здорово обожжены, но работать пока не отказываются… Рукав удалось потушить уже на бегу.
С каждым метром жар от местного стихийного бедствия становится всё меньше, а я мысленно выдыхаю.
Срываю с лица ту самую ткань, которая не давала раскалиться моему металлическому шлему, отбрасываю в сторону. Шлем довольно горячий, но пока вроде не обжигает.
Кожа Кадира больше не выглядит смуглым — теперь он настоящий вождь краснокожих. Как и моя благоверная, кстати… Получить солнечные ожоги в подземелье, что может быть ироничнее?
А все остальные, получается, остались в пекле. Деокс, Ким, даже раненый Виктор в сумке? Уже даже криков не слышно…
— Милый, я думала мы все сгорим! Ты чего там так долго оставался? — Ленка, конечно, в этой ситуации нашла в чём меня укорить.
Метрах в пятидесяти невероятно яркий свет уже не выжигал глаза, не поджигал и не поджаривал живых… но спину мне прилично припекало.
— Пойдём дальше, — коротко бросил я.
Осталось совсем немного.
  
Глава 42. Намерение
 
— Виктор, ты же псионику тоже брал?
Поняв, что они в относительной безопасности, парень снова взялся за своё. Начал подробно изучать местные формы жизни. Вырванный с корнем сорняк Сара сейчас подвергался подробному сканированию праной, а может и пси.
— А? Да, брал. Что-то нужно?
Рюу даже вспылил. Неужели ему настолько нет дела до серьёзного вопроса?
— Да, нужно! Свяжись со своим командиром, псионик!
— Он не отвечает, — как ни в чём ни бывало ответил Виктор, — давно уже. Но жив, связь я чувствую.