Выдыхая наши ссоры (СИ)

Возвращаюсь в гостевую и не успеваю закрыть за собой дверь, как мне впиваются в губы, грубым поцелуем. Узнаю знакомый вкус. На ее губах больше нет крови и я замечаю салфетку с красными каплями на столе. Обнимаю Дину за талию и прижимаю к себе. Вся эта ситуация была такой быстрой, еле уловимой. Я горд за Дину. Ужасно видеть драку между девушками, но Джанет получила по заслугам. Можно сказать, Дина сделала все за меня, потому что я не имел возможности ударить Джанет.
Дина цепляется за мою спину, когда я поднимаю ее. Стряхиваю со стола все, что только там было, сажаю ее на него. Не прерывая поцелуя, мы закрываем дверь на щеколду. Дина не знает, что в каждой комнате этой квартиры стоит звукоизоляция. Альберт и Вова договаривались об этом, еще когда брат отца был в России.
Припадаю к ее шее, которую, кажется, не целовал вечность. Она облокачивается спиной к стене и закрывает глаза. Приподняв майку, оставляю засос на ее животе и снова целую в губы. Сумасшедшие минуты.
- Я люблю тебя, - тихо шепчет она и я кидаю взгляд на время. Шесть часов, родители придут к десяти.
Понимаю, что не смогу уже остановиться, как делал это в прошлые разы и снова подняв Дину, бережно кладу на кровать. Она ничего не говорит, когда я скидываю ее майку и ухмыляюсь, увидев недавно поставленный засос. Покрываю каждый дюйм ее тела поцелуями. И снимаю с себя футболку. Снова припадаю к губам Дины и та немного покусывает мою нижнюю губу во время поцелуя. Она так спокойно реагирует на все. Неужели не догадывается, что остановки закончились? Бережно снимаю с нее шорты и на этот жест она ничего не говорит.
- Почему ты... - но Дина заставляет меня замолчать поцелуем.
- Просто продолжай, - тихо шепчет мне в губы.
Внутри меня все пархает. Понимаю, что скоро мы расширим наш космос и перейдем на новый уровень. Ее тело больше не принадлежит ей, оно полностью в моей власти и от этого, я еле сдерживаю улыбку. Я не верю в бабочек в животе, но то, что сейчас происходит внутри моей гнилой души, не описать словами. После того, что случится, мы просто перейдем на высший уровень доверия друг к другу. Я просто хочу ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. Если бы она только знала, насколько сильно я ее люблю и если сейчас Дина попросит меня остановиться, клянусь, я остановлюсь.
Прикасаться к ней, это намного больше, чем просто кожа к коже. Одно прикосновение к ее губам, к ее талии способны успокоить меня намного сильнее, чем самое сильное успокаивающее на свете. Я знаю, что когда-нибудь, нам придется вступить с ней в семейную жизнь, потому что кроме Дины, я не хочу видеть другую девушку у алтаря. Пусть все серьезное случится очень не скоро и белое платье для этого ангела будет куплено позже чем через год-два, я хочу насладиться не семейной, а совместной жизнью вместе с ней. С Диной, я перестаю быть падшим ангелом и вновь обретаю крылья.
Ее прикосновения к моей спине, отдаются эхом радости в сердце. Оставляю нежные поцелуи на ее нежной коже. Только я знаю, как прикоснуться к ней и как поцеловать, чтобы она начала взлетать и обретать новые крылья. С каждым нашим поднятием и падением, мы обретаем крылья намного краше бывших.
- Я боюсь, - тихо, словно и вовсе ничего не произносили, сказала Дина, и я оторвался от ее шеи посмотрев в глаза.
 
- Просто доверься мне, - так же тихо ответил я, и дотронулся холодными, по не известной мне причине пальцами к ее шеи, а затем припал к ее губам.
Потихоньку спускаюсь ниже. Держу губы на ее теле немного дольше обычного. Сейчас ее кожа стала для меня еще слаще и нежнее. Мне совсем не хочется отрываться от нее. Я бережно снимаю остатки нашей одежды и укрываю нас одеялом, снова припадая к ней губами. Тянусь к тумбочке и взяв то, что мне нужно, делаю все тихо и незаметно. Глаза Дины закрыты, а щеки красные. Смущается? Что же, это вполне нормально. Сейчас проверим, правдивы ли слова Аделины.
- Все нормально? - спрашиваю я, когда мы превращаемся в одно целое. Нет, Аделина наврала.
Дина качает головой и, прижав меня к себе за шею, утыкается в нее. Ее горячее дыхание обжигает мою кожу, хочется засмеяться от небольшой щекотки. Аккуратно беру ее руки и поднимаю их над головой, держа за запястье. Затем, я медленно глажу их до локтей и опускаю руки на бедро Дины. Беру ее ногу и кладу себе на бедро. Она тихо всхлипнула, заставив меня этим звуком остановиться. Снова целую ее, пытаясь унять боль моей девочки. Дина охотно отвечает на поцелуй и я возвращаюсь к делу, не переставая целовать ее.
***
Дина уснула после того, как искупалась. Я знал, что ее самочувствие сейчас не в лучшем состоянии и много раз извинился, но она улыбнулась, поцеловала мне в лоб и закутавшись в простынь вышла из комнаты. До прихода родни осталось еще полтора часа. Поэтому у нас было время поговорить, но Дина утомилась и уснула.
Я до сих пор не мог поверить, что это произошло. Продолжая улыбаться, я зарылся носом в чистую подушку, и вдохнул аромат отбеливателя, теперь уже на чистой простыни. Машинка перестанет стирать постельное белье, только через час. Поэтому у меня было время полюбоваться своей малышкой. Она совершенно не изменилась, хоть многие говорят, что после первого раза девушки меняются. Может я не замечаю? Прохладный вечерний воздух влился в комнату нежданным вихрем, поэтому мне пришлось накрыться одеялом почти с головой.
В моей чистой футболке она казалась такой маленькой, что я снова улыбнулся. О том, что случилось - никто не узнает, и как хорошо, что Джанет ушла к этому моменту. Повернувшись лицом к потолку, я подложил руки под голову и смотрел на потолок.
- Если бы звезды перестали гореть и на свете осталась лишь тьма, ты бы смог меня узнать в этой темноте? - спросила Дина, когда космос наш взорвался на тысячу мелких осколков любви, а мы вернулись на землю.
- Я бы смог тебя узнать, даже если бы мне выкололи глаза.
Это была правда, ее запах не заметить ничем. Никакие духи не нужны Дине. Запах ее тела и часто спутанных волос - самое лучшее, что когда-либо ощущало мое обоняние.
 
Я знаю, что на этом мы не закончим летать и падать и когда мы уедем в нашу собственную квартиру, у нас будет больше времени нежиться на облаке. Я люблю ее. Наш уровень очень высок. Быть может все кажется довольно банальным, но мы доверились друг другу. Я рад, что слова Аделины оказались обычной ложью. Дина только моя. Нет, она не игрушка, чтобы считать ее своей собственностью, но если меня спросят, кто такая Дина Романова, я просто отвечу «Моя».