Выдыхая наши ссоры (СИ)
- Тебе кажется, просто некоторые слова я слышал чаще, пока жил здесь, чем другие. Некоторые употреблялись более часто, и Ирэн, которая в то время работала в ночную смену, приходилось объяснять мне их перевод. Она учила меня по часу в день и поверь, я произносил и запоминал все хуже, чем ты.
- Все равно, тебе просто надо подтянуть разговорную речь и все, не отличить: испанец ты или американец. Ты спал в этой комнате?
- Да, я оставался иногда один в квартире, но со временем снял себе вовсе отдельное жилье. Деньги, которые мне платил Вова в конце недели, уходили на однокомнатную квартиру, виски и изредка на еду, - только спустя минуту он понял, что сказал и распахнул глаза, серьезно посмотрев на меня, - я не был алкоголиком.
- Ты жил в отдельной квартире? Почему я об этом не знала?
- Разве не говорил? - мотаю головой, - теперь сказал. Давай не будем вспоминать то, что осталось позади.
- Я хочу погулять с тобой вечером, без чертовой Джанет.
- Чертовой Джанет? - ухмыльнулся он.
- Самой что ни на есть чертовой, - я обещала себе, что не буду кидать в ее сторону ругательства, но у меня не получилось. Я просто не могла успокоиться зная, что она лежала в одной постели с моим парнем. Радует только то, что у них ничего не было, а даже если и было, я свечку не держала, поэтому лучше не вспоминать об этом и не зацикливаться.
- Ладно, пусть чертова Джанет гуляет с чертом, вечером мы с тобой хорошо оторвемся. Не смотри на меня так вопросительно, мы не будем пить или бегать по клубам, просто сходим на пляж и в некоторые места, в которых я бывал сам. Господи, да мы можем купить по банке колы и посидеть на скамейке, где были утром. Как тебе такое предложение?
- Мне нравится.
Вечерняя Испания все так же была прекрасна. Легкая ветровка и рука в руке Лео - лучшее ощущение на данный момент. Нам еле удалось отговориться от прогулки с Джанет. Она как заноза в заднице, честное слово. Около двадцати минут мы объясняли ей прям напрямую, что хотим провести этот вечер вместе. Когда я обувалась, перед выходом получила злобный, прищуренный взгляд и сжатую челюсть, но не придала этой картине внимания. Пусть злится, пусть знает, что она никогда не будет на моем месте. Тем более, она намного старше Лео, а он не любит девушек старше него, насколько бы красивы они не были.
Альберт приехал домой перед тем, как мы ушли, и точно так же вытащил маму на улицу. Я уверена, что они направились в кафе, которое находится совсем недалеко.
Гуляя по аллеи, мы потихоньку двигались в сторону пляжа, попивая колу из жестяных банок. Яркий свет фонарей и шум на дороге от проезжающих машин, возвращал меня в Москву. Теплый воздух, заставлял прикрыть глаза, а холодный ветер, который изредка сжимал нас в объятии, заставлял плотнее прижиматься к руке Лео. С моим организмом происходило что-то не то, словно на меня напала агония, но со временем это проходило. Самочувствие нормальное, наверное, это акклиматизация дает о себе знать. Хоть бы она прошла хотя бы через неделю.
Спустя пол часа, мы дошли до берега моря и я радостно подошла к воде и дотронулась до нее рукой, отчего она завладела носками моих кроссовок. Я счастлива словно ребенок.
- Нравится? - прошептал возле уха Лео, и обнял меня за талию сзади.
- Очень, - так же прошептала я.
Здесь было холоднее, чем на аллеи и волны бились об небольшие скала по бокам от нас. Мы смотрели вдаль и постарались насладиться этим моментом. Шум воды, перебивал шум всего остального. Мы словно находились в другом измерении. Я сжала руки Лео вокруг своей талии и откинула голову ему на грудь.
Стоя возле моря, которое со стороны кажется бездонным будто океан, я чувствовала, как мои глаза слипаются. Спать совсем не хотелось, просто слишком спокойно. Людей почти не было, лишь на другом конце небольшого пляжа резвилась молодежь. Прошел наверное час, если не больше, но мы продолжали стоять и даже холод, который усиливался с каждым часом, не давал нам уходить. Тепло исходило от наших тел.
- Ты мой алкоголь, - сказал Лео и укусил меня за мочку уха, отчего по моему телу прошлись мелкие очертания электричества. Хочется больше прикосновений, поцелуев и мурашек, но я почему-то все так же стою к нему спиной. Нам дана вечность, поэтому я успею все это сделать.
Все прожитые ссоры сдувает ветер, а идиллия снова окутывает нас с головой. На долго ли? Скорее всего. Мне нравится он. Мне нравится все в нем: густые брови, глаза в которых можно утонуть, как в океане, щетина, которая появляется чаще. Мне интересно наблюдать, как Лео плавно меняется с парня, на мужчину. Наверное, любой девушке нравится наблюдать за тем, кого она любит. Находить изъяны на его коже, но с каждым разом убеждаться все сильнее и сильнее в том, что их нет. У каждого свой идеал, у каждого есть то, что мы ценим.
Когда Лео заметил мурашки на открытых участках моей шеи, снял с себя черную ветровку и накинул мне на плечи. Она пахла им, но даже вещь не сравнится с тем, что исходит от его тела. Запах сильнее и выразительнее на нем, чем на одежде. Иметь такого парня, как Лео - мечта любой мечтательницы. Уже почти полгода мы вместе, несмотря на все разногласия. Надо учиться уступать друг другу во всем, а не стараться перекричать. Самое главное, запомнить слова мамы: «Главное уметь извиняться».
- Прости мне, - неожиданно сказала, а точнее прошептала я, - за все.
Лео одним движением рук повернул меня лицом к себе и посмотрел слегка нахмурившись. Он словно искал причину моих извинений, но найти так и не удавалось.
- За что ты извиняешься? - тихо спросил он, недоумевая что случилось. Здесь не нужны были громкие ноты, тихо и спокойно, нельзя прерывать тишину.
- За все, за ссоры, глупости, за все, что когда-либо сделала.
Лео взял мое лицо в свои руки и поцеловал.
Пока море бушевало за спиной, мы целовались; пока машина сменилась другой, мы целовались; пока кто-то ссорился, мы целовались: пока кто-то умер и родился, мы целовались; пока кто-то смеялся, мы целовались; пока кто-то плакал, мы целовались. Ощущая непередаваемые чувства, я пробовала на вкус его губы. Кажется, это самое лучшее, что я когда-либо пробовала. Его губы словно океан, который поглощал меня. Звезды мерцали над головой, и словно подмигивали нам. Нашу любовь оценят и возненавидят миллионы. Мы будем возвышаться над миром, пока держимся за руку. И, клянусь, даже проливной ливень, который сделает мои ладони скользкими, не позволит мне отпустить его. Облако - это не только то, что проплывает над головами. Облако - это еще и то, кем ты дышишь. Есть две разновидности кислорода: один - это тот, с помощью которого ты живешь, и один - это тот, ради которого ты живешь.